Лучше бы мы не встретились. Никогда. Не пришли бы эти… голые благодетели.
— Это от нас не зависело.
— Уверен, литератор? — Шедченко ухмыльнулся. — Я вот — нет. Мы хотели перемен. Мы мечтали о них. Знали, что нет в нас силы, но не хотели в этом признаться. Да мы же сами их позвали! Уже давным-давно, тыкаясь мордой в грязь и улыбаясь подлецам, сжимая покрепче зубы, шептали — придите! Придите, Сила и Власть, Знание и Доброта! Молили о той красоте, что мир спасет, которую ты, литератор, нам подаришь!
