Рис 1. Создано Ю. Верхолиным с использованием OpenAI ChatGPT (коммерческая лицензия).
Самолёт приземлился.
Толчок шасси о бетонную полосу прокатился по телу Александра короткой судорогой — от копчика до затылка. Он машинально сжал подлокотники кресла, хотя давно уже не боялся перелётов. Просто привычка, выработанная годами командировок, когда он ещё работал в телеком-компании и летал по регионам с налоговыми отчётами и первичной документацией. Тогда каждый полёт был стрессом: начальница требовала невозможного, сроки горели, а в багаже везли килограммы бумаг, которые нельзя было потерять.
Сейчас бумаг не было. Был только лёгкий чемодан на колёсиках, пара сменных шорт, футболки, сандалии и чувство странного освобождения. Он уволился из того ада восемь лет назад, но освобождение пришло не сразу. Оно приходило постепенно, маленькими глотками: сначала перестал вздрагивать от звука входящего сообщения в мессенджере, потом перестал просыпаться в три утра с мыслью о незакрытом отчёте, потом научился смотреть на цифры без внутреннего содрогания. А теперь вот сидел в кресле самолёта авиакомпании «Россия», который привёз его из промозглой Москвы в солнечный Шарм-эль-Шейх.
— Уважаемые пассажиры, просим вас оставаться на своих местах до полной остановки воздушного судна, — раздался приятный женский голос с лёгким акцентом. — Температура за бортом плюс двадцать пять градусов по Цельсию.
Александр усмехнулся. В Москве было минус два и мелкий противный снег, который зарядил ещё вчера и, судя по прогнозу, собирался идти ещё неделю. Он специально выбрал этот тур ещё в сентябре, по раннему бронированию, когда цены были ниже, а до вылета оставалось полгода. Тогда он ещё не знал, что февраль в Шарм-эль-Шейхе окажется мягким и приятным — не жарким, как летом, а ласковым, с дневной температурой около двадцати пяти градусов и утренней — около девятнадцати. Идеально для того, кто хочет сбежать от русской зимы, но не готов плавиться под сорокаградусным солнцем.
И вот он здесь. Двадцать третьего февраля 2026 года.
Это была его первая поездка за границу за восемь лет — с тех самых пор, как его «попросили» уйти из телеком-компании. За эти годы он сменил три работы, но так и не решился снова сесть в самолёт. Сначала не было денег, потом — времени, потом — желания. А тепер
... 
