— Ты не человек, Киаран.
Что, его сердце горит меньше? Он меньше чувствует? Он неспособен на сильные эмоции? Это ведь неправда. Это ведь вранье!
5 Ұнайды
Потому что с того момента, как зазвенел колокольчик на двери пекарни, у него не осталось выбора: теперь он был связан не полынной веревкой и не пистолетом у виска
3 Ұнайды
билось как бешеное. Давай, сказал он себе. Давай. И медленно повел руку обратно. Вместе с ней потянулся и свет, дрожащей точкой остановившись, когда из темноты что-то вынырнуло.
Ботинок. О господи. Знакомый ботинок.
Луч фонарика истерично взметнулся выше, к окровавленным джинсам, знакомой куртке, знакомому лицу!
— Доу, — выдохнул Норман, бросаясь к его фигуре.
Но замер, не дойдя последней пары шагов.
Крохотный луч трясущегося фонаря чиркнул по лицу Доу дрожащим пятном. Высветил глаза, слепо смотрящие прямо перед собой, — но не на Нормана. Свалявшиеся волосы, свесившиеся на испачканный лоб. Облепленные кожей острые, высокие скулы. Рот.
Красный, весь перепачканный в крови рот.
2 Ұнайды
. Все, что действительно имело значение, он все равно увозил с собой.
— Пойдем?
За окнами аэропорта зарождалась заря, заливая кафельный зал сверху донизу розоватым светом, — и в этом свете сонный Киаран казался немного призрачным. Последние два дня Кэл все еще ловил себя на плохих мыслях — вдруг его психика оказалась не такой крепкой, как он о ней думал, — но каждый раз, когда к Киарану обращался кто-то помимо него, Кэл успокаивался.
Все в порядке. Все будет хорошо.
— Пора? — спросил Киаран, щурясь со сна.
Кэл протянул ему ладонь:
— Пора.
2 Ұнайды
Если ты не знаешь, что делать, — сказал Кэл в темноту, уверенный и спокойный, — делай то, что можешь.
1 Ұнайды
— Я иду Сайласу за кофе, пока он окончательно не вызверился на Кайла и не случилось служебной трагедии. — Норман устало почесал бровь. — Так взять что-нибудь?
— Норман, друг, — Кэл постучал пальцем по запястью, — нам карету через пять минут уже подгонят. Верь в его выдержку.
— В его что? — Норман вздохнул, бросая взгляд через свое плечо. — Я успею. Просто попросите пилотов без меня не улетать.
Кэл бросил взгляд в ту же сторону. Миллер нависал над Сайласом и Аароном, болтая о чем-то с таким увлеченным видом, что выдержке Сайласа и правда, возможно, не помешало бы немного допинга.
1 Ұнайды
— Кровь на лице не должна высыхать. Предплечья, не ладони. Не части́ с порезами. Не режь глубоко. — Он сделал паузу. — И, ей-богу, постарайся не умереть.
— Это напутствие? — нервно сжал пистолет Норман.
Доу изогнул брови в неясной эмоции — что-то между неудовольствием и тревогой — и сказал:
— Настойчивая просьба.
Норман кивнул и попросил в ответ:
— Тогда и ты тоже.
1 Ұнайды
— У нас тут остановка, — закатил глаза Доу, а затем полез в карман, одновременно подходя к нему. — Так что сейчас ты очень внимательно послушаешь план. Запомнишь его, — он вытащил из куртки нож, — и сделаешь в точности как я скажу. Понятно?
— Это будет трудно, — сглотнул Норман, глядя на нож, — если ты меня пырнешь.
— А ты побольше меня доводи, — пробормотал тот.
И следом резанул себе по ладони лезвием. Норман дернулся, глядя, как кровь начала заливать его руку.
— Ты сдурел, что ты…
Без лишних слов Доу ухватил его второй рукой за плечо и, пользуясь оторопью Нормана, принялся обмазывать ему лицо своей кровью — она оказалась вполне человеческая, красная и горячая.
1 Ұнайды