лась. Она как переплыла на другой берег, где нет таких подонков, а если есть, то они ее, Зою, обойдут за пять километров, потому что ее теперь не обманешь. Все. Точка! Пусть спрячет навсегда в кремовую маску свое сочувствие Римма Борисовна. Навсегда. Она вернет ей деньги, и все. И никогда больше ноги ее там не будет. И не будет она исходить ругней, криком, как Тамара. Она отломилась от них от всех. Она теперь сама по себе. Черта с два допустит она в завтра свою вче
