кітабын онлайн тегін оқу  Заложники скал

Оглавление

Предыстория моей книги:

Начну рассказ о себе. Меня зовут Максим. С юности я мечтал написать книгу, хотя опыта в литературе у меня было мало, кроме стихов, которые пишу с шестнадцати лет. Сейчас мне тридцать один год.

Родился я в Казахстане, в селе Красный Яр, где жил до 11 лет. С детства я не любил читать и отставал от сверстников в чтении и математике. Математика — это совершенно не моё, и до сих пор остаётся такой. Таблица умножения! Как вспомню, аж в дрожь бросает. Может, это из-за учительницы, чьи уроки я часто прогуливал. Как сейчас помню: третий класс, утро, первый урок — математика, а я вчера прогулял и не сделал домашку. Думаю, сейчас точно спросят. И вот меня первым и спросили таблицу умножения! «Вставай, Максим, где был вчера?» А я отвечаю: «Живот болел!» или что-то вроде того. Сейчас смешно, улыбаюсь, когда вспоминаю. Учительница спрашивает: «Сколько будет пять умножить на пять?» А я сразу отвечаю: «Двадцать пять!» Это потому, что складно звучит, а не потому, что я посчитал мгновенно! Она строго говорит: «Кто подсказал!? Ну-ка встать!» Да, она была строгая. Её все недолюбливали. Учился я плохо, но любил гулять и бегать. По физкультуре я быстрее всех бегал, и это подтвердят мои одноклассники, которых у меня было больше, чем хотелось бы. Но я даже рад этому в какой-то мере.

В одиннадцать лет я поменял школу. Жили мы в пригороде, в селе Красный Яр. Родители много работали на нескольких ставках, и мне пришлось переехать в город к бабушке. Обычно происходит наоборот: бабушки живут в деревне, а молодое поколение — в городе. Но у нас было иначе. Это произошло летом, когда мне было десять лет, в девяностые годы. Распад СССР, Первая и Вторая чеченские войны, грузино-абхазский конфликт и ещё несколько на юге нашей страны, о которых я тогда не знал.

Для родителей это было трудное время. Не платили зарплату, жили как могли в общем. Постоянные перебои с электричеством: его включали всего на пару часов утром и вечером. Часто сидели при свечах или керосиновой лампе. Было весело с одной стороны! Мы играли в Sega, но у меня её не было. У меня был Dendy. У соседей на втором этаже мы собирались втроём и играли в Mortal Kombat на Sega.

У меня был друг по имени Рафаэль. Мы часто чудили и занимались первой добычей денег. Обычно я приходил к нему утром, или он ко мне. Завтракали у бабушки Брониславы, как мы её называли. У неё были очень вкусные яблоки! Приходилось изрядно идти до неё, потому что жила она не близко. Да и потом лезть через колючий забор, но нас это не беспокоило. У неё ещё была вкусная черешня. Это стоило того! Иногда, конечно, получали палкой по хребту, потому что это была не наша бабушка. Мы это называли «козловали». Дальше наш путь лежал за добычей алюминия или меди, в крайнем случае металла. Металла больше можно найти, но он был слишком тяжёлый. Иногда собирали бутылки от пива, мыли их и сдавали цыганам, жившим по соседству. Зимой рыли норы и играли в снежки, летом кидались камнями, ходили на железную дорогу и ловили ящериц следом заливали норы больших пауков" Тарантулов» и стравливали их друг с другом. Ох как вспомню! Но как-то живы остались…

Когда мне исполнилось 11 лет, мы переехали в Россию, в город Омск. Там тоже было тяжело: постоянные переезды и смена школ. Закончив школу, я поступил в училище, где встретил девушку. Благодаря ей я прочитал первый детектив, и мне очень понравилось. С тех пор я полюбил книги и захотел написать свою собственную.

В 29 лет я впервые поехал на вахту в очень отдалённое место нашей страны Чукотка. Именно там я и начал писать. Взял телефон и стал записывать мысли, которые впоследствии превратились в эту книгу. Писал, где придётся: в кабине КАМАЗа, на перекурах между работой, перед сном. В дальнейшем, побывав на Байкале, слетав на Камчатку, вдохновившись её природой, продолжил писать, и появилась эта книга.

Начало и конец:

Моторная лодка скользила по волнам бушующей горной реки. Волны бились о её резиновые борта. Двигатель, раскручивая винт, вспенивал ледяную воду позади, упорно преодолевая вверх уходящие пороги. Холодный ветер бил в лицо, заставляя двух пассажиров прятать головы. Сидевшая впереди девушка тридцати двух лет, облачённая в непромокаемый костюм, крепко сжимала руками бортовую верёвку. Брызги заливали её лицо, когда лодка очередной раз прыгала, проходя бурный порог. Парню, управляющему лодкой, приходилось упорно смотреть вперёд, преодолевая пронзающий ветер. Его глаза были мокры от слёз. Слёз радости или от ветра? Глупый вопрос, конечно, это мог быть только ветер, подумала Вика с восхищением, глядя на его крепкие руки. С козырька его кепки стекала ручьём вода.

Путь, проделанный ими, близился к завершению — осталось совсем немного, и цель будет достигнута! Лодка уверенно шла вперёд, ледяную реку по краям обнимали скалы, испещрённые древними туннелями, уходящими на двадцать метров вглубь каменных изваяний. Безмолвные скалы, обретшие за миллионы лет свой уникальный вид, в тишине наблюдали за проходящей мимо крошечной лодкой. Скудные лучи солнца с трудом пробивались сквозь хмурые облака. — Погода портится, нужно поторапливаться! — промолвила Вика.

Хлынул дождь, как только лодка зашла за очередной поворот.

— Причалить тут негде, — крикнул Андрей, — везде скалы! Придётся пока потерпеть, Викуля! Ускорить ход тоже не могу, слишком плохая видимость.

Облако тумана застилало место, по которому они проходили, зловеще предвещая бурю. Шум реки заглушал рёв двигателя, не говоря уже о их разговорах. Продолжая подъём по капризной бушующей реке, они увидели впереди, примерно в двадцати метрах, препятствие в виде повалившегося поперёк реки дерева. Приблизившись к нему, Вика заметила множество валунов у его основания.

— Задерживаться здесь нельзя! — прокричал Андрей. — Его может снести в любой момент.

Дерево представляло собой многолетнюю сосну около тридцати метров в длину. Ветви её макушки, изгибаясь, лежали на противоположной скале, удерживая её. Одинокое дерево, проросшее здесь сквозь породу, не смогло противостоять природе. Приблизившись к его основанию и уткнувшись носом лодки в ствол дерева, Андрей прокричал:

— Привяжи верёвку к дереву и переходи на камни у берега! Будем перетаскивать лодку, выхода нет.

Повинуясь, Вика немедленно соскочила и начала обматывать ствол. Опытный скалолаз и спелеолог, ей не раз приходилось балансировать на краю пропасти, а тут всего лишь дерево, но очень скользкое. Словно кошка, она перебралась на берег, держа в руках натянутую верёвку. Снаряжения в лодке было немного: пара рюкзаков и пятьдесят метров альпинистской верёвки. Вика натянула верёвку к носу лодки, а Андрей тем временем отвязал другую верёвку и перебрался ближе к двигателю.

— Как дам сигнал, тяни что есть силы, хорошо!?

— Поняла!

— Раз, два, три!

Андрей дал полный газ. Мотор взревел, создавая позади горизонтальный водоворот, а Вика стала тянуть, упершись ногами в камень, весивший не меньше пары тонн. Лодка приняла деферент, и её нос заскочил на дерево, протащив её до середины. Андрей перешёл на дерево, прихватив рюкзаки, и тоже стал помогать Виктории тянуть верёвку, упершись ногами в камень. В этот момент макушка дерева начала сползать с вертикального склона скалы и провернулась на 180 градусов вокруг своей оси. Как раз под лодкой был сломанный сук у ствола, и прорезал дно словно нож, но лодку удалось перетащить и подтянуть к небольшому каменистому берегу.

— Лодка порвалась! — закричала Вика.

— Вижу, вижу, не кричи этим делу не поможешь. Нужно сюда вытащить и посмотреть, что можно придумать,

— с усилием воли подтаскивая к берегу лодку, снова дал указания Андрей.

— А теперь давай двигатель снимать, чтобы не мешал. Помоги скорее!

Вика вышла из ступора и начала молча помогать. Оттащив вдвоем двигатель, начали смотреть, что можно сделать, но ливень так и лупил их беспощадно, не давая сосредоточиться на проблеме. Облегченную лодку сдувало со всех сторон, обливало водой, хрустели ветви уносимого дерева, сверху посыпались камни, чудом упавшие там, где только что стояла Вика. Напряжение было катастрофическим, нужно было принимать срочно какие-то меры. Мысли Андрея путались, руки дрожали, но он боялся не за себя, а за подругу, спутницу жизни. Вот уже пять лет они были вместе, их дух приключений был един. Он любил её, но ни разу не сказал ей об этом.

— Бросаем лодку скорее! Найди пару камней и кидай на дно лодки, чтобы не унесло!

Синхронно за пару секунд они кинули четыре камня.

— Теперь бежим к скале и прижимаемся к ней скорее!

Дождь хлестал как из ведра, снова посыпались камни, выдавая чёткий звук «цок-цок».

— Мне страшно, мы умрём здесь! — вскрикнула Вика.

Андрей прижал её крепко к себе, почувствовав запах волос, отдающий лавандой. Взглянув через её плечо, он увидел странный жухлый куст. — Стой здесь! Я сейчас. Прижав её к стене, он пробежал пару метров по скользким камням, раздвинул ветви и обнаружил полость в монолитной чёрной скале. — Иди сюда скорее, помогай! Виктория приблизилась к нему и дрожащими руками ухватилась за колючие ветви, потянув что есть силы. Вместе они вытянули засохший куст с корнем. Полость была около полуметра в диаметре.

— Эээй! — крикнул Андрей в пещеру. Эхо отдалось «ээй».

— Там никого нет, давай сюда. Парень пошёл первым, за ним, словно осенний листик, шла дрожащая девушка. Было жутко темно, конца тоннеля совсем не было видно. Проползя пару метров, они прижались к стене, тяжело дыша. Передохнув пару минут, решили, что нужен фонарь.

— Он в рюкзаке, сбегай скорее, Вик.

— Ага, меня камнем прибьёт!

— Не прибьёт, они все уже упали.

— Не пойду я!

— Хорошо, сиди здесь, я сейчас, — проворчал Андрей. Он выскользнул из пещеры и, прижавшись спиной к мокрым ледяным скалам, дошёл до рюкзаков, схватил один и вернулся за минуту. Открыл рюкзак и, пошарив по дну, нашёл искомый предмет. Это был налобный фонарь. — На, ищи свой, — кинув рюкзак, сказал он подруге. Вика дрожала от холода, её руки тряслись от адреналина, первобытный страх овладел ею.

— Не получается открыть! — словно маленькая девочка прошептала она.

— Давай сюда! Сейчас, не дрожи. Поискав, Андрей нашёл и второй фонарь.

— Иди ко мне ближе, — притянул её к себе и крепко обнял, снова ощутив родной уже запах.

— Надел на её голову спасительный свет.

— Ну, теперь вперёд! Обратного пути уже нет… глубже. Протиснувшись, Андрей пошёл первым. Фотоны света, пронизывающие кромешную тьму, отражались от мокрых стен пещеры, нарушая покой её обитателей. Андрей, взяв за руку свою спутницу, полуприсев, пробирался в неизвестность. Холод сковывал, а промокшая одежда неприятно прилипала к телу. Первобытный лабиринт жил своей жизнью: по стенам бежала вода, капли, падающие на пол, создавали эхо; от шуршания слизняков мурашки бежали по спине, каждый шорох заставлял останавливаться и прислушиваться. Неизвестность всегда пугает даже опытных людей. Пещера уходила то вправо, то влево, сужаясь, заставляя прижиматься к земле. Холод принуждал двигаться дальше, чтобы не замёрзнуть. Вика и Андрей шли в полной тишине, не вымолвив ни слова. Преодолев около тридцати метров, проход начал расширяться, и повеяло свежим воздухом.

Дом милый дом:

— Тук-тук, есть кто дома!? Я вхожу, если ты голый, я не виновата! Андрей, я кофе принесла, ты живой тут? Как ты тут живёшь в этом хаосе, везде вещи разбросаны, хоть бы прибрался. Посуда не мыта, ты хоть раз тут пол с тряпкой мыл? Мда, у кого я спрашиваю. Ты хоть слышишь меня? Иди скорее сюда! — крикнул Андрей.

— Это, кстати, не хаос, а рабочая обстановка. В однокомнатной квартире не так-то просто разместить рабочий стол, обеденную зону и спальное место! А я человек творческий, невозможно работать, не наведя хаоса!

— Так ты всё же признаешь, что тут хаос, да? Хи-хи. Ну, показывай, что тут у тебя!?

В руках у Андрея был лист бумаги, очень старый и потрёпанный, с пожелтевшими краями, а посередине не хватало куска, как будто его вырезали ножницами.

— Что это у тебя? — спросила Виктория.

— Понятия не имею, похоже на карту, но очень странную, можно даже сказать, нестандартную.

— А у карт есть стандарт!?

— Мм, но всё же, ни координат, ни какого-то места, просто рисунок.

— Рисунки, — поправила Вика. — Ты где это взял?

— Где взял, там уже нет! — И Вика ткнула его в бок.

— Ай, не дерись, а то по лбу дам! — Андрей щёлкнул её по носу.

— Ах ты, я тебе сейчас горячий кофе за шиворот налью, признавайся, где нашёл!?

— Ладно, ладно, друг у меня есть, Витёк. Вот он попросил меня помочь квартиру отремонтировать. Эта квартира не его, ну как, его уже, в общем, досталась она ему по наследству. От деда какого-то, он ухаживал за ним после смерти его жены. Она умерла от старости в возрасте восьмидесяти двух лет, после этого деду незачем было жить, смысл жизни потерялся, детей у них не было, родственников тоже.

— Угу, и чего дальше-то!?

— Дед этот рассказывал ему, что жили они раньше на Алтае. За неделю до смерти переписал на него квартиру и ушёл в небытие.

— Да-а… Грустно, — промолвила Вика. — Все мы когда-то умрём.

— Ну да ладно, что дальше!?

— Так вот, стали мы всё выносить: старый комод, стулья, столы, обои начали обдирать. Дом был достаточно ветхий, но всё же квартира — старая хрущёвка, в общем. Пол был деревянный, его тоже решили заменить. Стали выламывать доски, и ровно под кроватью, где спал дед с бабулей, нашёлся тайник. — И вот эта вот странная карта! А может и не карта вовсе!? Смотри, стихи какие-то написаны ещё.

«На востоке среди скал

Где двуглавая змея

Ядом ослепит тебя

На проделанном пути

Вдруг увидишь ты в ночи

Древним даром освещая»

— Хмм… Что это может быть? Смотри, ещё змея нарисована с двумя головами, а посередине, что между голов, дыра!? — Вика засунула туда свою руку.

— Осторожно, не порви! Да брось ты, что это за фигня; стихи, змеи. Пойдём лучше в парк погуляем!?

— Пошли давай, а то скис уже тут над этой картой, хи-хи! — сказала Вика, снова ткнув его в бок своей ладонью.

— Ну всё, держись! — Андрей схватил подушку и шмякнул её в ухо Вики.

— Ах ты козёл! Ну, хана тебе! — Вика схватила другую подушку и давай дубасить его по макушке.

Перья летели во все стороны, стул полетел в конец комнаты, прилетело по столу, где стояли безделушки хозяина, добытые в походах.

— А вот за это ты поплатишься, коза! — крикнул Андрей.

— Ууу, как страшно, — лохматая Вика начала передразнивать его, строя гримасы.

Андрей схватил маркер с полки и погнался за шкодницей.

— Только попробуй меня разукрасить, не прощу!

Но мужчина был непреклонен, схватил убегающую подругу за пятку и подтянул на себя.

Вика, всё ещё держа подушку в руках, шмякнулась на пол и уткнулась в неё носом.

— Неет…! Вандал! — бултыхая ногами, кричала она.

Андрей тем временем уселся на её округлости, прижимая ноги своими, и принялся поднимать её волосы с затылка.

У неё были шикарные волосы, доходящие до локтей, цвета ночи.

Андрей ощутил приятный запах лаванды, он не мог понять: это шампунь или духи такие, запах был особенный, он будоражил его, мурашки побежали по его телу, голос осел, но он не выдавал себя.

Молча поднял прядь волос и написал: «Люблю тебя.»

А Вика замерла в ожидании, не шевелясь.

— Что ты там пишешь!?

— Ничего я там не пишу!

— Слезь с меня, ты тяжёлый, излохматил, разукрасил меня, а я тебе кофе принесла, даже спасибо не сказал! — сидя на коленях, проворчала Вика.

— На кого я теперь похожа?

— Ничего, на улице темно уже, люди не увидят, — отхлебнув немного кофе, Андрей унял свою дрожь.

— Какой ты всё же…! — не пойду с тобой я больше никуда! — игривым голосом, уходя в ванную, произнесла Виктория.

Андрей поднял с пола карту и начал пристально смотреть на отверстие: где же этот кусочек? Кто его вырезал и зачем? Много вопросов, а ответов нет.

Тем временем Виктория вошла в ванную комнату и испытала смятение, чувство ненужности. Посмотрела в зеркало и ужаснулась: волосы дыбом, помада на губах размазалась, тушь потекла.

— М-да… придётся всё смыть! Какие чувства у меня к нему? Люблю ли я его? Мы дружим уже сколько, около пяти лет? Да, похоже на то… — Виктория вела монолог в своей голове. — И за эти пять лет он меня даже не поцеловал, может, он гей? Да вроде нет, не пойму я этих мужчин, что им нужно? Про замужество я вообще молчу… У меня прекрасная фигура, попа есть, грудь, всё при себе.

Умывшись холодной водой, смыв всю косметику и собрав волосы в пучок, закрепив их резинкой, снова посмотрела в зеркало и решила:

— Так я не могу пойти по улице без боевого раскраса. Хм, а это идея, возьмём быка за рога, буду у него сегодня ночевать! Посмотрим, что он на это скажет, не выгонит же хрупкую девушку в ночь.

И вышла из ванной. Андрей, сгорбившись, сидел, разглядывая карту. Вика подошла и обняла его сзади, положив подбородок на его макушку.

— Ну, где будем искать этот кусочек?

— Я думаю, надо с Витей поговорить, может, всё-таки он знает что-то…

— Хорошо, завтра пойдём к нему вместе.

И Виктория с деловым видом принялась раскладывать диван.

— А ты чего это делаешь?

— Я устала и уже слишком поздно, ты же не против, если я у тебя переночую?

— Я? Да нет, не против, оставайся. Я тогда на полу себе постелю…

Виктория, словно хитрая лисичка, сузила глаза:

— А одеяло с подушкой у тебя, я смотрю, в одном экземпляре!?

— Мне не привыкать, покрывалом укроюсь, дома тепло, лето ведь, а подушкой будет моя зимняя куртка. Только нужно прибраться сначала!

— Ха, ещё чего, в твоей квартире нужно неделю прибираться с бригадой профессионалов!

— Это рабочий беспорядок!

— Ну как скажешь.

Андрей поставил стул на место, и на этом его уборка закончилась. Постелили, выключили свет и легли спать. Виктория долго не могла уснуть, ворочалась с одного бока на другой, ждала, когда он всё же проявит инициативу. Но всё н