Айден будто сидел и ждал моего сообщения, потому что не прошло и пары секунд, как на экране снова высветилась его фотография. На этот раз я была готова. Хотя нет… Не готова…
Нажав на «Принять вызов», быстро закрыла камеру пальцем. Пока прогружалась картинка, мое сердце успело пуститься галопом. И вот я увидела лицо невероятно красивого парня, от внешности которого у меня буквально сперло дыхание. Эти глаза… Мощности его камеры хватило, чтобы рассмотреть цвет радужки: нежно-голубая, отливающая в светло-серый. Невероятный оттенок! Такой видела впервые в жизни. А его взгляд! Я ушла на дно… Волосы чернее ночи, влажные и в беспорядке. Это гель или просто из душа недавно вышел?
Интересно, у него все такое идеальное?
Пока я вела мысленную дискуссию с самой собой, парень откинулся на спинку кресла и отчаянно выдохнул, прикрыв глаза, как будто устал бороться и все в этой жизни ему осточертело. Он произнес что-то очень тихо, буквально шипя от негодования, но по губам смогла разобрать нечто типа «детский сад».
Итак, два пункта: первый – не забыть английский, второй – не показаться дурой. Хотя то, что сейчас происходило, явно выставляло меня не в лучшем свете, ведь по ту сторону экрана картинки нет.
– Может, уберешь палец с камеры – или чем ты ее закрыла? От твоего взгляда я в камень не превращусь.
Мама дорогая! Вы бы слышали его голос! У меня мурашки от этого баритона: глубокий, с хрипотцой и невероятно чувственный. Я прикрыла глаза и стала представлять, как он нашептывает мне на ухо о своих сексуальных фантазиях, которые непременно воплотит со мной в реальность. От жарких мыслей меня передернуло, да так сильно, что палец соскользнул в сторону.
Блин, неловко вышло…
Наши глаза встретились, и невозможно было отвести взгляд. Сидели и глазели друг на друга, как два идиота, проглотивших языки. Но вскоре мой собеседник облокотился о стол и усмехнулся.
– Так и знал… Не говоришь по-английски? – Его бровь поднялась вопросительной дугой, а моя душа, наоборот, рухнула в пятки.
Не узнаю себя… Соберись, тряпка!
Что тут такого? Подумаешь, красивый парень, иностранец, решил прожечь меня взглядом, как букашку солнечным лучом под лупой. Главное, не показывать, насколько сильно его крышесносная внешность меня поразила – настолько, что даже не могу проронить ни звука.
Все. Делаю глубокий вдох и считаю. Один. Два. Три.
– Или я настолько прекрасен, что ты потеряла дар речи? – добавил он, когда я только собиралась заговорить. Я так и осталась сидеть с открытым ртом.
Вот же индюк! Кем он себя возомнил? Но то, как он ухмылялся одним уголком губ, действовало против меня, как оружие. Даже съязвить не получалось.
