автордың кітабынан сөз тіркестері От интернационализма к постколониализму: литература и кинематограф между вторым и третьим миром
Одной из крупнейших площадок на этом раннем этапе взаимодействия стал Коммунистический университет трудящихся Востока в Москве, призванный подготовить молодых людей из восточной части СССР к построению социализма в своих республиках,
обездоленному большинству, из литературы более или менее исключенному. Пример Советского Союза — революции, государства и системы — уже оказал влияние на молодых писателей, или, как их еще называют, интеллектуалов.
Истории о сыщиках, приключениях, английских леди и африканских дикарях способны щекотать лишь пресыщенные чувства тех, кто ест и пьет вдоволь. Но среди нашей молодежи уже были те, кто задумывался об угнетенных и страдающих. Они хотели бороться и искали не занимательности, а подлинного руководства. Тогда они и открыли для себя русскую литературу. Тогда они и узнали, что русская литература — наш наставник
Иначе говоря, благодаря своей предполагаемой принадлежности к Востоку Россия выступала для зарождающейся японской, китайской и корейской интеллигенции образцом того, как быть современной страной, не будучи при этом (вполне) западной, то есть не покоряясь колониализму.
1. Равенство и суверенность народов России.
2. Право народов России на свободное самоопределение, вплоть до отделения и образования самостоятельного государства.
3. Отмена всех и всяких национальных и национально-религиозных привилегий и ограничений.
4. Свободное развитие национальных меньшинств и этнографических групп, населяющих территорию России.
Если на Первом конгрессе Коминтерна речь шла преимущественно о надежде на «красный мост» над Европой, то есть на европейскую революцию, то уже на Втором конгрессе в 1920 году основное внимание уделялось колониальному вопросу. В тот же год, уже в сентябре, он стал и главной темой Первого съезда народов Востока в Баку [57]. Съезд, на котором собрался 1891 участник, в основном из народов, населяющих близкие к советскому Кавказу регионы (турок, армян, русских, иранцев, курдов, арабов, разных народов Российской империи, большей частью мусульманских, и отдельных наблюдателей вроде Джона Рида), и где, как известно, выступали Григорий Зиновьев, Карл Радек и Бела Кун, должен был укрепить власть большевиков на Кавказе и интегрировать недавно созданные турецкую и иранскую компартии в интернациональное коммунистическое движение. Несмотря на недоразумения и конфликты, обусловленные столкновением разных языков, политических убеждений и национальных самосознаний, съезд, несомненно, стал важной вехой и требовал не меньше чем отмены колониализма по всему миру
Тем не менее вплоть до эпохи позднего социализма между ними сохранялась связь, которую неизменно подчеркивала советская власть, когда гости из Африки, Азии и Латинской Америки путешествовали по Ташкенту и Алма-Ате, Самарканду и Бухаре, Тбилиси и Еревану, — государство нахваливало достижения своих азиатских республик, предъявляя их как пример успешной деколонизации
В целом их перспектива позволяет нам рассматривать советскую Среднюю Азию как космополитическую зону контакта с незападным миром, а не культурно отсталую и экзотическую советскую провинцию, которую видела в ней ориентированная на Запад московская интеллигенция.
Эти пространства, где исторически пересекались разные народы Азии, также являли собой пример попыток СССР модернизировать свои окраины. Ташкент, самый населенный город советской Средней Азии, очень рано стал средоточием инициатив такого рода. Уже в сентябре 1920 года здесь расположилась штаб-квартира Туркестанского бюро Коминтерна, а через несколько месяцев в городе была основана Коммунистическая партия Индии и появилось индийское военное училище
Советское государство, унаследовавшее традиции русской интеллигенции XIX века, вплоть до своего бюрократического аппарата верило в способность литературы и культуры влиять на сердца и умы, поэтому щедро вкладывалось в эту веру и проецировало ее на устроенные совершенно иначе, чем советское, общества, в том числе постколониальные.