автордың кітабын онлайн тегін оқу  Маяк Старого Галса

Сергей Аксу

Оглавление

ТРИЛОГИЯ «ПРИКЛЮЧЕНИЯ ТОРБЕЛЛИНО»

Первая книга

Сокровища капитана Малисиозо

Вторая книга

Улица Кипарисов, 14

Третья книга

Маяк Старого Галса

Предисловие

Дорогие друзья, прежде чем нам пускаться в дальнейшее путешествие с Торбеллино, я вкратце напомню о его приключениях, которые описаны во второй книге «Улица Кипарисов, 14».

Как мы помним, воздушный шар, на котором летели повстанцы, относит далеко на север, где он приземляется на пустынный остров в Море Теней.

Все ломают голову, как выбраться с нелюдимого острова. Торбеллино предлагает построить маленькую лодку, переправиться на материк и попросить помощи у моряков из Брио. Лодка построена. Торбеллино переправляется на «большую землю», искупавшись в ледяной воде. Он бы замерз в холодном суровом краю, если бы не водовозы минеральной воды, которые приезжали в те края за водой. Они обогрели продрогшего юношу и провезли его, спрятав в бочке, мимо форта Теруро, откуда когда-то он бежал. Распрощавшись с водовозами, юноша направляется в родной город Брио за помощью, чтобы спасти своих товарищей, оставшихся на острове.

В Брио он встречается со шкипером Чарасти, сыновья которого помогают Торбеллино и его друзьям выбраться с острова и переправляют их на баркасе на Мыс Трех Братьев. Беглецы благополучно добираются до лагеря северных повстанцев.

Наш герой оставляет товарищей в лагере и возвращается в Бельканто, но по дороге попадает в облаву. Спасаясь от преследования солдат, он пытается укрыться в горах. Неожиданно его выручает чучеван Сан-Сан, который когда-то спас юношу от полицейских. Он приводит Торбеллино тайными тропами в Город Чучеванов, расположенный высоко на скалистой вершине. Убедившись, что осада преследователей снята и путь свободен, Сан-Сан помогает нашему герою добраться до Бельканто.

Руководитель подпольщиков Ферри отправляет юношу с заданием в Город Ноузгей, где он случайно знакомится с матерью переводчика Толмача, с которым он был в рабстве у кочевников. Неожиданно в городе он встречается со своей невестой Джой, которая, оказывается, приплыла с дедушкой участвовать в парусной регате.

Торбеллино принимает участие в гонках в качестве рулевого шлюпа. Во время гонок они спасают упавшего за борт пирата Чевалачо, который сообщает юноше, что капитан Малисиозо узнал, что юноша жив, и поручил наемному убийце Виоленто разыскать и убить его.

Полицейские сыщики Восто и Флари узнают в одном из участников гонок Торбеллино и арестовывают его. Юношу переправляют на военный корабль, где заковывают в кандалы, чтобы отправить его на каторгу, но он бежит, прыгнув за борт. Ночью юноша доплывает до шлюпа, где Старый Галс помогает ему освободиться от оков.

Попрощавшись с друзями, наш герой направляется в Кофейню Рудо продолжать копать подземный ход в Крепость Мейз. Вернувшись в столицу, Торбеллино получает новое задание: отвезти несколько пачек листовок в Брио.

Пограничный разъезд останавливает дилижанс, на котором он едет, и задерживает юношу. Торбеллино вновь попадает в форт Теруро. У коменданта Брицоне гостят друзья, они собираются ради развлечения устроить охоту, а Торбеллино использовать в роли дичи. Юноше удается спрятаться от охотников в барсучьей норе. Из норы он, провалившись, попадает в подземный туннель, который приводит его к Фараоновой Долине. Его снова преследуют свирепые карлики. Юноша пытается спастись от них на отвесных скалах, но срывается и падает в горную реку, которая уносит его в долину. Из горного потока его спасает пес слепого охотника Кверко, одиноко живущего в лесу со своими собаками. Кверко дарит Торбеллино одного из щенков. Юноша с собакой направляется в Силенто, чтобы оттуда попасть на маяк к своей Джой. Возвращаясь в столицу, Торбеллино решает отправиться на выручку из плена переводчика Толмача. Для этого он в помощь себе берет друзей-рэдперосов. Им удается спасти из рабства Толмача, и они удачно ускользают от погони кочевников. Вернув Маме Джульетте сына, юноша возвращается домой, но по пути на него нападают разбойники, и он вновь оказывается в лапах атамана Бласфемо. Когда Бласфемо из его уст узнает о существовании волшебного кинжала, оставленного в заброшенном форте Нэниес, он рвется им завладеть. Разбойники, прихватив юношу, направляются в форт.

В форте разбойники сталкиваются с привидением и бегут, кто куда. Торбеллино удается благополучно вернуться в столицу. Ферри отправляет его с заданием в южный отряд повстанцев.

Диктатору Трайдору не дает покоя мысль о повстанцах, спрятавшихся в горах. Он просит Доктора Энви заняться этой проблемой. Злой гений с помощью своих научных экспериментов добивается того, что горные перевалы захватывают полчища крыс.

Когда ничего не подозревающие повстанцы пытаются подняться на один из перевалов, на них устремляются крысы. Из-за выстрела с вершины сходит лавина, которая обрушивается на грызунов. Повстанцы успешно преодолевают перевал и спускаются в долину, где укрываются на ферме.

Шефа полиции Рабиозо тревожит возникшее затишье. Он поручает сыщикам усилить поиск подпольной типографии. Предатель Фалсо устраивает у казармы ловушку, в которую при попытке подбросить листовки попадает Торбеллино. Юноше чудом удается бежать.

Капитан Малисиозо тоже не сидит без дела, он собирается напасть на ловцов за жемчугом и пленить их, чтобы использовать для подъема сокровищ с затонувшего корабля. Но в последний момент появляется бриг капитана Дью, который срывает коварный замысел пирата.

Торбеллино случайно встречается с вором Пройдохой Рискидо, с которым сидел в Крепости Мейз. У него рождается план похищения диктатора. Рискидо по просьбе юноши открывает тайную калитку, ведущую в дворцовый парк.

С помощью повстанцев Тимидо и Северо юноша захватывает Трайдора, но похищенный оказывается двойником диктатора.

Сыщики Восто и Флари расследуют похищение. Неожиданно в полицейский участок поступает сообщение, что в одном из трактиров видели Торбеллино. Фалсо и агенты выезжают на задержание. Переодетые полицейские нарываются на наемного убийцу Виоленто, который тоже следит за юношей. Виоленто метательными ножами убивает агентов и Фалсо.

Расстроенный Рабиозо, возвращаясь с заседания из дворца, случайно в кондитерской сталкивается с Торбеллино и начинает его преследовать. Юноша, чтобы спрятаться, заскакивает в парикмахерскую, где парикмахером работает Бласфемо. Бывший разбойник прячет юношу у себя в квартире. Оказывается, атаман бросил разбойничать, и теперь — простой парикмахер.

Торбеллино встречается с водовозом Канаро и договаривается о том, что тот провезет его тайно в бочке во дворец.

На улице юношу выслеживает Виоленто Беспалый и, оглушив, прячет его в сундук. Дилижанс, на котором едет Виоленто, останавливает пограничный разъезд. После проверки документов бандита задерживают, а в сундуке обнаруживают еле живого Торбеллино.

Юноша вновь попадает в форт Теруро. Ему удается бежать из форта благодаря тому, что пьяный комендант забывает запереть камеру. Арестованный Виоленто тоже умудряется скрыться из форта.

Договорившись с водовозом Канаро, юноша забирается в бочку, чтобы проникнуть во дворец диктатора. Виоленто вновь выслеживает его и похищает фургон с бочками. Неожиданно по дороге в Силенто на них обрушивается ураган с ливнем. Фургон уносит разбушевавшейся рекой в море, где бочку случайно вылавливают Старый Галс и его внучка. Открыв бочку, они обнаруживают в ней чуть живого Торбеллино. После его выздоровления, молодые люди отправляются в Силенто в гости к друзьям-ноктафратам. В городе наш герой попадается на глаза пиратам, но им не удается его схватить. Через неделю в Силенто появляется Виоленто, который узнает от пиратов, что Торбеллино жив, и начинает вновь охоту за ним.

Виоленто Беспалый преследует юношу, но тому удается скрыться от наемного убийцы. Торбеллино под видом охотника-рэдпероса отправляется в кофейню Рудо, помогать докапывать подземный ход в Крепость Мейз, чтобы освободить повстанцев.

Итак, вперед, дорогие читатели!

Приключения Торбеллино продолжаются!

Глава 1. Ноузгейский теннис

Вот и Ноузгей, издали похожий на огромный благоухающий букет цветов. Торбеллино с щемящим чувством подъехал к знакомому домику на Улице Кипарисов, увитому плющом и яркими цветами. Соскочил с седла и дернул за шнурок колокольчика, висевшего над калиткой. Ждать пришлось недолго. Калитка распахнулась, перед юношей стояла Мама Джульетта. Пожилая женщина с удивлением смотрела на охотника-рэдпероса, державшего под уздцы гнедого коня. Карезо сразу узнал юношу и с радостным лаем бросился к нему, напугав проявлением взрыва эмоций бедную лошадь.

— Корезо, негодник!

— Мама Джульетта, — тихо сказал юноша.

— Торбеллино, сынок! — женщина всплеснула руками и, раскрыв объятия, бросилась к нему. Слезы рекой полились у нее из глаз. — Вернулся!

— Мама Джульетта, ну что вы? Не плачьте. Я же живой и невредимый.

— Это я от счастья, дорогой мальчик. Ну, пойдем же скорее в дом, чего мы тут стоим. Если бы ты только знал, как я тебя ждала и волновалась. А Макото как будет тебе рад. Не было дня, чтобы мы о тебе не вспоминали.

— Какая-то подозрительная суета в городе, — сказал Торбеллино, усаживаясь за обеденный стол, накрытый, как обычно, в саду под раскидистыми яблонями. — Случилось что-нибудь? Полицейских кругом видимо-невидимо, на каждом углу маячат.

— Так это же готовятся к очередному визиту Трайдора, — отозвался Макото, уплетая пирожок.

— Что он у вас в городе позабыл? Парусная регата давно закончилась.

— А про Ноузгейский теннисный турнир ты разве не слышал? — живо откликнулась Мама Джульетта. — Тут несколько раз в год проходят теннисные турниры, каждый раз такой грандиозный праздник затевается. Народ со всей страны к нам съезжается.

— Турнир говорите… — задумчиво промолвил Торбеллино, что-то соображая.

— Ежегодный турнир в это время года. Тут наедет столько гостей и свиты, будь здоров. Поэтому, дружище, и полиции видимо-невидимо нагнали!

Утром Торбеллино отправился в булочную за хлебом и на Старом Мосту, где рыбачили мальчишки, неожиданно столкнулся лицом к лицу с Тимидо и Северо.

— Северо! Тимидо! — радостно окликнул он друзей.

Встревоженные связные в недоумении уставились на молодого рэдпероса, который восседал на гнедом коне.

— Чего, черти, глазами хлопаете? Не узнаете? А еще друзья называется!

— Торбеллино!

— Черт, напугал! — с облегчением выдохнул Северо.

— А ты как сюда попал? — поинтересовался Тимидо. — Тебя каким ветром в Ноузгей занесло?

— В гости к другу приехал. А вы какого лешего тут забыли?

— Мы по заданию Моряка Велы.

— Налаживали связь с моряками эскадры. Сегодня собираемся обратно в горы, — уточнил Тимидо, сдвигая соломенную шляпу на затылок.

— Какие горы? Вы в курсе, что в Ноузгее через два дня турнир по ноузгейскому теннису? — обрушился на приятелей Торбеллино.

— Ну и что?

— Как что? Приедет сам Трайдор! Понимаете, куда я клоню?

— Погоди, погоди, я, кажется, понял твою мысль, — оживился Северо. — Ты предлагаешь его отловить прямо на турнире?

— А почему бы и нет! Мне кажется, лучше момента и не придумать.

— По-моему, это безумная идея воспаленного мозга, — скептически отозвался Тимидо.

— Слишком опасно, дружище. Уж больно много полиции понаехало, — добавил Северо, не веря в затею юноши.

— Чудаки! Вот именно этим и надо воспользоваться, — продолжал развивать свою мысль молодой фрид. — Никто и не предположит, что может что-то случиться с диктатором при таком огромном скоплении охраны.

— Может, ты и прав.

— Ну и как ты собираешься его похитить? — спросил Тимидо.

— Пока еще не знаю. Надо посидеть и сообща подумать. Глядишь, чего-нибудь и придумаем.

— Честно сказать, я в эту сумасбродную идею не верю, — сказал Северо, потирая широкий лоб. — Чтобы из-под носа у охраны и свиты похитить Трайдора.

— Он же все время будет у них на виду. Я тоже думаю, что это гнилая затея, — поддержал друга Тимидо. — Один он может оказаться только в одном случае, если направится обедать или в туалет.

— Вот в туалете его и надо вязать.

— И кляп в рот, чтобы не орал! — весело рассмеялся Северо.

— А дальше? Что с ним связанным делать? — не унимался Тимидо, подвергая идею юноши сомнению.

— Дальше в мешок и через окно, — сказал, как отрезал, Торбеллино, уверенный в успехе предстоящей операции.

— А как мы попадем на турнир? Правительственная трибуна надежно охраняется. Там одних агентов до черта, — поинтересовался Тимидо. — Посторонним, сам знаешь, туда хода нет.

— Под видом мусорщиков пройдем и будем толкаться недалеко от туалетной комнаты, — сказал Торбеллино. — Ну, как вам моя заманчивая идея?

— А еще можно под видом полицейских агентов проникнуть, — вдруг выдал Северо.

— Агентов? — переспросил фрид.

— А почему бы и нет? Раздобудем черные сюртуки и шляпы, — продолжал развивать свою мысль Северо.

— А если на Восто нарвемся или на его носатого дружка Флари? — попытался умерить безграничную фантазию друга Тимидо. — Считай, сразу погорим!

— А мы прикинемся личными телохранителями диктатора, — не унимался фантазировать Северо.

— С нашим-то ростом? Смеешься? Какие из нас телохранители?

— А ты думаешь, что телохранители — это огромные верзилы? Запомни, чем ниже рост, тем ловчее человек. Телохранители всякие бывают.

— Ну, ладно, парни, ближе к делу, — прервал горячо споривших приятелей Торбеллино. — У нас в резерве всего два дня. За это время надо разыскать необходимую для дела одежду, как следует осмотреть туалет и просчитать все до мелочей, чтобы не было ни малейших сбоев. Думаю, двух агентов и одного мусорщика вполне хватит. Я готов быть мусорщиком, если вы не против.

— Возражений нет. С детства не люблю веником махать, — отозвался, брезгливо поморщившись, Тимидо.

— Что так?

— Матушка часто заставляла дома убираться. Я теперь от веника и швабры шарахаюсь, как от бешеной собаки.

За несколько дней до турнира вся округа вокруг Ноузгея была оцеплена усиленными сторожевыми постами, ни одна мышь не могла проскочить в город без тщательного досмотра и обыска. На трибунах спортивного стадиона маячили группы переодетых тайных агентов. Ложа правителя охранялась ротой гвардейцев. По городу шмыгала свора вышколенных полицейских, высматривая среди горожан подозрительных субъектов. Вот такие меры предосторожности предпринял Рабиозо, чтобы обеспечить безопасность пребывания в городе диктатора Трайдора.

Прошло два дня. Город стал похож на огромный яркий муравейник. Со всех уголков страны съехался народ посмотреть Ноузгейский теннисный турнир. Знаменитый турнир проходил три раза в год, в три этапа. Третий этап был решающим, в нем участвовали только спортсмены, которым удалось победить в двух предыдущих. Победителю третьего этапа вручался Большой Кубок турнира из рук самого Трайдора.

Когда перед началом турнира правитель с приветственным словом обратился к участникам соревнований, наши герои были уже на своих местах. Северо и Тимидо в сюртуках и шляпах фланировали недалеко от диктаторской ложи, а Торбеллино в синем фартуке мусорщика с веником и совком в руках усиленно делал вид, что героически борется с пылью в районе туалетной комнаты диктатора.

Выдался очень жаркий день. От солнечных лучей толпы зрителей на трибуне спасались под парусиновыми тентами, панамами, шляпами и летними зонтиками. Больше всех изнывали от жары, конечно, агенты, одетые в черные строгие сюртуки, и спортсмены. Северо и Тимидо скоро тоже пожалели, что вырядились в полицейских. Лучше было бы прикинуться разносчиками воды, которых крутилось великое множество в праздничной толпе, они обслуживали также и правительственную ложу. Спустя два часа «липовые агенты» потихоньку стали выдвигаться к месту задуманной операции, где Торбеллино в надвинутой на глаза кепке наводил веником лоск. Повстанцы встали по обе стороны двери, ведущей в туалетную комнату правителя.

— Все пока идет по плану, братцы. Жара нам только на руку. Клиент много пьет лимонада. Скоро он созреет, — донеслось до них со стороны «борца за чистоту», который крутился неподалеку с веником и совком.

На стадионе объявили перерыв.

В конце длинного коридора появилась плотная фигура Трайдора в белом мундире, в окружении группы телохранителей.

— Объявляю готовность номер один, — не поднимая головы, шепотом предупредил друзей юноша, продолжая усердно гонять веником пыль. Северо и Тимидо, облаченные в черные сюртуки, вытянулись в струнку, задрав подбородки вверх.

Диктатор, подойдя к туалетной комнате, сразу оценил служебное рвение агентов, стоявших на ответственном посту.

— Можете пока расслабиться, парни! Покурите, попейте минеральной воды, — сказал он, обернувшись к сопровождавшим его охранникам. — С такими ребятами, как эти орлы, я буду в полной безопасности.

Умиравших от жажды телохранителей не пришлось долго упрашивать, их как ветром сдуло, они мгновенно растворились в конце коридора в поисках освежающих напитков и ванильного мороженого, которым так славился Ноузгей.

Переодетые повстанцы услужливо распахнули двери перед диктатором.

Северо и Тимидо, как только диктатор исчез в одной из кабинок туалета, проникли внутрь помещения и защелкнули задвижку на дверце кабинки.

— Вот и все! Дело сделано! Зови быстрее Торбеллино!

Тимидо высунул голову из туалетной комнаты, чтобы позвать юношу, и открыл от удивления рот. По коридору, не оглядываясь, во все лопатки мчался Торбеллино. Его преследовала с громкими криками группа вооруженных военных.

— Северо! — окликнул Тимидо приятеля, захлопывая дверь.

— Что случилось? — спросил, оборачиваясь к товарищу, обеспокоенный Северо. — Где веревка, мешок и кляп? Где Торбеллино?

— Нам крышка! Его узнали! За ним погоня! Все сорвалось!

— Черт побери! Выходит, вся операция накрылась медным тазом!

— Делаем ноги, приятель! — бросил Тимидо, распахивая оконную раму.

— Эй! Кто там! Откройте немедленно! Что за глупые шутки!!! — Трайдор обнаружил запертую дверь и предпринимал настойчивые попытки выбраться наружу.

— Разбежались! — огрызнулся в ответ Северо.

— Сиди и не вякай, а не то получишь на орехи! — добавил Тимидо, покидая помещение через узкое окно вслед за другом.

Что же произошло с нашим Торбеллино?

Когда его товарищи исчезли в туалетной комнате диктатора, неожиданно в коридоре появилась группа офицеров во главе с тучным генералом Перфидо. Юноша начал усиленно наводить порядок, орудуя веником. И когда военные поравнялись с ним, он нечаянно смахнул весь лоск с сапога одного из офицеров.

— Негодяй!

Торбеллино получил такую звонкую увесистую оплеуху, что кепка слетела с головы. Он поднял глаза и встретился с разгневанным взглядом капитана Масино, мечущим молнии.

Офицер по особым поручениям на секунду опешил: в молодом мусорщике он неожиданно признал беглеца из форта Теруро, который испортил веселую охоту коменданту Брицоне и его друзьям.

— Вот, оказывается, где ты скрываешься?! — заорал удивленный капитан Масино, выпучив на юношу глаза.

Торбеллино, не раздумывая, швырнул веник и совок в физиономию военного и бросился наутек.

— Стой! Мерзавец! — завопил капитан Масино и, обнажив саблю, бросился вслед за молодым фридом. — Держите его! Это опасный государственный преступник!

На бегу беглецу удалось избавиться от длинного фартука, который ему страшно мешал, и от веревки с кляпом, спрятанные за пазухой. Пролетев стрелой коридор и свернув за угол, он через несколько секунд оказался на шумной трибуне, заполненной пестрой публикой. Чудом увернувшись и чуть не сбив разносчика минеральной воды, возникшего у него на пути, юноша помчался по узкому проходу в дальний конец трибуны в надежде затеряться в гуще зрителей.

В это время около правительственной ложи томились и изнывали от скуки и зноя сыщики Рабиозо, они ожидали появления Трайдора, который отлучился в туалетную комнату.

— Ну и жарища! В прошлый раз было гораздо прохладнее, — пожаловался Восто своему закадычному дружку, вытирая платком со лба выступивший пот.

— Угораздило нам с тобой попасть на этот, будь он не ладен, праздник. Сидели бы в Бельканто и в ус не дули, — ныл Флари. — Теперь придется несколько дней здесь околачиваться под палящим солнцем.

— Рабиозо приказал обеспечивать охрану, как будто без нас здесь не справятся, — согласился с коллегой хмурый Восто. Он терпеть не мог турниры по ноузгейскому теннису, да и Город Цветов тоже.

— Хотя, может, он и прав, наш директор. Тут кого только нет. Мало ли чего может случиться. Час назад в городе наткнулся на целую ораву вооруженных головорезов во главе с капитаном Малисиозо. От них все что угодно можно ожидать.

— А пирату чего понадобилось на турнире? Он в теннисе разбирается, как я в игре на кларнете.

— Лишний раз нарисоваться, напомнить правителю о себе.

— Дружище, взгляни-ка налево! Этот тип, случаем, не из наших клиентов? Не находишь, есть что-то знакомое в его облике, — Восто толкнул локтем в бок жующего ириски Флари и протянул тому театральный бинокль, которыми обычно снабжали для слежки полицейских агентов. — Или мне мерещится последнее время?

— Где?

— Да вон, по дальнему проходу пробирается. Видишь?

— Нет.

— Флари! Ты слепой, что ли? Да вон же! Всех локтями распихивает в стороны, будто спешит, — агент указал приятелю тростью нужное направление.

— Так это же… — воскликнул, чуть не поперхнувшись приторной ириской, носатый сыщик.

— Кто?

— Провалиться мне на этом месте! Если это не проклятый мальчишка Торбеллино! — вдруг заорал Флари, не отрывая глаз от бинокля. Сидевшие в правительственной ложе министры и высокие военные чины, что приехали с диктатором на турнир, испуганно вздрогнули и обернулись на его крик.

— Как Торбеллино?!

— Давай вперед, дружище! Мы должны его обязательно перехватить! На этот раз он от нас точно не уйдет!

Торбеллино с трудом протискивался по узкому проходу, но скрыться ему среди многоликой толпы так и не удалось. Он неожиданно нос к носу столкнулся с худощавым франтом в цилиндре. Их глаза встретились. Перед юношей стоял во всем своем великолепии капитан Малисиозо собственной персоной. Знаменитый пират был в белом фраке с иголочки и со скучающим видом направлялся в ложу Трайдора засвидетельствовать свое почтение диктатору. Его окружение составляли старые знакомые юноши: Чевалачо, Грозеро, Карапузо, Фрипоно, Карифано и Сардино. Беглец с разбегу врезался прямо в «грозу морей и океанов» и тут же перекочевал в мощные цепкие объятия морского волка, боцмана Грозеро.

— Торбеллино! Вот так встреча, вот так сюрприз! — радостно пропел капитан пиратов, не веря своим глазам. — Настоящий подарок судьбы! Парни, срочно возвращаемся на корабль! Тут нам делать больше нечего! Сегодня у нас на фрегате большой праздник! Будет красочный фейерверк и море шампанского!

— Надо ему связать руки, как бы не сбежал! — прогудел басом суровый боцман. — Уж больно он прыткий малый!

— У нас нет веревки! — откликнулся Плешивый Карапузо.

— А ремень у тебя, дуралей, на что в штанах! — рявкнул Грозеро и залепил пирату увесистый подзатыльник. — Давай его живо сюда!

— Слушаюсь!

Карапузо, тяжко вздыхая, нехотя извлек кожаный ремень, придерживая падающие штаны.

Грозеро крепко-накрепко стянул тонким ремнем Торбеллино за спиной руки.

— Вот и прекрасно! А я-то дурак еще не хотел плыть в Ноузгей, на этот чертов турнир, помнишь, Чевалачо? — не умолкал обрадованный неожиданной встречей Малисиозо.

— Угу, капитан, — прогудел из-за его спины погрустневший Чевалачо, которому нравился смелый парень, так нелепо угодивший в лапы капитана пиратов.

На палубу «Пари» высыпал весь разношерстный пестрый экипаж. Весть, что пойман личный враг капитана, облетела в одно мгновение все закоулки фрегата. Даже из камбуза выполз ленивый жирный кок Гютоно поглазеть на пойманного юношу.

— Долго же ты бегал, Торбеллино. Но учти, от меня не сбежишь, я тебе не Виоленто Беспалый, не Рабиозо с его бестолковыми агентами. От меня можно сбежать только туда, — Малисиозо, рисуясь перед окружающими, красноречиво указал пальцем на небо. Раздался дружный хохот, свист и громкое улюлюканье.

Торбеллино с грустью оглянулся в сторону приветливого города. Ему вспомнилась история, которая приключилась с ним во время парусных гонок. Тогда его тоже захватили в плен, но ему удалось бежать. Но в этот раз у него такой номер не пройдет: руки надежно связаны ремнем. Будь они свободны, он бы попытался захватить Малисиозо в заложники и после этого диктовать пиратам свою волю. Но, увы! Остается надеяться только на чудо.

— Ну ты и влип, парень, — услышал Торбеллино за спиной сочувственное бормотание помощника капитана. — Мой тебе совет: не зли Малисиозо, глядишь, смилостивится, останешься в живых.

Глава 2. Бегство с фрегата «Пари»

Торбеллино в сопровождении Чевалачо и Карифано переступил порог капитанской каюты, где ему было все знакомо до мелочей. После его продолжительного отсутствия здесь кардинально ничего не изменилось, если не считать, что добавилась еще одна кипа толстых книг, огромный кованый сундук да старинная фарфоровая ваза. Малисиозо, покуривая сигару, обосновался в любимом кресле. В углу на подушке с блестящими глазами сидела Барабоська и радостно виляла хвостом. Болонка, почуяв знакомый запах, вскочила со своего места и бросилась с радостным визгом к пленнику.

— Ха! Смотрите, узнала своего любимого слугу! — поразился Малисиозо.

— Как не узнать, добрый малый так хорошо за ней ухаживал, на прогулки водил, все ее капризы и прихоти исполнял. Не то что теперешний, — попытался как-то сгладить создавшуюся ситуацию Чевалачо.

— Прекратить бунтарские разговорчики на моем корабле! — резко оборвал помощника капитан.

Связанного Торбеллино усадили на стул посреди каюты.

— Капитан, у вас, наверное, будет конфиденциальный разговор? Нам выйти? — спросил Чевалачо, надеясь втайне, что без посторонних капитан не будет слишком издеваться над пленником.

— Конфиденциальный? — Малисиозо подпрыгнул и удивленно стрельнул глазами на своего помощника. — Чевалачо, где ты умудрился нахвататься подобных словечек?

— От вас, мой капитан, — тихо промямлил Чевалачо, нерешительно переминаясь с ноги на ногу, ожидая, что последует взрыв эмоций.

— От меня? — Малисиозо удивленно округлил глаза. — Ну, ладно, ступайте. Прикажи Грозеро, чтобы экипажу из трюма выдал несколько ящиков шампанского. Сегодня у нас грандиозный праздник! Гулять будем всю ночь!

Довольные пираты покинули каюту.

— Ну-с, дорогой мой, рассказывай, кому ты еще, кроме разбойника Бласфемо, поведал о моей о сокровищнице, что у Колодца Циклопов? — задал вопрос «джентльмен удачи», взгромоздив ноги в пыльных сапогах на лакированную столешницу.

— Кроме Бласфемо, больше никому.

— А с какой такой стати, молодой человек, разрешите полюбопытствовать, вы раздаете чужие тайны направо и налево? — взвился Малисиозо.

— Он требовал от меня выкуп, вот и пришлось с ним поделиться вашим секретом. А откуда вам известно, что это я секрет раскрыл атаману разбойников?

— Ха! Ха! Откуда?! Я собственными глазами видел, что осталось от разбойников Одноглазого Бласфемо после побоища, которое устроили свирепые братья-циклопы. За что я Фумадору и Ферозу очень благодарен. Нечего на чужое добро рот разевать!

— Как же вы узнали, что к этому причастна моя персона?

— Когда мы наведались к заветной пещере, там еще был один в живых, он-то перед смертью и поведал, кто их послал за сокровищами, кто подкинул эту дурацкую идейку одноглазому атаману и его шайке.

Пока капитан разглагольствовал, маленькая Барабоська не теряла времени даром. Она стосковалась по Торбеллино, и ей не терпелось с ним поиграть. Собаченция встала на задние лапки за стулом, на котором он сидел, и пыталась разгрызть путы, связывавшие руки пленника. Юноша был рад, что обрел в пиратском логове союзника, хоть маленького и лохматого, но все-таки союзника. Он пошевелил онемевшими пальцами, чем еще больше подзадорил собачонку. Она еще более рьяно вцепилась зубами в ремень.

После описаний жуткой расправы у тайной сокровищницы, Малисиозо вновь переключился на персону юноши, принялся фантазировать, каким страшным мучениям и пыткам завтра подвергнет несчастного.

— А может мне тебя не убивать, а? Моей дорогой Барабоське требуется достойный уход, который тупорылый лентяй Сардино не в состоянии обеспечить. А к тебе она привыкла и обожает тебя. Что скажешь?

— Дело ваше, господин капитан. Болтаться на рее под палящими лучами солнца, думаю, не очень приятное занятие.

— Ха! Ха! Люблю людей с тонким чувством юмора! Ценю толковых парней! Ты у нас дюже сообразительный, как я погляжу. Хочу поделиться с тобой одной моей гениальной идеей.

— А не боитесь, что я могу про нее кому-нибудь рассказать?

— Ха! Ха! Рассмешил! Нет, не боюсь! Кому ты расскажешь? — рассмеялся коварный пират, стряхивая пепел с сигары в пепельницу. — Запомни, отныне твой дом навечно — фрегат «Пари»! С него ты сможешь исчезнуть только мертвым в пучину моря! Ногами вперед! С привязанным к ним пушечным ядром!

— Ну и что за идея родилась в вашей светлой голове? — поинтересовался юноша, решив своими репликами лишний раз не раздражать непредсказуемого собеседника.

— Мне для грандиозного проекта нужен смышленый человек, вроде тебя. А суть проекта заключается в том, что надо со дна моря поднять несметные драгоценности, — выложил свой сокровенный план Малисиозо.

— Заманчивое предложение. Позвольте, капитан, полюбопытствовать. А откуда на дне вдруг оказалось столько золота?

— Слушай сюда, Акробат. Есть такой пират, капитан Хромой Педро. Может, доводилось слышать о таком?

— Конечно. Кто не знает Хромого Педро? — ответил юноша. — Личность в Карамбе довольно известная. Слышал, что он потомок династии знаменитых пиратов.

— Да, его дед Желтый Глаз и прадед Угрюмый Гроссо в свое время наводили ужас на всем побережье страны и сколотили огромное богатство.

— Желтый Глаз — тоже знакомое имя, а вот про Угрюмого Гроссо, увы, слышу впервые.

— Так вот, у Хромого Педро недавно в Проливе Кошмаров утонул бриг с трюмами, забитыми под завязку драгоценностями, награбленными еще его знаменитыми предками. И наша задача… Ну ты, надеюсь, понял? — довольный пират уставился на пленника.

— И наша задача — поднять этот бесценный груз на поверхность, — догадался юноша.

— Верно, соображаешь! Приятно иметь дело с умными людьми.

В это мгновение Торбеллино почувствовал, что путы на руках ослабли: маленькой Барабоське все-таки удалось перегрызть кожаный ремень. Собака, повизгивая, лизала шершавым языком его затекшие пальцы, которыми он усиленно шевелил, пытаясь восстановить кровообращение.

— И как же вы собираетесь его поднять? Каким способом? Ведь это задачка не из легких, — спросил фрид.

— Вот именно! Я долго ломал голову над этой проблемой. И после долгих раздумий пришел к выводу, что это запросто могут сделать ловцы жемчуга, которым погружения на большую глубину не в диковинку, — продолжал развивать свою мысль капитан.

— Ну, а я-то чем могу помочь?

— Ты, как мне стало известно, большой приятель вождя племени ловцов жемчуга, некого Туни. Кажется, даже побратим или что-то в этом роде, если не врут.

— Да, мы с Туни как братья.

— Отлично! Так вот, тебе поручается самая легкая задача: пригласить молодого вождя и его людей в гости, сюда — на фрегат. А остальное уж мое дело! Мои морские разбойнички их захватят, закуют в кандалы и заставят нырять за сокровищами. Ну, как тебе моя гениальная идея?

— Вы предлагаете, чтобы я предал своего друга? — возмутился оскорбленный до глубины души юноша.

— А что тут такого особенного? — с язвительным смешком возразил пират. — Зато будешь одним из самых богатых людей страны! После удачно проведенной операции ныряльщиков можно отпустить на все четыре стороны.

— Малисиозо, вы в своем уме? У вас нет ни малейшего понятия о совести, чести, достоинстве. Никогда этому не бывать, подлый вы человек! — возмущенно высказал юноша все, что думал о капитане.

— Надо же, какие мы нежные! Честь, совесть… Это все пустые слова, мальчишка! Запомни: сегодня — он твой друг, а завтра — я твой друг! Зато мы станем владельцами несметных сокровищ Хромого Педро, которые награбили еще его дед и прадед.

— Вы — негодяй, Малисиозо!

— Сопливый мальчишка! — презрительно бросил разозленный Малисиозо. — Позволяешь себе хамить самому капитану Малисиозо! Посмотрим, какую ты завтра песенку запоешь, как заверещишь, когда мои ребята тебе на шею накинут «пеньковый галстук» и потащат вешать на рею!

— Это мы еще поглядим, кто заверещит первым! — крикнул Торбеллино, вскакивая со стула и бросаясь вперед. Он схватил пирата за ноги, покоящиеся на столе, и, что есть силы, дернул на себя. Малисиозо от неожиданного резкого рывка брякнулся под столешницу, крепко приложившись затылком о паркет. Пока он барахтался под столом, пытаясь подняться, юноша успел вооружиться его пистолетами.

Подталкивая впереди себя бледного, дрожащего от страха капитана, Торбеллино вышел из каюты на палубу. Солнце уже опустилось. Над горизонтом висел огромный оранжевый шар на фоне сиреневого неба. Праздничная попойка шла полным ходом. Подвыпившие, расслабленные пираты сгрудились у грот-мачты, где штабелями стояли ящики с бутылками шампанского, и горланили пиратские песни. Увидев вооруженного пистолетами юношу и понурого Малисиозо, они в один миг сообразили, что произошло.

— Все назад! Сложить оружие на палубу! — угрожающим голосом предупредил Торбеллино. — Если кто ослушается, я, не раздумывая, вышибу мозги из башки вашего любимого капитана!

— Братцы, он шутит! — попытался успокоить приятелей, еле стоявший на ногах, Карифано.

— Я не шучу! Считаю до трех! Ра… аз! Два… а! — пригрозил юноша, приставив к голове вожака пистолет.

— Делайте, что он говорит! — прохрипел бледный как смерть Малисиозо. — Чевалачо! Отрой пороховой погреб!

— Капитан! Мы же взлетим к чертовой бабушке! — запричитал испуганный Чевалачо.

— А так я взлечу к небесам, идиот!

— А где у нас ключи от погреба? Я что-то запамятовал…

— Бестолочь! И это мой помощник! — взорвался капитан. — Ключи всю жизнь находятся у Грозеро, болван!

Чевалачо, покачиваясь из стороны в сторону, будто балансируя во время морской качки, помчался в кубрик, где храпел подвыпивший боцман.

Пьяные «джентльмены удачи», отставив бутылки с шампанским и побросав оружие на палубу, не сводя мутных глаз с вооруженного Торбеллино, испуганно сгрудились у борта фрегата. Подставляться под пули никто не хотел. Плешивый Карапузо с перепугу заперся в гальюне в надежде там отсидеться до лучших времен. На Фрипоно-младшего внезапно напала страшная икота. Он так громко икал, что это было слышно даже гуляющим горожанам на пристани.

Наконец появился взволнованный помощник капитана, за ним еле поспевала квадратная потная туша Грозеро, позвякивая ключами от порохового погреба. Небритый боцман с отвисшей дрожащей челюстью нерешительно приблизился к Малисиозо и Торбеллино, будто перед ним была бешеная собака.

— Грозеро, открой запоры и выкати один бочонок с порохом на палубу! — распорядился юноша.

Боцман вопросительно перевел маленькие заплывшие глазки на бледного капитана.

— Чего стоишь как истукан?! Слышал, что было сказано? Живо исполняй! — зло рявкнул Малисиозо, испепелив глазами матерого морского волка.

Грозеро, бренча связкой ключей, резво засеменил к трапу, ведущему в пороховой погреб.

Через несколько минут он появился на палубе, катя впереди себя тяжелый бочонок с порохом. Перепуганные пираты завороженно уставились на катящийся с грохотом дубовый бочонок, таивший в себе угрозу и неминуемую смерть.

— Грозеро, дверь в погреб не заперта? — спросил юноша.

— Так точно!

— Отлично! Теперь осторожно, не спеша вскрой бочонок и насыпь узкую дорожку до самого погреба.

Боцман извлек из ножен морской тесак и ловким движением поддел крышку, затем приподнял смертоносный груз и стал тонкой струйкой сыпать порох на палубу. Толпа морских разбойников заволновалась, она не отрывала выпученных глаз от пороховой дорожки, которая с каждой секундой становилась все больше и должна была закончиться у порохового погреба. Одно неловкое движение или малейшая искра, и все! Корабль в одно мгновение вместе с экипажем взлетит на воздух!

Неожиданно боцман поскользнулся на луже пролитого шампанского и чуть не грохнулся вместе с бочонком на палубу.

— Ааа!!! — прокатился над обреченным судном громкий дружный возглас, напоминающий рокот набежавшей морской волны.

— Грозеро!! — отчаянно завопил Малисиозо, наблюдая за неловкими движениями боцмана. — Осторожно, старый матрац!! Ты всех погубишь!!

После этих слов суета среди пиратов мгновенно переродилась в невообразимую панику.

— Братцы! Полундра!

— Он взорвет нас!

— Сейчас все взлетим на воздух!

— Всем крышка!

Воспользовавшись всеобщим гвалтом, Малисиозо оттолкнул молодого фрида, вырвался, одним махом перемахнул через борт и плюхнулся в воду.

— Спасайся, кто может! — истошным голосом заорал Чевалачо, отпихивая в сторону стоявшего столбом Бабило и бросаясь вслед за капитаном.

Это и послужило сигналом к всеобщему бегству. Обезумевшие от страха «джентльмены удачи», толкаясь, давя друг друга, громко вопя, начали сигать за борт.

Грозеро опустил тяжелый бочонок на палубу и тоже, не раздумывая, присоединился к своим товарищам.

Не прошло и трех секунд, как Торбеллино остался на палубе фрегата совершенно один, не считая Барабоськи, запертой в каюте, и Карапузо, который продолжал прятаться и трястись от страха в гальюне.

Молодой фрид, воспользовавшись этим обстоятельством, закрыл бочонок крышкой, откатил его на полубак корабля. Потом вернулся, запер пороховой погреб на замок и залил дорожку из пороха водой. Затем отбежал подальше и, прицелившись, выстрелил из пистолета в бочонок

Раздался оглушительный взрыв, было такое впечатление, что над морем раскололось небо, охваченное красным закатом. Перед фок-мачтой вверх взметнулся язык яркого пламени, после чего корабль вздрогнул от носа до кормы, и его окутало облако черного дыма.

После взрыва полуоглохший Торбеллино, не раздумывая, сиганул в зеленоватую воду залива, где смешался с барахтающимися и орущими пиратами, которые выпучив глаза, что есть силы гребли в сторону берега. Напялив на голову чью-то мокрую шляпу, попавшуюся ему под руку, он вплавь попытался достичь полоски суши. В вечернем сумраке ему удалось неузнанным, одним из первых добраться до причала, где уже образовалась приличная толпа любопытных зевак и добровольцев-спасателей, привлеченных страшным взрывом и столбом дыма над пиратским фрегатом.

Глава 3. Таинственный колодец

До дома Макото на всякий случай юноша пробирался темными закоулками, боясь попасть на глаза многочисленной полиции, шмыгающей по городу в поисках преступников, которые днем на теннисном турнире покушались на жизнь диктатора Трайдора.

Мама Джульетта, причитая, только всплеснула руками, увидев на пороге мокрого до нитки, виновато улыбающегося юношу.

— Торбеллино, сынок, а мы-то уже думали, что не увидим тебя больше никогда. В полдень примчались твои друзья Северо и Тимидо, запыхавшиеся, еле живые. Сообщили, что тебя на стадионе схватили. Мы с Макото весь день места не находим, переживаем.

— Мама Джульетта, дорогая моя, успокойтесь! У меня все в порядке.

— Ты куда пропал? Почему ты весь мокрый, — набросился с упреками Макото, который, услышав голоса, вышел из дома.

— Было жарко и душно, вот я и искупался. Вон какая жара весь день стояла.

— Прямо в одежде?

— Да, прямо в одежде. Это очень освежает, — брякнул наш герой.

— Сынок, ну кого ты обманываешь? — с укоризной спросила женщина. — Я же чувствую, что-то случилось.

— Если бы случилось, я разве бы так улыбался? Мама Джульетта, вы только посмотрите на мою улыбку. Веселая?

— Веселая, — согласилась Мама Джульетта.

— Ну вот, а вы переживаете. У меня все в порядке. Я счастливейший человек на свете. Вот если бы вы меня еще напоили чаем с жасмином, моему счастью не было бы границ.

Торбеллино не обманывал ни пожилую женщину, ни ее сына, он на самом деле был в хорошем расположении духа. Во-первых, удалось удрать от коварного Малисиозо и его пьяных головорезов, во-вторых, Северо и Тимидо тоже удачно избежали грозящей им опасности.

— Пойдем, я тебе полотенце дам и что-нибудь из сухой одежды, — сказал сын хозяйки.

— Вот и ты такой же, как мой Макото, правды от тебя не добьешься, — проворчала пожилая женщина, махнув рукой. — Сколько раз я его просила рассказать мне обо всем, что с ним случилось.

— И правильно делает, что не рассказывает, — отозвался юноша. — Сын бережет ваше бедное сердце, не хочет, чтобы вы лишний раз переживали. Там, где он был, поверьте, ничего хорошего не было. Не спрашивайте его о прошлом.

Пока Макото подыскивал одежду, Торбеллино насухо вытерся махровым полотенцем и попрыгал на одной ноге, чтобы удалить попавшую в ухо воду.

Тем временем Мама Джульетта заварила свежий чай с жасмином и накрывала стол в саду под яблоней, над одной из веток которой висел фонарь.

Неожиданно в калитку громко и настойчиво застучали.

Знакомые, соседи и родственники так не барабанят.

Макото выглянул через щелку в заборе и остолбенел. На улице перед калиткой стояли несколько полицейских и агентов, одетых в черые сюртуки и шляпы.

Он, не раздумая, побежал в дом, где переодевался фрид.

— Торбеллино! Полиция!

— Все-таки выследили, черти! — расстроился юноша. — Что же делать? Необходимо где-то на время надежно спрятаться или перелезть через забор и уходить чужими дворами.

— Не получится!

— Почему?

— Тебя соседские собаки загрызут! Погоди, я, кажется, придумал, — сказал Толмач, после короткого раздумья. — Пошли быстрее за мной! Медлить нельзя!

— Куда ты меня тащишь?

— Не волнуйся, я тебя спрячу так, что ни одна живая душа во веки веков не найдет.

Макото вывел юношу в сад и подвел к колодцу.

— Хватайся за веревку и лезь быстро в колодец.

— Ты в своем уме? Я же в нем утону!

—