– А почему вы не лепите божков? – спросил Фельгор Бершада и Роуэна.
– Моя душа и без того проклята, – сказал Бершад. – А даже если бы и не проклята, когда меня лишили титула и имущества, то отобрали и тотемный кошель, потому что изгнанникам не позволено просить милости у богов.
– И у тебя тоже? – спросил Фельгор у Роуэна.
– Нет, мой при мне. Но я ничего не опасаюсь, – ответил Роуэн, покосившись на Йонмара. – А боги всегда чуют людское отчаяние.
