Знаешь, я понимаю. Может, это отчасти и наша с мамой вина: мы никогда не заботились о том, чтобы дать тебе место, куда можно вернуться. Мы хотели, чтобы ты была свободна. Прежде всего. Свободна ехать куда угодно, стать тем, кем хочешь, не считаясь с нами. Ведь мы с ней сами в своих жизнях были связаны по рукам и ногам…
