Нет, насчет хрупкости человеческого тела я был в курсе. И о том, что Рур не отделается парой синяков, — догадывался. Но… одно дело что-то там условное и теоретическое знать. И совсем другое — видеть, как рыцуцик делает то, на что у меня не хватило бы ни смелости, ни дури.
Я уже никогда не смогу думать о нем как о слизняке.
И мне уж точно не пришло бы в голову считать слизняками всех, кто был сегодня в этой комнате, похожей на печальное междометие. Даже Пыльного Мешка, который синел губами и зубами стучал, но остался рядом, и щупал, и нес…
Так может, главный слизняк Мантикорьевска — это как раз я?
