руке. Натягивает левую; внутри она кажется теплой и идеально облегает ладонь, словно рука и перчатка — давние знакомые. Ксендз облегченно вздыхает. Касается висящей на плече сумки, машинально ощупывает ее прямоугольные края, плотные утолщения, напоми
В Польше король слаб и царит великий хаос… — начал Людвик.
— С Польшей для меня покончено, — отрезал Яков.
Он сказал это с горечью и так же дерзко, как раньше, будто провоцировал меня на ссору.
