В личных записях художница часто использует по отношению к себе местоимение мужского рода, и в этих же тетрадях можно встретить рассуждения художницы насчет гендерной идентификации. В 1905 году Верёвкина пишет:
«Я мужчина куда больше, чем женщина. Только желание нравиться и потребность в жалости делают меня женщиной. <…> Я не мужчина и не женщина, я — это я»370.
Это двоякое отношение к «женскому» в себе и к «женскому» в принципе появляется в ее высказываниях постоянно. Это вполне можно понять, ведь сложно найти человека, которому бы хотелось быть отнесенным помимо его воли в выделенную группу и, соответственно, быть наделенным качествами и, главное, недостатками, приписываемыми этой группе.
