Однажды на каком-то очередном семейном сборище встала с рюмкой Надежда и, оглядев тяжелым, всегда недоверчивым взглядом головановское «поголовье», громко вздохнув, сказала:
– Вот запомните, дети! Что бы ни было – слышите! Все, что угодно! Но… – Она замолчала и оглядела притихших гостей. – Все, что угодно, – повторила она, – но в тяжелый момент вы будете вместе! Вы меня поняли?
Дети растерянно закивали, подталкивая сидящего рядом ногой, – поняли, что тут не понять?
Тетка Надя была «хороша» – это случалось с ней часто.
– Точно поняли? – с угрозой в голосе уточнила она. – Я вас не слышу!
Дети, подростки и малыши, опять закивали и недружно выкрикнули:
– Да поняли, теть Надь! Ты чего?
– Всегда! – чуть расслабившись, торжественно повторила Надежда. – А особливо – в беде. Как мы с сеструхой и братом. Ясно? Пока тишь да гладь – можете цапаться. А если беда – дружно все встали! Понятно? Встали в шеренгу, сомкнулись и про себя забыли, услышали?
