Когда, измученный горестями и разочарованием, с Россией окончательно расставался Михаил Глинка, он остановил свой возок на границе и плюнул. Рахманинов, несмотря на жестокость и безжалостность большевистской власти, предпочел в подобных обстоятельствах опуститься на колени и поцеловать землю Родины, дороже которой ничего в его жизни так и не было.
1 Ұнайды
– В Риме мне удалось снять ту же самую квартиру на Пьяцца-ди-Спанья, в которой долгое время жил Модест Чайковский и которая служила его брату временным убежищем от многочисленных друзей. Она состояла из нескольких тихих прохладных комнат, принадлежащих доброму портному. Мы с женой и детьми поселились в пансионе, и каждое утро я отправлялся в эту квартиру, чтобы сочинять. Я работал до самого вечера и ел только один раз: скудный завтрак состоял из подозрительного напитка, который назывался кофе.
Ничто не помогало мне больше, чем одиночество. По-моему, сочинять можно только в полном одиночестве и в полной изоляции от внешних обстоятельств, которые могут спугнуть спокойный ход мыслей. В моей квартире на Пьяцца-ди-Спанья эти условия соблюдались идеально. Весь день я проводил у рояля и письменного стола и не откладывал пера, пока заходящее солнце не золотило сосны Монте-Пинчо. Так я в сравнительно короткий срок закончил свою Вторую сонату для фортепиано и симфонию с хором – я бы не назвал ее кантатой – «Колокола».
1 Ұнайды
Pour un gentilhomme la misique ne peut jamais être un métier, mais seulement un plaisir
1 Ұнайды
Русские – это великий народ не потому, что они славяне, но из-за силы, влитой в них монгольской кровью, которой лишены другие славянские племена. В результате такого смешения возникло великолепное сочетание тонкой духовности и властной силы, которое делает русский народ столь великим».
1 Ұнайды
смыслу: во всяком случае, он обошелся с нами весьма милостиво. Вместо того чтобы выбранить и сурово нас наказать, он прибег к ласковым отеческим увещеваниям, и посему его поучения не возымели никакого действия.
В своем невежестве и святой невинности я был совершенно убежден в том, что артист, который выходит на сцену, чтобы петь в опере, обязан знать ее так же хорошо, как дирижер. Зачем же мне в таком случае надо было делать певцу знак вступить? Я представления не имел о потрясающем отсутствии понимания музыки, характерном для большинства певцов, которые во всей опере не знают ничего, кроме своей партии.
пустоголовости обитателей столицы на Неве. Во всех сферах интеллектуальной жизни оба города вели борьбу за первенство. Вражда была более или менее открытой, но иногда переходила в страстную ненависть. В качестве параллели можно привести ревность и соревновательность между Берлином и Мюнхеном в Германии.
гвардии и процветающих чиновников. Петербург заигрывал с «просвещением» в образе западноевропейского интернационализма.
В Москве основой жизненного уклада оставались уют и удобства. Там носили длинные бороды и кутались в собольи шубы; там называли императора «царем-батюшкой» и не обсуждали его поступков. В то же время в Петербурге гладко брились, носили расшитые золотом мундиры, вместо сытных обедов затягивали потуже ремни, чтобы купить пару новых перчаток, и говорили о царе «Его Величество». Легко представить себе, с каким высокомерием взирали петербуржцы на патриархальных москвичей и с какой насмешливой иронией относились москвичи к напыщенной поверхностности и пустоголо
представить себе соперничество, которое процветало между Москвой и Санкт-Петербургом.
Два города разделял странный антагонизм. Он распространялся на все стороны жизни обеих столиц, но особенно сильно проявлялся в искусстве, в частности в музыке. Сама по себе эта вражда была совершенно естественна. В Москве жили представители ультраконсервативной земельной аристократии и старинных деловых кругов. Катков и его известная своей реакционностью газета «Русские ведомости» считались выразителями «русского духа», царившего в Москве. Петербург быстро превращался в бюрократическую столицу, став местопребыванием двора и высших правительственных учреждений,
«Никогда, не было более чистой, снятой души, чем Рахманинов. Вот почему он был великим музыкантом, а то, что у него были такие превосходные пальцы, явилось лишь чистой случайностью»[138].