Я рос в «ободранной» Сталинке,

И любил смотреть Поле Чудес

И был тогда совсем маленький

Но мечтал я достать до Небес.

А вокруг жизнь шла сильно быстро

Мы росли и вокруг шёл прогресс,

Кому-то хватало пол-литра,

Кто-то летал чуть ниже небес.

Потом был расстрел в Останкино-

Был ужасный кровавый замес.

По Парламенту били танками-

Чёрный Дым шёл до самых небес.

И росли мы с ужасной скоростью-

Мы щепки когда рубят лес-

И учились у улиц совести,

И прыгали выше небес.

Девяностые-наше детство,

Двухтысячные- юность и крест-

Кто уехал, кто сидит, кто лечится,

А кто сумел достать до небес.

Когда меня ностальгия мучает,

И ночами спать не могу

Вспоминаются времена лучшие,

В памяти я всё берегу.

Я тоскую по ручке от чайника,

По шахматам, швабре, Совку.

Ты отопри мне дверьку, Начальника,

Я мигом отсюда сбегу.

А в тюрьме опять дают макароны,

В деревне поют петухи.

Ну нафига мне сдались ваши дроны,

Есенина дайте стихи!

А на кладбище всё чинно, всё строго,

Здесь нет границ, нет паспортов.

Туда нам всем, беглецам и дорога,

Спаси и помилуй нас, Бог.

Кому-то половодье,

Оттепель и Река

У кого-то в обиходе

Нет даже помазка.

Кому-то шарманка

И Берёзовый Лес,

А кому-то и манка

Как манна с Небес.

Кому-то раздолье,

Распутица и Май,

А у кого-то на воле

Всё бери-отнимай.

Кому-то Есенин, Гоголь,

Толстой,

А у кого-то сени

И короб пустой.

Такая разная Родина

Всех нас родила.

Кому-то Роднина,

Кому-то Дерсу Узала.