Я присел, поднял большую кость – сухую, тяжелую. Сломал пополам. Острый край блеснул в гаснущем свете факела.
– Хочу, чтобы ты знал, – сказал я негромко, позволяя камням отразить мои слова. – Это решение созрело не вчера и даже не месяц назад. Я давно помогал сопротивлению. Анисе и Рейну, которых ты так ненавидишь. Аисе, дочери Костераля. И Александру. Мы все знаем, что Таррвания не держалась на тебе – она задыхалась под твоей пятой. Поэтому все, что сейчас произойдет, – целиком твоя заслуга.
