Старый ворчун Широ тоже будет вынужден усилить бдительность.
А когда мы с Ланкой увидели полноценную, невесть откуда взявшуюся портальную арку, понимающе ухмыльнулся:
же, Тор, не забывай: он не солдат и не твой подчиненный. Никакая
имелось.
Гораздо хуже было то, что измы, хоть и костяные, то есть безмозглые в буквальном смысле этого слова, действовали до отвращения слаженно и разумно. Обнаружив дыру в крыше
Ну а я была поглощена своими щитами, в заклинании которых наконец-то стали пропадать ненавистные мне пробелы.
Да вы что, издеваетесь?!
Ларун со смехом поднялся:
– Ничего не знаю. Приказ императора. И там черным по белому написано: «В целях налаживания сотрудничества и укрепления международных отношений…» Собственно, вот теперь у меня все. Так что я пошел отдыхать, а ты готовься. Обещанные императором новшества вступят в силу через три недели. Но проблемы начнутся уже сегодня, потому что за дверью тебя ожидает оч-чень любопытный гость. И я не думаю, что он явился сюда лишь для того, чтобы учтиво побеседовать.
Эрт Торано в тихом бешенстве уставился в спину старому другу, обожающему вот такие эффектные подставы, а когда в дверь заглянул испуганный секретарь и проблеял об очередном посетителе, обреченно махнул рукой.
Саан с ним. Пусть заходит. За последние несколько дней на эрта Торано свалилось столько проблем, что еще одну он как-нибудь переживет.
Хуже ведь уже не будет, правда?
Однако, когда в кабинет плавной походкой вошел рослый, хищно озирающийся мужчина, уверенность ректора в собственных выводах сильно пошатнулась. А когда вошедший протянул запечатанное сургучом письмо, эрт Торано молча выругался и, разглядев на бумаге печать императора, совершенно отчетливо понял, что настоящие неприятности только начинаются
: на тот момент у нее при себе имелось уже готовое, полностью сформированное заклинание. Более того, она смогла его стабилизировать и хотя бы частично отработать активацию. Сделать это без наставника в принципе невозможно. И раз уж мы совершенно точно знаем, что Нородо не мог, да и не успел бы передать ей основы своего мастерства, то получается, что она нашла себе другого учителя. Который обладает аналогичными, если не большими знаниями. Такого в империи, как ты понимаешь, нет. По крайней мере, среди живых. И это в очередной раз заставляет задуматься: кого же они встретили в лабиринте? Что за сущность оттуда вытащили? И чему еще эта сущность успела ее обучить, если твои целители – да-да, я уже посмотрел отчеты – хором утверждают, что после возвращения из Рино резервы у нашей девочки выросли в несколько раз!
Эрт Торано шумно выдохнул:
– Проклятье, Дар… умеешь же ты обрадовать!
– Погоди, это еще не все новости на сегодня, – злорадно оскалился Ларун.
Ректор свирепо на него взглянул:
– Ты что, решил меня добить, да? Думаешь, у меня мало проблем?!
– Ничего. Сейчас их станет еще на одну больше, – ухмыльнулся тот и, выудив из кармана слегка помятую бумагу с гербовой печатью, бросил на стол. – На, читай. Братец сегодня утром передал, раз уж я все равно нагрянул к нему в гости.
Не ожидая от подозрительного документа ничего хорошего, эрт Торано надломил печать, пробежался глазами по исписанному листу, на несколько мгновений замер, а затем раздраженно отшвырнул бумагу в сторону
произойдет в ближайшие пару лет. И то не на два уровня, а меньше.
– Она могла где-нибудь увидеть это заклинание? – после долгой паузы осведомился эрт Торано.
– Да. Нородо демонстрировал его, когда навещал летний лагерь.
– Погоди, – спохватился ректор. – Он ведь тоже был в Рино и должен был видеть следы. Он не мог не узнать свое собственное заклинание!
– Конечно, нет. Но с тобой он этой информацией не поделился. Интересно почему?
Ректор помрачнел:
– Он не обязан передо мной отчитываться. Но без моего ведома он не имел права обучать третьекурсницу заклинаниям высшего порядка. Может, он поэтому и смолчал?
– Наш старик? – скептически посмотрел на него Ларун. – Даже если бы он и захотел передать кому-то свое лучшее заклинание, у него не было на это времени: Фениксы пробыли в лагере всего сутки. Из них большую часть они провели в подземелье. Но даже если бы Корно его каким-то чудом разжалобила и уговорила поделиться информацией, то за столь короткий срок она не смогла бы овладеть заклинанием полностью. В лучшем случае – со страху, на пике эмоций и с помощью Линнеля… ей удалось бы создать по памяти один такой щит. А шесть подряд, без единой ошибки, такой мощности, что это оставило следы на камнях, да еще с учетом того, сколько энергии требуется, чтобы наполнить подобную схему хотя бы наполовину…
– Значит, у нее перед глазами был пример? – помрачнел эрт Торано
К Норие у меня претензий нет, – словно не услышал Ларун. – Она действовала строго в соответствии с ситуацией и ничем особенным не отличилась. Что ж касается Корно…
– С ней-то что не так? – обреченно спросил эрт Торано.
– Кроме того, что она смогла удержать под контролем магию Линнеля даже при отсутствии сдерживающих печатей и где-то научилась создавать аналог сферы отрицания? Вроде бы ничего особенного. Однако я нашел возле алтаря следы использования мощных магических щитов.
– Да. Она сказала, что была вынуждена сливать излишки силы, чтобы не перегореть. Так что нам не придется дополнительно объясняться по этому поводу.
– Меня смутило, что это не были ее обычные щиты. Я прекрасно знаю, как и чем она работает, и готов поклясться, что в Рино она использовала совсем не то плетение, что было раньше. Вернее, она использовала не только его.
– На что это, по-твоему, похоже?
– На универсальный стихийный щит нашего с тобой хорошего друга Нородо, – улыбнулся Ларун. – Только он оставляет на камнях такие характерные дорожки. А там таких было целых шесть.
– Но у нее ожидаемый максимум по одновременному удержанию заклинаний не выше четырех!
– А теперь их шесть, – спокойно кивнул Ларун, и из ректора словно выпустили весь воздух.
Саан! Только этого не хватало. Похоже, статистику по Корно тоже придется пересматривать. Прыгнуть вверх сразу на две ступеньки – такое со студентами, конечно, случается. Но аналитики давали лишь двадцатипроцентную вероятность, что
Вестники не вмешиваются в наши дела. Только наблюдают. Поэтому после беседы с нэлой я прогулялся в ближайший лесок и нашел место, где ребята тренировались. Место, к слову сказать, приметное, да и остаточной магии там витает ого-го. Но дело не в этом. Когда я исследовал тот участок, кое-что показалось мне странным. И поскольку я по старой привычке до сих пор таскаю в кармане стандартный определитель потусторонних эманаций, то…
Ректор аж подался вперед от нетерпения:
– Что ты нашел?!
– Слабые, уже почти исчезнувшие следы присутствия некоей сущности, – криво улыбнулся бывший разведчик. – Причем сущности, скорее всего, темной и достаточно сильной, раз даже спустя столько времени что-то еще осталось. В Рино из-за избыточного фона следы ее пребывания стерлись. В академии я тоже ничего не нашел. В доме нэлы Оли использовать определитель сразу не догадался, так что тут вопрос пока открыт. Но насчет леса я уверен.
– Думаешь, они притащили эту сущность из замка Нол-Рохх?!
– Есть у меня такая мысль, – наклонил голову Ларун. – По крайней мере, это объяснило бы очень многое. Были, правда, у меня подозрения насчет Вестника, но Вестники не оставляют следов. Поэтому я все же склоняюсь к мысли о посторонней сущности. Если она привязана к некоему артефакту, который, к примеру, детки сумели незаметно вынести из подземелий, то они вполне могли установить с ней контакт, а та в свою очередь могла поделиться информацией. В том числе и о том, как пробудить храмовый алтарь