в землю Русскую,
к отчему золотому столу
1 Ұнайды
и копья польские
и щиты?
Загородите полю ворота
своими острыми стрелами
за землю Русскую,
за раны Игоревы,
буйного Святославича!
Уже ведь Сула не течет серебряными
струями
для города Переяславля,
и Двина болотом течет
для тех грозных полочан
под кликом поганых.
Один только Изяслав, сын Васильков,
позвонил своими острыми мечами
о шлемы литовские,
прибил славу деда своего Всеслава,
а сам под красными щитами
на кровавой траве
был прибит литовскими мечами
на кровь со своим любимцем,
а тот и сказал:
«Дружину твою, князь,
птица крыльями приодела,
а звери кровь полизали».
Не было тут брата Брячислава,
ни другого Всеволода:
так в одиночестве изронил он жемчужную душу
из храброго тела
через золотое ожерелье.
Уныли голоса,
поникло веселие,
трубы трубят городенские.
Ярославичи и все внуки Всеслава!
Уже склоните стяги свои,
вложите [в ножны] свои мечи поврежденные,
ибо лишились вы славы дедов.
Ибо вы своими крамолами
начали наводить поганых
на землю Русскую,
на достояние Всеслава.
Из-за усобицы ведь настало насилие
от земли Половецкой!
1 Ұнайды
подпер горы венгерские
своими железными полками,
загородив королю путь,
затворив Дунаю ворота,
меча тяжести через облака,
суды рядя до Дуная.
Грозы твои по землям текут,
отворяешь Киеву ворота,
стреляешь с отчего золотого престола
салтанов за землями.
Стреляй же, господин, в Кончака,
поганого раба,
за землю Русскую,
за раны Игоревы,
буйного Святославича!
А ты, буйный Роман, и Мстислав!
Храбрая мысль влечет ваш ум на подвиг.
Высоко паришь на подвиг в отваге,
точно сокол на ветрах паря,
стремясь птицу в смелости одолеть.
Есть ведь у вас железные молодцы
под шлемами латинскими.
От них дрогнула земля,
и многие страны —
Хинова,
Литва,
Ятвяги,
Деремела,
и половцы копья свои повергли,
а головы свои подклонили
под те мечи булатные.
Но уже, о князь Игорь,
померк солнца свет;
а дерево не добром листву сронило:
по Роси и по Суле города поделили.
А Игорева храброго полка не воскресить!
Дон тебя, князь, кличет
и зовет князей на победу.
Ольговичи, храбрые князья, поспели на брань…
Ингварь и Всеволод
и все трое Мстиславичи,
не худого гнезда соколы!
Не по праву побед
расхитили вы себе владения
1 Ұнайды
и с ольберами.
Те ведь без щитов с засапожными ножами
кликом полки побеждают,
звоня в прадедовскую славу.
Но сказали вы: «Помужествуем сами:
прошлую славу сами похитим,
а будущую сами поделим!»
Разве же дивно, братья, старому помолодеть?
Когда сокол надел оперение взрослого,
высоко птиц он взбивает:
не даст гнезда своего в обиду.
Но вот зло – князья мне не в помощь:
худо времена обернулись.
Вот у Римова кричат под саблями половецкими,
а Владимир под ранами.
Горе и тоска сыну Глебову!»
Великий князь Всеволод!
Неужели и мысленно тебе не прилететь издалека
отчий золотой стол поблюсти?
Ты ведь можешь Волгу веслами расплескать,
а Дон шлемами вычерпать!
Если бы ты был здесь,
то была бы невольница по ногате,
а раб по резани.
Ты ведь можешь посуху
живыми копьями стрелять,
удалыми сыновьями Глебовыми.
Ты, буйный Рюрик и Давид!
Не ваши ли воины
золочеными шлемами по крови
плавали?
Не ваша ли храбрая дружина
рыкают, как туры,
раненные саблями калеными
на поле незнаемом?
Вступите же, господа, в золотые стремена
за обиду сего времени,
за землю Русскую,
за раны Игоревы
буйного Святославича!
Галицкий Осмомысл Ярослав!
Высоко сидишь ты
1 Ұнайды
Никнет трава от жалости,
а дерево с тоской к земле преклонилось
1 Ұнайды
Вот ветры, внуки Стрибога, веют с моря
стрелами
на храбрые полки Игоря.
Земля гудит,
реки мутно текут,
пыль поля покрывает,
стяги говорят:
половцы идут от Дона
1 Ұнайды
На другой день совсем рано
кровавые зори свет возвещают;
черные тучи с моря идут,
хотят прикрыть четыре солнца,
а в них трепещут синие молнии.
Быть грому великому
1 Ұнайды
Ведь уже несчастий его подстерегают птицы
по дубам;
волки грозу подымают
по оврагам;
орлы клектом на кости зверей зовут;
лисицы брешут на красные щиты.
1 Ұнайды
Солнце ему тьмою путь заграждало;
ночь, стонущи ему грозою, птиц пробудила;
свист звериный встал,
взбился див —
кличет на вершине дерева,
велит прислушаться – земле незнаемой,
Волге,
и Поморью,
и Посулью,
и Сурожу,
и Корсуню,
и тебе, Тмутороканский идол
1 Ұнайды
Игорь ждет милого брата Всеволода.
И сказал ему буй-тур Всеволод:
«Один брат,
один свет светлый —
ты, Игорь!
Оба мы – Святославичи.
Седлай же, брат мой,
своих борзы́х коней,
а мои-то готовы,
оседланы у Курска еще раньше.
А мои-то куряне – известные воины:
под трубами повиты,
под шлемами взлелеяны,
концом копья вскормлены,
пути им ведомы,
овраги им знакомы,
луки у них натянуты,
колчаны отворены,
сабли изо́стрены;
сами скачут, как серые волки в поле,
ища себе чести, а князю – славы»
1 Ұнайды
- Басты
- ⭐️Коллектив авторов
- Слово о полку Игореве
- 📖Дәйексөздер