Рижский роман
Знакомство
Мы бежали за троллейбусом, и Андрей со смехом кричал, пытаясь догнать меня:
— Левченко, сто-о-ой!
Прохожие оборачивались и нас это еще больше веселило. Нам исполнилось по девятнадцать лет, мы учились в универе, и это был май 1992 года. На лекции мы не пошли и решили поехать на море в Юрмалу. Наш третий сокурсник, Миша, должен был ждать нас на привокзальной площади под часами. Выпрыгнув из троллейбуса, мы зашагали по направлению к ним и, приближаясь, наконец увидели его в компании трех высоких и стройных незнакомых девушек. Миша болтал с ними, и я заметил издалека, что одна была почему-то одета в синий обтягивающий спортивный костюм. «Хорошая фигура», — подумал я. У девушки были длинные вьющиеся волосы.
Миша говорил, перебивая самого себя, и я расслышал только:
— Знакомьтесь — Лера, Таня…
Третье имя потонуло в общем шуме. Так и не запомнив, как кого зовут, мы пошли покупать билеты на поезд. Около касс я оказался почти один на один с девушкой в спортивном костюме. Она смотрела прямо мне в глаза, как будто знала меня. А я не мог толком рассмотреть ее лица: зрение у меня было минус семь, а я не надел очки и видел только глаза и волосы.
— Арина, — представилась девушка, продолжая смотреть на меня.
— Дима, — ответил я.
Через пару минут мы уже ехали в электричке. Против моего ожидания расстановка сил оказалась совсем другой: Арина досталась Андрею. Они так и сидели друг против друга, отдельно от всех через проход, и не было слышно, о чем они говорят. Он иногда что-то выпаливал негромко, а она только слушала и кивала.
Все три девушки, как выяснилось, учились на юрфаке университета. Таня была натуральной блондинкой и почти все время молчала. Лера говорила без перерыва. Что-то про Гребенщикова, и очень умное. Видно было, что она уверена в себе. Я нарочно спросил:
— А кто это?
Лера посмотрела на меня с видом миссионерки.
— Темка, это же… — и приготовилась устроить мне ликбез, но Миша ее остановил:
— Он на самом деле знает.
Что меня дернуло с ней ругаться? Я наблюдал за Андреем и Ариной и думал: «Уходит девушка». На море выяснилось, что меня приставили к Лере. Как Миша позже объяснил, она считалась первой красавицей на юрфаке. Мы много болтали, даже было интересно. Нашли общего знакомого — моего бывшего одноклассника Алиева.
— Эльдар — мой лучший друг, — объявил я ей.
— Что же он тебя на свой день рождения не пригласил?
Подбежала Арина и весело крикнула:
— Я тут выяснила кто они по гороскопу. Может поменяемся?
И тут же убежала.
С Лерой мы говорили еще что-то на философские темы. Она вздыхала, и было видно, что ей не все равно. Когда девушка меня не интересовала, я говорил легко и свободно.
Купаться было еще холодно, и мы просто прогуливались еще час или два. Пора было возвращаться в Ригу. На вокзале распрощались с Мишей, который жил в центре, а наши отношения с Лерой закончились, так и не начавшись. Она была уверена, что я провожу ее, но я не торопился, и она пошла пешком в сторону своего дома, ни с кем не попрощавшись. Я поймал недоуменные взгляды Арины и Андрея и все-таки поплелся за ней, чтобы как-то сгладить неловкость.
Мы так и шли на расстоянии до ее дома. Потом она остановилась и сказала:
— Спасибо, что проводил, до свиданья.
— Извини.
Она смотрела на меня так, как будто мы прожили в браке десять лет и сейчас разводимся. Вся ее веселость и даже самоуверенность, которые я видел в начале, исчезли. Это была наша предпоследняя встреча. На углу подождал Андрея, Таню и Арину, они подошли совсем близко, и я наконец спокойно и четко рассмотрел ее лицо.
Общага
Через пару дней девушки, как мы их назвали, «юрфачки», позвали нас с Андреем прогуляться. Общежития двух рижских универов располагались на Тейке — районе Риги в двадцати минутах езды от центра. Это были белые кирпичные здания, какие можно встретить почти в любом бывшем советском городе. И в этих обычных домах на самом деле кипели нешуточные страсти. Там спали, ели и любили сотни молодых людей, у которых все еще было впереди.
Я пришел к Андрею. Он жил в комнате с парнем по прозвищу Сухой, который учился в параллельной группе. Кличку он придумал себе сам. Так и говорил: «Зовите меня просто Сухой».
Что это значило — никто не знал. Поначалу все называли его просто Сашей. Но он был так настойчив, что я через пару лет забыл, как его зовут на самом деле. Меня удивляло, как он одевался. Несмотря на то, что учился он на модном экономфаке, выглядел он совсем по-советски и не думал ни о какой моде. Сколько бы раз я ни приходил в общагу, всегда заставал его в клетчатой рубашке и спортивных штанах, как будто ему было лет пятьдесят. И еще он любил сидеть дома.
Сухой был сыном военного и долго жил в гарнизоне, где нахватался армейского жаргона и циничных частушек, которые были настолько похабны, что мы краснели, хотя сами матерились через каждое слово. Это сочеталось у него с возвышенными чувствами к одной нашей сокурснице, которую он называл почему-то Волчицей, хотя фамилия ее была Мороз.
Девушкам он задавал одни и те же вопросы:
— Где находится аэроклуб?
— Как ты думаешь, почему образуются воздушные ямы?
Хотел, наверное, казаться оригинальным. Единственным человеком, перед которым ему не хотелось умничать, был Андрей, которому он доверял свои самые сокровенные мысли.
Прошли три года учебы, и я так ни разу и не увидел Сухого на людях в женском обществе. Позже он уехал в Россию и в Москве стал работать в строительной фирме менеджером, неплохо зарабатывать и содержал мать и двух младших братьев после смерти отца. Оказался вполне себе положительным персонажем.
В тот день, когда я зашел в комнату Андрея и Сухого в общаге, Сухой сидел на кровати.
— Куда идете? — спросил он.
— К девушкам из соседней общаги, — ответил Андрей.
— Понятно. — Он ехидно улыбался.
— Сухой, если что, пойди к соседям, может, мы не одни придем.
Саша промолчал, но потом вставил очередную странную реплику, обращаясь ко мне:
— Дима, ты знаешь, у тебя голова большая.
Я не знал, что ответить. Андрей относился к таким вещам снисходительно.
— Сухой, ладно-ладно, не вяжись к человеку. У нас важная встреча.
Гуляли у дороги под большими липами. Цвела весна. Девушки были в длинных платьях. Мы шли не спеша, с интересом поглядывая друг на друга. Сцена была комичная: мы оба старались идти за Ариной. Иногда я возвращался и шел рядом с Таней. Но она была безучастной. Татьяна была весьма интересной девушкой. Сейчас я бы сказал, похожей на Ренату Литвинову. Но она была странной и молчаливой и почти всю дорогу шла одна.
Позже я узнал, что Тане нравятся мужчины постарше, на нас она не обращала серьезного внимания. Несмотря на хорошую фигуру, милое личико и успех у противоположного пола, она давала объявления в газету «Ригас Балсс» в рубрику «Знакомства». Я подумал тогда, что надо хотя бы для виду уделить ей больше внимания. Арина же не отдавала предпочтения ни мне, ни моему другу.
Андрей рассказал анекдот про Чебурашку, Арина сдержанно посмеялась. Мы все пошли в общагу к Андрею. Сухого не было. Распили бутылку шампанского на четверых, так и не определившись, кто за кем будет ухаживать. Просто сидели и болтали всякий вздор. Даже немногословная Таня что-то говорила и смеялась. Было уже почти двенадцать ночи, и мои родители стали звонить в общагу, мол, куда я пропал. Приложили немало усилий, наверное, чтобы найти телефон этого заведения.
