Ее желтый плащ смотрелся грязным пятном на фоне чистых, ярких оттенков голого дерева, а когда засохшая веточка упала рядом, она неуклюже, как курочка, уклонилась от нее. Она казалась не столько человеком, сколько отражением тоскливой бедности, как открытая дверь захудалого дома, из которого доносятся крики детей да запах тушеного кабачка.