сбора. Температура тела была чуть выше нормы, на висках выступила испарина, и я ждала, что сегодня к вечеру Норвин уже придет в сознание.
Может, попробовать обезболить магией? Обезболивание, как и в традиционной медицине, было местным или общим, этот способ я узнала из учебника по целительству. При местном воздействие шло непосредственно на место травмы, при общем – на мозг. Целитель прикладывал ладони к вискам пострадавшего, посылая туда импульсы.
Я размяла пальцы и потянулась к голове Норвина, но помешал Пискун.
– Эл, я ни на что не намекаю, но у твоего мужа развивается магическое выгорание.
Ему не хватало только профессорских очков, так заумно он говорил.
– Я уже рассказывал, что боевых магов оно затрагивает сильнее всего, у них самые энергозатратные заклинания. А нашему пациенту не помешает немного простого женского тепла.
Я выпрямилась и окинула мужа придирчивым взглядом.
– Предлагаешь мне обесчестить спящего?
Фамильяр смущенно захихикал.
– Хотя бы поцеловать. Только помни, в таком тонком деле главное чувства! Искренние и настоящие.
У нас уже был один поцелуй. Точнее, не поцелуй, а невнятное недоразумение, я даже понять ничего не успела.
– У тебя же есть к нему какие-то чувства?
– Я им дорожу, это правда. Он моя… – я на мгновение задумалась, пытаясь подобрать слова, – …поддержка и опора
