автордың кітабынан сөз тіркестері Как пережить свою смерть. Все варианты преодоления экзистенциального кризиса от психолога и КПТ-терапевта в 10 000 словах
Смерть — это ботинок на дороге. Это недописанная тетрадка. Это неоконченное дело. Смерть — это «больше не». Смерть как итог старения. Смерть как внезапность. Смерть это старенький мерседес, который даже ещё не сошёл с конвейера и будет выпущен только через 2 года (но он через 20 лет будет стареньким и убьёт человека). Смерть — это рандомным человек. Рандомно выросший в рандомной семье, который заколет тебя рандомным ножом за позапрошлогодний айфон. Смерть — это когда заканчиваются твои 1000 месяцев. 1000 месяцев звучит всего лишь как договор по ипотеке, но нет. Это вся жизнь. 83 года.
Если по-честному, то не смерть страшна, когда она прямо сейчас не угрожает, и даже не конечность. Страшна бездарная жизнь в корявом мире, который я не создал подобающим желанию раствориться в нём. А страшно то, что «больше не». «Больше не посмотреть на этот мир» и так далее.
Смерть — это ботинок на дороге. Это недописанная тетрадка. Это неоконченное дело. Смерть — это «больше не». Смерть как итог старения. Смерть как внезапность. Смерть это старенький мерседес, который даже ещё не сошёл с конвейера и будет выпущен только через 2 года (но он через 20 лет будет стареньким и убьёт человека). Смерть — это рандомным человек. Рандомно выросший в рандомной семье, который заколет тебя рандомным ножом за позапрошлогодний айфон. Смерть — это когда заканчиваются твои 1000 месяцев. 1000 месяцев звучит всего лишь как договор по ипотеке, но нет. Это вся жизнь. 83 года.
— значит, чувствовать, впечатляться, получать экспьюренс, дышать этим ветром, чувствовать дождь, вкушать этот бутерброд с авокадо, почувствовать фактуру доски рукой, как в фильме «Белые ночи почтальона Алексея Тряпицына». Эстетизм и гедонизм.
