Оглавление

1. Уроки танцев

Порой с нами случаются удивительные истории. Одна такая история произошла и со мной. Я хочу поведать вам ее. И начну издалека, с того времени, когда все только зарождалось…

Для начала представлюсь. Зовут меня Павел Чистяков. Год назад, когда со мной произошла эта история, мне было всего-навсего девятнадцать лет. Я был непростительно молод и открыт для жизни. Я был открыт для чего угодно, что могло со мной произойти. Но, честно говоря, того, что произошло со мной на самом деле, я никак не мог ожидать. Признаться честно, я просто не знал, что так бывает. Однако, эта удивительная история все же произошла… Но для того, чтобы вы смогли понять, почему я называю эту историю удивительной, я сначала должен рассказать вам о том, каким я был до своих девятнадцати лет.

Я бы сказал, у меня не было жизни. Да, вот так просто. Я чувствую себя по-настоящему живым лишь в последние года полтора. Лишь в это время со мной стали происходить какие-либо события. Стали появляться люди, стали появляться увлечения, стали появляться чувства и обострилось желание жить, познавать действительность, глотать происходящее. И я понял, что важно. А важно, открою вам по секрету, жить. Вот, что действительно важно! Но тут уж понимайте, как знаете, что такое «жить».

Так вот до девятнадцати лет я не жил. Я был слово замаринован в пространстве вселенной и никуда не двигался. Физически рос, умственно развивался, но при этом не накапливал никакого жизненного опыта. С людьми не общался, никуда не ходил, и лишь сидел по вечерам дома за учебниками, а днем использовал свои знания на уроках. И, честно говоря, больше мне совсем нечего рассказать. Долгое время, на протяжении многих лет, у меня был всего один-единственный друг. Потом появилось еще несколько, и я стал чаще выбираться из дома, но, тем не менее, все это пока еще слабо походило на жизнь. А что такое «жизнь» я узнал гораздо позже. Лишь в девятнадцать лет.

Был теплый осенний вечер, когда мы с мамой шли по улице и разговаривали о том, что необходимо постоянно заниматься саморазвитием. Необходимо каждый день двигаться дальше, развивать интеллект, приобретать новые навыки. Тогда-то я и понял, что я еще слишком мало видел в этой жизни, слишком мало знаю, и что мне обязательно нужно это исправить.

«Мама, я пойду заниматься вокалом!», — гордо провозгласил я.

Мама лишь улыбнулась, и мы пошли дальше. На следующий день я пришел в место, которое навсегда изменило мою жизнь. Но обо всем по порядку.

Ее звали К… Ксе… нет, прошу простить меня, я никогда больше не смогу произнести это имя вслух или написать на бумаге. Пожалуй, так и буду впредь ее называть — К. Она встретила меня сразу, как только я пришел. Она была первой, с кем я познакомился. С нее началась эта длинная история. Но тогда, когда я впервые пришел в «Галактику» (так называлось место, о котором я веду свое повествование), я еще ничего не знал. Я не знал, кто она такая, не знал, каков род ее деятельности и не знал, что мы когда-нибудь будем так крепко связаны. На тот момент в моей голове пробежала всего одна-единственная мысль — «у нее чудесный цвет волос». Она была брюнеткой с легким отливом фиолетового и темно-синего. Следы недавнего окрашивания. Следы, которые невероятно шли ей и делали ее еще более красивой. Вот все, что я подумал о ней на тот момент.

Мы побеседовали. Моей целью, как я уже говорил, были занятия вокалом. Она рассказала мне все, что было нужно. Я поблагодарил ее и ушел. На следующий день я пришел на свой первый урок вокала.

«Определенно, у Вас есть незначительные зачатки таланта, молодой человек», — отозвалась о моем вокале Василиса Евгеньевна — мой первый педагог в «Галактике». Так я стал заниматься вокалом. Но великая история начинается не здесь. Пока еще нет. Я ходил на вокал полгода. Целых шесть месяцев я из какого-то непонятного чувства долга ходил к Василисе Евгеньевне два раза в неделю. Но, к моему большому разочарованию, я так и не продвинулся ни на шаг вперед. Я не достиг ровным счетом ничего. Я оставался таким же, каким был всю свою жизнь. Замкнутый и слегка отстраненный, я боялся заговорить с любым, кто сидел рядом со мной. Я лишь слегка улыбался и кивал головой в знак приветствия каждый раз, когда входил в студию, где мы занимались. Это все, на что я был способен. После этого я обычно тихо проскальзывал в любимый уголок, незаметно садился и ждал, пока те, кто действительно старался чего-то добиться, закончат репетиции и к синтезатору пригласят меня и других ребят для распевки. Так проходило время. Шли недели, но ничего не менялось.

Однако, вы не могли бы подумать, что это будет продолжаться бесконечно. Нет-нет. Определенно, нет. Ведь не бывает так, чтобы что-то длилось вечно. Я, по крайней мере, в это не верю. Поэтому в определенный момент и произошло то, что изменило мою жизнь и меня самого. Это был танец. Лишь в девятнадцать лет я познал могущественную силу танца. А теперь слушайте.

На дворе стояло лето. Мое знакомство с танцем только зачиналось. Занятия вокалом закончились, и я пока не знал, чем мне заняться. Я сидел дома и, по своему обыкновению, тратил время впустую. И вдруг я увидел объявление о том, что проводится месячный курс танцев. Это объявление сделала К. Не могу сказать, что был сильно заинтересован. Я лишь подумал: «почему нет?». Я отправил заявку на участие, поскольку количество мест было ограничено. Через несколько дней я пришел на свой первый урок танцев.

«Друг, я влюбился», — вот фраза, которую я написал своему лучшему другу уже после первого занятия. Дорогой читатель, возможно, никогда не поймет моих чувств, но я действительно влюбился в нее одномоментно. Быстро. Сразу. Нет, не с первого взгляда. И даже не с первого слова — с первого танца. Да, с той секунды, когда она совершила свое первое движение в рамках обучения нас искусству танцевать, я понял, что окончательно и бесповоротно в нее влюблен. И пусть однажды мы расстанемся, пусть однажды я перестану у нее танцевать, но я всегда буду любить ее. Вот секрет истинной любви. Любить — значит помнить.

Она была прекрасна. В тот момент, когда мы только познакомились, ей был без малого тридцать один год. Чудесный возраст для женщины. Я бы даже сказал, самый лучший. Но главное, что я должен сказать о ней, — когда она танцевала, в ее глазах горел огонь. И это притягивало меня больше всего. Танцуя, она наслаждалась. Собой, своим танцем, вниманием окружающих, всем, что ее окружало. И это выделяло ее на фоне остальных. Впоследствии, когда я стал больше знакомиться с другими танцовщицами, я не смог найти никого, кто танцевал бы так же прекрасно, как она. Рядом с ней все остальные казались размытыми движущимися пятнами. И лишь она одна оставалась собой — К. Э. Казалось, в каждом движении, которое она совершала, сквозило искусство. Великое и могущественное искусство. И, как дорогой читатель уже мог догадаться, я был не в силах не влюбиться в нее. Вскоре после нашего знакомства она стала моей страстью.

Я забыл упомянуть одну важную деталь. Как бы диковинно это ни звучало, но мое хобби — сходить с ума. Позвольте объяснить. Когда я встречаю на своем жизненном пути того, кто вызывает у меня интерес, я становлюсь своего рода наркоманом. Я увлекаюсь и забываю обо всем на свете. И в определенной степени схожу с ума, потому как испытываю постоянное желание знать больше об этом человеке. Так произошло и с ней. На протяжении долгих месяцев я часами смотрел записи ее танцев. Она была великолепна. Каждое ее движение было отточено донельзя и, вместе с тем, оно было спонтанно, незапланированно и выглядело совершенно естественно. Благодаря ей, я понял, что танец — самое красивое искусство из всех. Кто бы что ни говорил, но это так. Она была в высшей степени мне интересна, и я не мог этого скрывать.

— Паша, идем скорей! — произнес мой друг прямо у меня над ухом.

Это был Дима. Один из тех парней, с которыми я познакомился на занятиях К. Дима был кутилой. Одно слово «кутить» вызывало у него широкую улыбку на лице. Вот и сегодня мы собрались сходить в кабак, где можно было выпить и потанцевать с красивыми девушками. Мы проводили таким образом практически каждую пятницу. Однако напиваться особо не приходилось, танец и сам по себе — одурманивающее занятие. На следующий день я вновь пришел на очередной урок танца.

— Дима, что ты о ней думаешь? — спросил я у него сразу после занятия.

— О ком? — не понял Дима.

— Ну, о…о…ты знаешь, — смущенно ответил я.

— А, ты опять о ней. Я тебе уже говорил: она проста как линейное уравнение. Она хорошо танцует — вот и все. В ней нет того, что ты так упорно стараешься увидеть. К тому же, ты ей неинтересен. Забудь о ней, — сказал Дима.

Я грустно улыбнулся, и мы разошлись по домам.

Шло время. Я развивался, учился танцевать и постепенно начинал все более и более походить на человека. Я стал общителен и уверен в себе. Все чаще я проводил время вне дома вместе с Димой. Я менялся благодаря танцу.

Но я не забывал о ней. На каждый следующий урок танца я приходил с трепетом и большими ожиданиями. Я все еще был молод и влюблен. Откровенно говоря, быть безответно влюбленным — достаточно сложно, но все становится проще, когда ты можешь гордо заявить, что ты — поэт. А я как раз мог. И заявил. Но заявил по секрету, лишь ей одной. Да, я посвятил ей целых два цикла литературных произведений — цикл стихотворений и цикл писем. И тот, и другой она прочла, но так и не дала мне знать, что она думает, что она чувствует. Само собой, мне неприятно было осознавать это, но это было так, и я ничего не мог сделать. Однако, я любил ее.

— Паша, Паша. Опять ты ушел в свои мечты, — вдруг прозвучал рядом со мной женский голос. Я вздрогнул. Ах да… со мной ведь шла Ольга. В тот вечер мы вышли на прогулку по городу и долго-долго разговаривали обо всем на свете под бутылочку Клинского. Но в тот момент я действительно увлекся своими мыслями.

Ольга была моей очень хорошей подругой. И теперь, как полагается джентльмену, я расскажу вам о ней. Ольга была старше меня на восемь лет. Честно признаться, она стала моим первым другом, которого я приобрел благодаря занятиям танцем. И, пожалуй, у нее был самый запоминающийся образ. Длинные светлые волосы; элегантные платья, взятые с показов мод, в которых она принимала участие; лучезарная улыбка… но главным образом, ее вечный друг, вечный спутник — маленькая собачка по имени Счастливица. Она была с ней повсюду. В ресторанах, в театрах, в магазинах и даже в кабинете у стоматолога Ольга всегда была вместе со своей собачкой. Поэтому о ее приходе люди всегда узнавали за несколько минут до того, как она входила — по лаю Счастливицы, конечно. Однако, разумеется, образ моей подруги складывался не только из ее внешнего вида. Ольга имела два устремления в жизни: живопись и музыка. Им она себя и отдавала. И я по-настоящему уважал ее за это. За ее любовь к делу, за самоотдачу, за точное осознание своих целей в жизни. Она часто рассказывала мне о тех вечерах, которые она проводила в компании изящных леди или галантных джентльменов за бокалом вина, обсуждая великие произведения искусства. Такой была Ольга, и в отношении ее я могу точно сказать одно: я никогда не забуду ее. Пожалуй, по общению с ней я скучаю больше всего.

— Да, прости меня… — промямлил я.

— Ерунда. Все окружающие тебя люди уже давно привыкли к этому, — в ответ произнесла моя подруга.

— Знаешь, она прекрасна. Не знаю, что делает ее такой, но я что-то нахожу в ней. Даже не что-то, а целый мир. Понимаешь, когда она танцует… я не могу оторвать от нее глаз. И кажется, что я готов смотреть на нее вечно. Оля, что же мне делать? — сказал я.

— Ничего, мой друг, ничего. Просто живи и сам увидишь, что будет дальше. Никто из нас этого не знает, — мудро заключила Ольга.

В полночь мы распрощались, и каждый пошел своей дорогой.

На следующий день у нас должен был состояться очередной урок танцев, но К. сообщила нам о том, что провести его не сможет. Поэтому мы с ребятами решили прийти в «Галактику» и просто потанцевать. В свободном стиле. И пусть на этом занятии не было ее, но мы отлично провели время. Все-таки танец очень объединяет. И по сей день мне остаются невероятно дороги эти воспоминания. И даже сейчас, сидя в уютном парке в одном из моих любимых городов, я испытываю те же чувства, что и тогда, и слезы едва не капают из моих глаз.

Прошло несколько месяцев. На дворе стоял декабрь, и мы с ребятами решили отпраздновать вместе канун Нового Года. Я точно помню: было двадцать седьмое число, и мы собрались вместе, чтобы попить чая со сладостями, потанцевать и пообщаться. Я очень ждал этого дня. Я хотел кое-что сделать. Перед тем, как праздновать, мы договорились, что одним из элементов этого дня будет игра «Тайный Санта». Ну, знаете эту забаву, в которой люди дарят друг другу подарки, но никто до последнего не знает, от кого подарок. Мне досталось ее имя. В тот миг я не верил своим глазам. Конечно, втайне я хотел этого, но и подумать не мог, что это произойдет в действительности. Как все-таки удивительна и загадочна наша жизнь! Я приготовил ей подарок, стоимостью немало превосходивший ту сумму, о которой мы условились. Но я не мог поступить иначе. Это было меньшее, что я был в состоянии для нее сделать. Думаю, она была тронута, когда я вручил ей этот подарок. И я знал, что она стоит того. Если бы я мог, я подарил бы ей весь мир.

В том году это был последний день, в который мы виделись. Все время до следующей встречи я невыносимо скучал по ней. И как я ни старался завязать с ней общение, ничего не выходило. Ни разу К. не откликнулась на мою просьбу провести со мной хоть немного времени. Конечно, мне было мучительно больно из-за этого, но не все в жизни у нас во власти. Тем более, если рассуждать о чувствах, то нам не принадлежат даже наши собственные, что уж говорить о чьих-то. По этой причине, я считаю, что у каждого человека есть своя боль за плечами, потому как кто из нас хоть раз не сталкивался с абсолютным равнодушием со стороны возлюбленной или возлюбленного? Ведь и у меня, признаться честно, это уже не в первый раз. Но делать нечего. В любой тяжелой ситуации человек должен уметь проявить силу. Что бы с ним ни происходило, он обязан стиснуть зубы и идти дальше. Таков, я полагаю, секрет успеха.

В следующем году я приобрел еще несколько друзей-танцоров. А затем стал общаться и с ребятами из других сфер — с музыкантами, вокалистами, художниками. Все это были творческие и незаурядные личности. Так что если говорить о тех, кто занимался в «Галактике», то это было общество крайне интересных людей. И все же с танцорами я проводил гораздо больше времени, поэтому вскоре у нас сформировалась компания, которую я любил всей душой. Мы частенько проводили время вместе. Я даже предложил им отпраздновать со мной мой двадцатый День Рождения, и они все согласились. Я был польщен и очень обрадован. Я уверен, что нравился им. Но шло время, я продолжал заниматься у К., а она продолжала не обращать на меня никакого внимания. Так что спустя несколько месяцев я постепенно оставил свои попытки добиться общения с ней. Я был, похоже, лишним звеном в ее жизни. Поняв это, я ушел. Впрочем, думаю, это обычное дело. Мы играли разные роли в жизнях друг друга. Я был для нее никем, она, напротив, была для меня всем.

Меня зовут Павел Чистяков. Мне двадцать пять лет, и я жалею о том, что я сделал. С того момента, как я отказался от своего счастья, прошло чуть меньше пяти лет. И сейчас я думаю, что мне не стоило уходить тогда. Но и существовать в таких условиях я больше не мог. Так что в тот момент я просто не выдержал. Или был еще слишком молод, чтобы принимать хоть сколько-нибудь разумное решение. Но я, вероятно, не должен был этого делать, потому что вот уже пять лет, как я скучаю по ней. Каждый день я просыпаюсь с надеждой еще хоть раз увидеть ее. И еще больше я хочу потанцевать с ней. Если бы это произошло, я бы, кажется, сошел с ума от радости. И по сей день я не теряю надежды. И верю. Верю, что судьба сведет нас еще раз, и тогда все будет иначе — я никогда больше не позволю себе потерять ее.

В любом случае, я счастлив, что знал К. Э.

Ваш и только Ваш.

Павел.