про Агату ничего не говорит, только качает головой.
Агате это нравится — зачем уже сейчас знать, каким ты будешь?
Агата узнает, что габо умеют умирать в любой момент по собственному желанию — именно поэтому браконьеры ловят их по двое — отца и сына, или двух влюбленных, или брата и сестру, и говорят, что если умрет один, они замучают и убьют другого. А потом, через месяц, браконьеры дают габо рвотное — и получают из желудка у габо маленький острый камень, габион, —и все начинается сначала.
Венисвайт — это копия Венискайла, но вверх ногами, со всеми огромными шпилями и гигантскими залами, по которым в Венискайле проходят улицы, с двадцатью семью этажами, из которых Агате можно только на самый первый, где город, а выше ей даже после колледжии разрешат подниматься не сразу, со всеми бесконечными лестницами — только мостов в Венисвайте, конечно, нет; и все это прикреплено к Венискайлу снизу и немножко наклонено влево — мир покосился во время страшного боя за лес Венисфайн, и в Венискайле появились каналы; такая картинка есть в каждой спальне колледжии — Венискайл сверху, его копия, Венисвайт, снизу, а вокруг них шар, а над шаром только ядовитый зеленый воздух, и все это вместе — Венисана
Профетто — странные люди, которые умеют отвечать на незаданные вопросы; говорят, профетто лучше знают, какой вопрос тебя мучает, чем ты сам, — а вот как профетто это делают, никто толком не понимает, но на всякий случай от них стоит держаться подальше
записанная в честь святой Агаты, покровительницы отчаянных, профетто, нарциссов, врачей и их ассистентов
— а что происходит с упавшими в воду, всем хорошо известно: даже если им удастся выбраться, они заболеют радужной болезнью, и ни один человек больше не подпустит их к себе; радужные юди сначала сходят с ума и делают странные вещи, а потом исчезают
проводит по ее щеке надетым на указательный палец когтем, выточенным из бесценного камня габиона, оставляя глубокую царапину: считается, что на этом земные дела женщины окончены, все, что будет дальше, произойдет по воле Божией.
про эту девушку говорят, что она «майский вор» — так называют тех, кого арестовали всего за несколько дней до Дня Очищения, а значит, его преступление и расследовать-то толком не успели — но что поделаешь, после Дня Очищения в Венискайле не должно остаться ни одного ненаказанного преступника, таков уж закон.
а то бы Агата, может, даже дюккой хотела стать — да только в Гильдии Дуче всего пять человек, и бороться за право в ней состоять нужно лет двенадцать или тринадцать — точно Агата не помнит. Хотя идея носить на пальце габионовый коготь, плавать в воде и не тонуть, спускаться в Венисвайт, когда вздумается, и дружить с подводными людьми Агате очень нравится. Но учиться тринадцать лет, а потом еще и читать бумаги целыми днями, судить преступников, исповедовать всех умирающих в своем ва’, командовать всеми дучеле, проповедовать в церкви и освящать оба рынка каждое утро?
уж его-то дело расследовали как положено, целый год, и про него все знают, кто он такой: настоящее чудовище, браконьер, торговец подводными детьми, невесть как спускавшийся в Венисвайт (украл, наверное, габион у одного из дуче; за одно это кого угодно осудят и вышлют). Там, под водой, он воровал подводных малышей и продавал их здесь, в Венискайле, всяким ужасным людям в аквариумы.