Один ефрейтор, называвший поражение Германии национальным позором, говорил за многих. В день перемирия он был в госпитале, выздоравливая после газовой атаки. Он писал о том, как рыдал в подушку, обвиняя во всем «шайку гнусных преступников», предавших родину: «Ненависть росла во мне, ненависть к тем, кто нес ответственность за эту трагедию». Ефрейтора звали Адольф Гитлер.
