Кітаптан алынған дәйексөздер Надзорный капитализм или демократия?автор Шошана Зубофф
TechCrunch так описал стратегию корпорации: «Если против социальной сети поднимется серьезная волна протеста, она сможет заявить, что пользователи сами приняли решение поделиться своей информацией со всеми»
1 Ұнайды
надзорный капитализм теперь опосредует практически все взаимодействие человека с цифровыми архитектурами, информационными потоками, продуктами и услугами, и практически все пути к экономическому, политическому и социальному участию пролегают через его институциональные владения.
1 Ұнайды
доктор Роберт Калифф обсудил свой вывод о том, что «дезинформация» стала основной причиной смертности в США, оказав «тревожное» воздействие на ожидаемую продолжительность жизни американцев (Califf, 2022; Doctor Radio NYU, 2022). Как мог произойти такой масштабный крах достоверности информации в богатом, взаимосвязанном, информационно насыщенном обществе?
Трагическое наблюдение доктора Калиффа основано на шокирующей, по сути, смертоносной истории Facebook, когда пандемия COVID-19 столкнулась с крупнейшей в мире платформой социальных сетей, породив бесконечную волну искаженной информации о здоровье (Allington et al., 2021; Frenkel et al., 2020; ISD, 2020; Kouzy et al., 2020; Simon et al., 2020; World Health Organization, 2020). В августе 2020 года Avaaz документально подтвердил неэффективность слабых мер Facebook по борьбе с дезинформацией: сайты с дезинформацией о COVID-19 привлекли миллиарды просмотров, значительно превзойдя ведущие сайты общественного здравоохранения (Avaaz, 2020). К октябрю исследователи определили, что до 60% из тогдашних 217 000 смертей от COVID-19 в США можно было избежать, и основные причины этих смертей крылись в недостоверной информации (Redlener et al., 2020). Когда стали доступны вакцины, фокус информационных искажений переместился на антипрививочные кампании, препятствуя внедрению жизненно важных мер общественного здравоохранения против пандемии COVID-19 (Germani and Biller-Andorno, 2020; Loomba et al., 2021; Perri et al. v. Robinhood Markets, Inc. et al., 2021; Wilson and Wiysonge, 2020).
Известно, что дезинформация в Facebook искажала результаты выборов, провоцировала насилие и снижала качество общественной дискуссии практически во всех регионах мира (Akinwotu, 2021; Del Vicario et al., 2016; Hao, 2021a, 2021b; Mozur and Scott, 2016; Silverman et al., 2022; Wong, 2021).
Из-за демократического вакуума вопрос об ответственном управлении информацией так и не получил настоящего рассмотрения. Раннее слияние интернет-коммерции и свободы выражения позволило гигантам защищать свои практики искаженным «фундаменталистским пониманием свободы слова», приравнивающим любое обсуждение ответственного управления к цензуре и отрицанию прав на свободу слова (Pasquale, 2017a)
Один пример из этого хаоса случился в апреле 2019 года, когда Цукерберг театрально представил новое стратегическое направление компании на своей ежегодной конференции разработчиков. «Будущее за конфиденциальностью», — торжественно заявил он (Statt, 2019, para. 3). Менее чем через два месяца адвокаты Facebook находились в суде Калифорнии, отбиваясь от коллективного иска о нарушении конфиденциальности, поданного их собственными пользователями. Юристы утверждали, что в Facebook «социальный акт передачи вашей личной информации... с юридической точки зрения отменяет любые разумные ожидания конфиденциальности»
Серл утверждает, что неявные допущения о прерогативах, которые воспринимаются как своего рода «права», связаны с условиями существования в определенном времени и месте. Они кристаллизуются в формальные «права человека» только в тот исторический момент, когда оказываются под систематической угрозой. Например, способность говорить — это элементарное право, вытекающее из человеческой природы. «Свобода выражения» — это юридическое право, появившееся только тогда, когда общество достигло такого уровня политической сложности, что свобода самовыражения оказалась под угрозой.
Однако, несмотря на растущую обеспокоенность общества — и, по крайней мере в ЕС, историческое принятие Общего регламента о защите данных (GDPR), — конфиденциальность в том понимании, которое существовало в 2000 году, исчезла.
Операции по извлечению данных вторгаются в те сферы человеческого опыта, которые в современных демократических обществах считались «конфиденциальными», и извлекают из них информацию
вовлечение > извлечение > прогнозирование > доход