обрушились в бурлящую воду. Путь на противоположный берег перестал существовать.
Я невольно поежился. Словно вот так же отрезал себе все пути к возвращению…
«Не робей, Андрюха! Спецура нигде не пропадет!» – снова напомнил о себе неутомимый внутренний голос…
Примечания
– Где? – тупо вытаращился атаман, отставляя кубок в сторону. Джура – здоровенный казак, голый по пояс, мускулистое тело которого лоснилось от жара и пота, тихо вздохнул.
– Так ведь цель-то была самая благородная… – с невинно-ханжеским видом повторил я его собственные слова. – Марии ведь внушили, что в постели Бонапарта она добудет польскую независимость…
– Кх-м!!! – яростно закашлялся князь. – Ну и как, добыла?!
И старательно изобразил сожаление, испуг, раскаяние, терпеливо выслушав потоки брани и проклятий, выплеснутых на его голову разозленным паном, назвавшимся Данилом Чаплинским.
