автордың кітабынан сөз тіркестері Совсем новая экономика. Как умирает глобализация и что приходит ей на смену
Стремительный рост цен начала 2020-х годов – это прежде всего «ковидная инфляция».
2 Ұнайды
Из объяснений автора становится понятно, что восточноазиатские страны оказались успешными не потому, что в их экономике было много государственного участия, а потому, что государство помогало развернуться частнопредпринимательскому сектору. В частности, Китай благодаря этой стратегии осуществил крупнейшее в мировой истории разгосударствление национальной экономики.
2 Ұнайды
Больше всего на мировой баланс сил теперь влияют супергиганты каждой из групп – соответственно США и Китай. И если в послевоенный период в мире существовала, по большому счету, только одна экономическая супердержава – США, то в начале ХХI века мир пришел к американо-китайской дуополии: сегодня ВВП Америки и Китая на порядок превышает этот показатель для любой другой страны планеты. Великое противостояние двух супергигантов и его возможные сценарии – один из наших главных сюжетов.
1 Ұнайды
В целом глобализация 1990–2010 годов, особенно в первые два из этих трех десятилетий, исторически уникальна по масштабу, скорости и глубине. Ее важнейшая черта – неразрывная связь с универсализацией принципов рыночной экономики: в 1990-е годы она распространилась фактически по всему миру, за исключением разве что Северной Кореи, Кубы и стран, находящихся на такой стадии развития, когда рассуждать о выборе экономической системы еще рано.
Когда после краха плановой экономики бывшие социалистические страны начали переходить к рынку, а развивающиеся государства лишились социалистической альтернативы, стало ясно, что и у тех, и у других есть только одна дорога к экономическому успеху – через создание функционирующей рыночной системы
По данным на 2021 год, крупнейший экспортер алюминия – Канада с 10,9 % стоимостного объема мирового экспорта. За ней следуют Россия и Индия, на которые приходится по 9,4 %, ОАЭ с 9 % и Малайзия с 7,2 %. Ни Китая, ни США в числе 15 ведущих экспортеров нет[80].
По экспорту никеля и никелевых изделий в 2023 году на первом месте была Индонезия с 7630 миллиардами долларов (16,4 % мирового экспорта). За ней со значительным отрывом следовали Канада (4680 миллиардов), США (4110 миллиардов), Австралия (3358 миллиардов) и Россия (3150 миллиардов)[81].
После краха социализма 35 лет назад, когда в противостоянии двух экономических систем была поставлена точка, глобализация действительно набрала огромную скорость. Но это не означало, что она «обречена» на непрерывное движение вперед.
Существуют минимум три важных фактора, которые препятствуют ее постоянному расширению:
1. В каждой национальной экономике, особенно в крупных странах, идут процессы не только интернационализации/глобализации, но и интернализации. Интернализация – это повышение роли внутренних поставщиков, рынков и инвестиций относительно внешних. Ее может насаждать государство, в том числе по соображениям политического характера. Но бывает и так, что она отвечает потребностям национального экономического развития.
2. Несмотря на глобализацию экономики, основными центрами принятия политических решений остаются национальные государства. Поскольку они руководствуются собственными интересами, экономическая глобализация оказывается заложницей их политики, особенно если речь идет о крупнейших мировых державах. Государства могут предпринимать шаги, способствующие глобализации, если считают, что они отвечают их национальным интересам:
• снижать импортные тарифы;
• смягчать ограничения и вводить льготы для зарубежных инвесторов;
• заключать соглашения о свободной торговле;
• активно сотрудничать с другими государствами в рамках международных институтов, чтобы договариваться о глобальных правилах игры и совместно искать ответы на глобальные вызовы. Но они также могут совершать и действия глобализации препятствующие (например, делать все вышеперечисленное с точностью до наоборот), если считают, что таким образом их интересы обеспечиваются лучше.
3. Глобализации мешает вакуум глобального управления. С управленческой точки зрения, если объект управления – экономика области или города, субъектом управления выступает областная или городская администрация. Там, где объект – национальная экономика, субъектом оказывается правительство страны. А там, где объект – глобальная экономика, субъектом должно было бы быть… мировое правительство. Но такого института не существует. Поэтому, вопреки управленческой логике, субъектом в этом случае оказываются национальные государства и мировые институты, создаваемые и финансируемые ими же как платформы для осуществления глобального управления. Но, будь то ВТО, МВФ, Мировой Банк, ВОЗ или ООН, директивных решений, в отличие от государств, они принимать не могут
Автор пишет: «Глобальная экономика продолжает восстанавливаться… В ретроспективе она оказалась на удивление стойкой. Несмотря на разрушенные рынки энергии и продовольствия и на беспрецедентно жесткую денежную политику, направленную на подавление невиданной в течение десятилетий инфляции, экономика замедлила свой шаг, но не встала. Но при всем при этом рост остается медленным и неровным. Глобальная экономика не бежит вперед, а ковыляет»[16].
Удивительно меткие метафоры. Действительно, мировая экономика будет находить разумные ответы на беспрецедентные геополитические вызовы, и это поможет ей продолжать немного расти.
Но ее ждет сложный, тяжелый период медленного роста, снижения жизненных стандартов, существенного усиления социальной дифференциации, нестабильности, неопределенности перспектив, повышенных военно-политических рисков. И, скорее всего, это будет достаточно длинный этап.
Возможно, он закончится тогда, когда мир выйдет из состояния квазимировой войны. Решающее условие выхода – наличие политической воли и политического лидерства, которое ставит во главу угла интересы мирового развития или, по крайней мере, помещает их достаточно высоко на шкале приоритетов.
Кто-то будет должен, опять же на новом витке спирали и в современной версии, привнести в мир новое политическое мышление
Сегодня западный средний класс борется с невиданным в последние десятилетия давлением инфляции на семейные бюджеты. Еще сильнее ухудшилось положение малоимущих семей. Экономия на повседневных тратах – на еду, отопление, электричество, транспортные расходы, не позволяющая обеспечивать привычное качество жизни, а то и элементарный жизненный комфорт – для большого количества людей превратилась в постоянного спутника жизни.
Мировая экономика будет находить разумные ответы на беспрецедентные геополитические вызовы, и это поможет ей продолжать немного расти.
Два шока лишили миллиарды жителей планеты возможности обеспечить для себя устойчивый материальный достаток, позволяющий обрести уверенность в завтрашнем дне. В развивающихся странах множество людей потеряли шанс, который появился в предыдущие десятилетия: перейти из малоимущих слоев в средний класс. Более того, развернулся обратный процесс: возвращение из среднего класса в бедноту
Экономика развитых держав вступает во времена застоя 2020-х годов. Это станет расплатой за ковид и санкции.
Неважно, случится техническая рецессия (снижение ВВП в течение двух и более кварталов подряд) в основных развитых странах или нет. Некоторые страны ее уже испытали. Важнее другое: большинству развитых экономик грозит потеря способности расти приличным темпом или превращение «отсутствия роста» в хроническую болезнь. Два шока не единственная тому причина, но они эту угрозу усилили многократно