Рэб подождал, когда они уйдут, и хлебнул напитка. Тепло сразу достигло дна желудка и, подобно всемогущему эликсиру, разбежалось по телу. Мысли прояснились, на душе полегчало. Зелень аллеи стала еще более изумрудной, девушки – красивее.
Он рыкнул в сторону Рэба, походил вдоль берега, не включая мыслительный аппарат, позволивший ему провести связь между утолением голода и сверкающими рыбьими спинами на мелководье, и снова убрался в лес.
и с нескрываемым наслаждением расчесал им каждое зудящее отверстие в своей голове.
«После этого, секс можно считать грубым суррогатом настоящего удовольствия», – подумалось ему.
