– Ты забираешь мою боль, – пробормотала я.
– У тебя? – фыркнул Эш. – Это в моем доме разодетый домовой, бес под кайфом, парень в моих штанах и голая девушка на обеденном столе, которая должна быть мертва.
Что? У тебя вчера еще была полная банка! – воскликнул Опи.
– Да, кто-то все сожрал.
Эш сузил глаза и посмотрел на беса в отключке.
– О, так вот почему ее пердеж пахнет печеньем? – сообщил Опи.
Тебе помочь раздеться? – Эш игриво ухмыльнулся. – Помыть волосы?
– Я сам, – прозвучал глубокий, хриплый и вибрирующий от гнева голос Уорика. Он стоял в дверном проеме, прислонившись к косяку, и смотрел прямо в затылок Эшу. – А ты пошел вон к чертовой матери.
На лице Эша появилась широкая улыбка.
– Думаю, пойду посмотрю, из чего можно состряпать ужин. Прогуляюсь до огорода, долго прогуляюсь.
Спасибо, – прохрипела я, прикусив губу. Я была не в состоянии выразить все, что хотела сказать. Эш знал меня лишь день и уже относился как к другу. В очередной раз разорвав в клочья то, чему меня учили – фейри злые и мелочные, в отличие от людей. – Ты очень добр ко мне.
– Так поступает семья.
Эш прижал пленку к моей коже, убедившись, что она крепко прилипла.
– Семья?
– Ты спасла того, кого я считаю братом, ты вошла в мою семью. – Эш продолжал работать, не осознавая эффекта своих слов. Я боролась со слезами, катящимися по моей щеке. Все, что скопилось во мне за последние месяцы, обрушилось на меня. – Трудно объяснить, но в тот момент, когда Уорик привел тебя, я почувствовал, что давно знаю тебя.
Я вытерла слезу.
Я знаю почему, – сказала я так тихо, что они меня не услышали. Прочистив горло и подняв голову, я повторила громче: – Я знаю почему.
Эш и Уорик внимательно посмотрели на меня.
– О чем ты? – прогрохотал Уорик.
– Почему мы связаны.
Мужчины напряженно уставились на меня.
– Это я.
– Что ты?
В голосе Уорика слышалось беспокойство, мою кожу покалывало. Все это походило на слишком быструю пробежку на краю обрыва.
Я посмотрела ему прямо в глаза, такие же как и те, что открылись мне той ночью.
– Думаю, это я вернула тебя к жизни в ту ночь.
Призрачный Уорик дышал мне в шею. Я почувствовала, как его зубы задели мое плечо, согревая мое тело. Глядя на настоящего мужчину, я прищурилась. Я старалась не дрожать от ощущения, похожего на адреналин. Мне следовало бы уже привыкнуть к этому, но нет. Уорик вошел и разрушил все вокруг меня. Подавлял. Поглощал. Забирал.
– Она потянула швы. – Эш заставил меня снова сесть, не обращая внимания на взгляд, котором окинул его Уорик. – Я чистил и перебинтовывал раны.
Нет. – Его слова ускользали от меня. – Я не способен на чувства. Она заслуживает кого-то лучше, чем я. Кого-то, кто захочет ее.
Больно.
Меня утягивало, но я слышала смех Эша.
– Ты лжешь самому себе.
– Ковач! – От голоса Уорика у меня появилось желание сражаться, протянуть ему руку и дать возможность оттащить, но течение утягивало меня вниз по реке. И я больше не могла сопротивляться. – Не смей, черт возьми, бросать меня сейчас. Я не позволю. – Голос звучал ближе. – Ты выжила в Халалхазе, в Играх, стерпела все пытки… и справишься с этим…
А я все глубже погружалась в бездну.
– Брексли, – позвал он меня с болью в голосе, – пожалуйста…
Черт возьми, принцесса… Ты будешь умолять меня контролировать тебя… делать с тобой то, о чем никто никогда не мечтал. – Его хриплое дыхание окутало мою шею, мои ресницы затрепетали, дыхание сбилось. Я оказалась ошеломлена ощущением его рук, скользящих по моим бедрам, его тела, прижимающегося сзади. Я выгнулась навстречу ему. Жар пробежал по венам, и я с трудом сглотнула. – Ты не только преклонишься, я заставлю тебя встать на колени и молить о большем. – Его пальцы прошлись по поясу моих брюк, скользнув под ткань. Мне казалось, что я приняла большую дозу наркотика. – Да. Тебе это нравится, Ковач?»