Поздний завтрак был скуп на приличную еду — пересоленная яичница, подгорелый хлеб, крупно порезанный сыр, а от вида клубники, политой сливками, меня затошнило. Подозреваю, с этой ягодой у нас нелюбовь на всю оставшуюся жизнь. Я ограничилась кофе с булочками, а вот мужчины ели так, словно завтрак им готовил повар императорского двора, а не бандитского вида слуга.
От повисшего за столом напряжения скисло молоко в молочнике, и я с удовольствием полюбовалась на перекошенное недовольством лицо жениха, обнаружившего хлопья вместо молока у себя в чашке с кофе.
