Мысли английского адмирала шли дискретно, точно прыжками, всякий раз прерываемые уханьем очередного собственного залпа, отвлекаясь на падение вражеских снарядов – тех, что вздымали океанскую воду близкими накрытиями, и вовсе сбиваясь с ритма, когда корабль сотрясало от прямого попадания, и потребность узнать о понесённых повреждениях превалировала.
