Оглавление

Глава 1

В последнее время очень сложно найти настоящих друзей. Если среди всего огромного количества проживающих в Обитаемой Галактике существ и найдётся один верный друг, то нет уверенности в том, что он тебя не предаст. Как нет уверенности и в том, что ты его не предашь. В зависимости от сложившейся обстановки оба действия будут иметь равнозначный эффект, и тогда никто никого обвинять не будет. С другой стороны, чувствовать себя преданным гораздо лучше, с точки зрения совести, чем предателем. Однако если у предателя нет совести, то ему вообще всё равно, как себя чувствовать. Всё это работает, когда есть честный человек и предатель. А если предатель предаёт предателя? Есть ли здесь муки совести? Поступает ли тот предатель верно? Может ли он получить награду за то, что выдал предателя?

Такие мысли занимали голову Джада Барбады, вертящегося в тесной спасательной капсуле на орбите малоизвестной планеты. Его корабль захватил якобы друг, который решил прикарманить все добытые сокровища себе. А от него, капитана Барбады, вознамерился избавиться. И вот теперь он думал, стоит выдать предателя сеферидам, которые осуществляли надзор за всей Обитаемой Галактикой, или оставить всё как есть, и упасть на поверхность этой планеты, которая с каждым оборотом становилась всё больше. Кстати, а что это за планета? Бортовой компьютер выдал информацию, что этот огромный кусок скалы имеет многозначный кадастровый номер, но носит название Юдоль Тоски. И по заверениям многих именитых путешественников, если и есть так называемая задница Галактики, то вот эта самая Юдоль она и есть. Попасть сюда без возможности подняться в космос обратно равносильно самоубийству, ибо воздуха здесь нет, воды нет. Только камни, песок и ещё что-то каменное и песочное. Джад особо не вдавался в описание планеты. Одно название её уже ввергло его в тоску, и он всерьёз раздумывал, как побыстрее себя убить. Задыхаться в тесной скорлупе спасбота ему не улыбалось, а отомстить предателю очень хотелось. Поэтому напоследок он решил совершить хотя бы один законопослушный поступок. Включив радиопередатчик, он заговорил:

— Внимание! Вызываю службу контроля за порядком! На корабле, регистрационный номер Y.P.K.A.-один, девять, восемь, три, находится особо опасный преступник Джад Барбада. На борту корабля украденные реликвии Предтечей! В данный момент Барбада находится в районе звезды Алтарай!

Ну теперь всё! В течение некоторого времени сюда нагрянут едва ли не все силы сеферидов, которые очень, вот прямо ОЧЕНЬ СИЛЬНО берегут реликвии Предтечей.

Тем временем спасбот пропиликал, что началось снижение на поверхность планеты. Джад скрестил пальцы на удачу, вознося молитвы всем известным и неизвестным богам. Лишь бы серо-фиолетовые гиганты успели вовремя. Внезапно он увидел через узкое окошко, как из темноты космического пространства материализовался огромный корабль. Он был похож на гигантское блюдце, о которых так много писали в прошлом случайные очевидцы. Из его днища к спасботу протянулся яркий луч, и Барбада почувствовал, что падение сначала замедлилось, а потом и вовсе остановилось. Затем корабль сеферидов стал стремительно приближаться, а из рации донёсся глубокий бас, которым говорили гиганты:

— Внимание, преступник! Задержаны вы! Любое сопротивление к вашей ликвидации приведёт!

Джад и не думал сопротивляться, ведь они его спасают. Чрево «блюдца» раскрылось, и спасбот на всём ходу влетел внутрь. В один миг его окружили трёхметровые серо-фиолетовые сефериды, державшие в руках огромные сабли. Через небольшое окошко было видно циклопических размеров хорошо освещённое помещение — трюм корабля сеферидов. По стенам проползли кабели толщиной с тело человека, трубы вентиляционной системы, виднелись решётки воздухоочистителей.

Барбада нажал кнопку открытия капсулы, и передняя панель с шумом вылетела вверх. Не ожидавший этого гигант рыкнул и махнул клинком, разрубая её, словно лист бумаги. На металлический пол грохнулись две половины панели.

— Приветик, — просипел Барбада.

Мощная трёхпалая рука схватила его за куртку и рывком вырвала из кресла. Пролетев несколько метров, человек упал и помотал головой, восстанавливая резкость зрения.

— Да-а, — протянул он, поднимаясь, — гостеприимными вас не назовёшь.

— Не гость ты, Джад Барбада, — пророкотал сеферид с золотой полосой на мундире. — Ты арестант, а с арестантами не церемонимся мы, — затем от повернулся к своим соплеменникам. — В камеру его отведите, к хлюпику тому.

Сеферид-охранник вложил саблю в ножны и, подталкивая Джада в спину, повёл его к лифту. Джад вертел головой и наконец увидел свой корабль, который стоял в отдалении огромного трюма. Корпус его имел несколько подпалин — видимо, этот «друг», Харри, решился отбиться от галактических поборников закона. Придурок! Он бы погиб, но это полбеды, его не жалко. А вот корабль, его «Удачного», было очень жаль. Джад мысленно послал ему приветствие, мол, не волнуйся, я скоро. Такому кораблю не пристало стоять в трюме, даже в таком светлом и чистом, как у сеферидов. Другая мысль, которая тут же посетила голову авантюриста, касалась тех самых реликвий. Добрались ли они до них? Если да, то придётся попотеть, сматываясь отсюда. В противном случае задача облегчается в разы.

Они вошли в громадных размерах лифт, в котором, по мнению Джада, можно было грузовик перевозить. Тем не менее в нём ехали лишь он и его конвоир — грозного вида сеферид. Легонько толкнув в ноги, кабина, как почувствовал Джад, поплыла вверх. Сеферид не обращал на арестанта внимания, смотрел чётко перед собой, и Барбаде ничего не оставалось делать, как смотреть либо на своего конвоира, либо на идеально чистую кабину лифта. Вообще сефериды — нормальные парни, и Джад относился к ним со всем своим уважением. Вот этот конвоир был достаточно высоким даже по меркам своих соплеменников, его кожа переливалась от серого цвета к фиолетовому, на совершенно нормальной человекоподобной голове располагались большие аметистовые глаза с вертикальными зрачками. Волос у него, как и у всех сеферидов, не было. Все они считались арбитрами Обитаемой Галактики, а также своего рода прометеями, принеся каждому народу продвинутые технологии. Так было с людьми, по крайней мере.

В один прекрасный день с небес на Землю спустились многочисленные корабли сеферидов. Те самые летающие тарелки, о которых так много говорили и строили различные гипотезы, оказались правдой. Переливаясь разноцветными огнями, они зависли над крупными городами мира и ворвались в Сеть с заявлением о мире и дружбе. Они, дескать, приняли решение поделиться с человеками своими технологиями, дабы люди вошли в состав Обитаемой Галактики. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, и люди, которые веками обманывали друг друга и старались как можно больше себе подобных извести, спросили: а взамен на что им такое счастье вылупилось? Сефериды не стали ходить вокруг да около, а просто потребовали признать их Верховными Арбитрами, то есть такими парнями, которые могли бы влезать в дела народа без спроса. Не во внутренние, это, мол, ваше дело, хоть переубивайте себя атомарным испарителем, а во внешние. Они устанавливали цены на определённые товары, утверждали планы народов Обитаемой Галактики на колонизацию тех или иных звёздных систем, и самое главное — усмиряли войны, что разгорались, бывало, между расами. Лишь за одно это их можно было уважать, потому что благодаря им в Обитаемой Галактике продолжала развиваться жизнь. Кроме того, сефериды исполняли полицейские функции, разыскивая опасных преступников.

Конечно, Джаду льстило, что Арбитры Галактики считали его опасным, но, вместе с тем, эта известность доставляла немало хлопот. Ни тебе спокойно пришвартоваться к крупным станциям, ни тебе пройтись по известным торговым сетям — везде, даже в самом захолустном полицейском участке, который и захочешь — не найдёшь, так вот даже там есть фото Барбады. «Опасный преступник. Подозревается в хищении артефактов Предтечей. Доказана вина по десятку преступлений». Ну, девушки, стали бы вы встречаться с таким человеком? В воображении рисуется некий вор-рецидивист с щетиной на лице, с кривым глазом и манерами пещерного человека. На самом деле Джад был не такой. Смуглая кожа, под которой перекатывались мышцы, не вот прям культурист, у которого даже затылок накачан, а мышцы поддерживающего себя в форме человека. Копна чёрных вьющихся волос была собрана в хвост и перетянута разноцветным шнурком. Карие чуть раскосые глаза смотрели оценивающе, иногда левая бровь уезжала вверх, что означало высшую степень заинтересованности. На правой стороне груди красовалась татуировка в виде солнца из треугольников, которая переходила на плечо и дальше на лопатку. Эту татуировку набил ему великий мастер, живущий на болотистой планете, и она была призвана дарить Джаду удачу. С учётом того, чем Джад занимался, татуировка была в кассу.

Лифт остановился, и первые секунды было немного непривычно не чувствовать его давление в ноги. Двери с мягким гулом открылись, и конвоир чуть подтолкнул Барбаду к выходу. Вдвоём они оказались в длинном закруглённом коридоре с многочисленными лампами, ярко освещавшими его и просторными нишами в стене. Джад понял, что это тюремный блок, который на некоторое время станет его домом. Проходя мимо ниш, он видел, что в них находятся люди, рамъялы, панголины, а вход перекрыт энергетическим полем. Не убежишь, поле не даст выйти. Вдруг из одной ниши Джада окликнули:

— Эй, дружище! Это я, Харри!

Джад мельком бросил взгляд на побитого бывшего напарника и с удовольствием отметил, что у того лицо представляет собой сине-фиолетовую маску. Он, что, с сеферидами дрался? Так он глупец, каких ещё поискать. Конвоир толкнул Барбаду в нишу, и силовое поле тут же перекрыло выход.

— Здесь до прилёта на планету-арбитр будешь ты, — пророкотал сеферид и удалился.

Джад огляделся. Помещение было просторным для одного человека с мягкими полом и стенами. Ноги по щиколотку утопали в этом покрытии, и по отсутствию кроватей, Джад догадался, что оно заменяет их. Всё было чистым, светлым, можно сказать идеальным. Здоровяки любили комфорт, что сказать.

— Эй, Джад, — снова донёсся оклик Харри, — это я, дружище!

Джад не отвечал. Разговаривать с предателями не его стезя, кроме того, надо было обдумать, как сбежать с летающей тарелки арбитров. Силовое поле не пробить, оно откроется, как только сефериды захотят вытащить его на суд. Значит, надо придумать способ, чтобы поле открылось раньше. Возможно, стоило привлечь к себе внимание сеферидов, дождаться, когда один из них войдёт в камеру… Скорее всего, такая попытка побега обречена на провал. Арбитры его изрубят своими огромными саблями ещё на подступах к лифту.

Барбада лёг на мягкий податливый пол, заложил руки за голову и уставился в потолок. Сразу бежать тоже смысла не было, ведь за ним ещё наблюдают, как за новым заключённым этой летающей тюрьмы. Поэтому он решил просто отдохнуть, собраться с мыслями, оценить возможности, просчитать варианты развития событий. Через минуту Джад беспробудно спал.

Разбудил его резкий звук, похожий на тот противный скрежет, когда металлической вилкой возят по керамической тарелке. Резко встав, Джад увидел, что камера без силового поля, и тут ринулся наружу. В следующий миг сильная серо-фиолетовая рука сеферида схватила его за горло, аметистовые глаза грозно посмотрели в его карие.

— Бежать хочешь ты, Джад Барбада? — глубоким басом пророкотал арбитр.

— Что вы, арбитр? — просипел Джад. Он не чувствовал пола под ногами, они болтались свободно, а глаза сеферида почему-то оказались на уровне его глаз. — Я спешил к вам, чтобы вы не ждали меня долго.

— Жалкий врун, — голос сеферида проникал в тело и там заставлял вибрировать все органы. — Знаем о тебе всё мы.

— Вряд ли, — прохрипел Барбада.

— Что? — не расслышал сеферид.

В следующий миг Джад ударил основанием ладони в горло арбитру. Тот захрипел и разжал пальцы, Барбада приземлился на ноги и следующим движением — крутанулся на месте, выставив ногу, — сшиб сеферида. Конечно, таким приёмом серо-фиолетового великана было не вырубить, поэтому заключительный удар пяткой был нанесён в голову. Конвоир дёрнулся и затих.

За всей сценой наблюдали заключённые, которые радостными вскриками приветствовали победу Барбады. Они просили его открыть клетки, выпустить их на свободу, но Джаду было не до них.

— Извините, друзья, — развёл он руками, — я спешу.

В спину ему полетели проклятья, и громче всех орал Харри.

Путь Барбады лежал обратно в трюм, или это был ангар, к своему кораблю. Надо было покидать это идеально чистое место и улетать далеко, желательно на край Обитаемой Галактики, куда даже арбитры прилетают раз в сто лет. Он пробежал по длинному ярко освещённому коридору, стены которого блестели хромированным металлом, и остановился возле лифта. Проведя пальцами по панели, Джад стал ждать кабину. Он помнил, что с конвоиром они поднимались довольно долго, поэтому Барбада не ожидал, что лифт приедет быстро.

— Крэхэр! — раздался за спиной сдавленный бас.

Джад обернулся и увидел держащегося за стену того конвоира. В руке он держал свою огромную саблю.

— Крэхэр, — повторил сеферид и двинулся на человека.

— Карамба, — пробормотал Джад и принялся бить пальцами по панели, стараясь придать лифту скорости.

Сеферид был почти рядом, его клинок блеснул в мягком свете ламп, и до слуха человека донёсся голодный свист рассекаемого сталью воздуха. В последний момент Джад увернулся от сабли и перекатился в сторону, заходя сефериду за спину. Тот резко повернулся, лезвие прогудело в миллиметре от головы Барбады. Джад снова перекатился в сторону, потом сменил направление, запутав своего противника, и выпрыгнул вверх, нанося сокрушительный удар ногой. Арбитр в последний момент ушёл от удара, рубанул саблей сверху вниз, но лезвие не достигло цели и потащило хозяина за собой. Джад воспользовался этим и, скрутившись, впечатал пятку в лицо арбитра. Тот хрюкнул и повалился на пол — из носа потекла тёмно-синяя кровь. Рассудив, что на пути к кораблю ему могут встретиться ещё сефериды, Барбада взял саблю поверженного противника. Тихо пропиликал сигнал лифта, двери его раскрылись. Капитан нырнул в кабину и коснулся кнопки трюма. Кабина мягко помчалась вниз, Джад почувствовал, как внутренности подкатились к горлу.

Двери лифта раскрылись через минуту, и Джада встретил пустой трюм. Значило ли это, что сефериды пока не знают о его побеге, он понятия не имел, но был весьма рад, что никто ему не мешает. Выбежав из ярко освещённой кабины, Барбада устремился к поблёскивающему в сумраке своему кораблю. Внешне он напоминал птицу, раскинувшую крылья. Кабина пилота находилась впереди в глухой бронированной камере, заострённой на конце. Большую часть корпуса занимало машинное отделение с двумя гипердвигателями, позволяющими уходить от любой погони, даже от арбитров. Если, конечно, знать как. Кроме того, внутри располагались две каюты, пищеблок и трюм с эффектом сжатого пространства. Очередная придумка сеферидов, которую они стопудово слямзили у Предтечей. Этот эффект позволял положить в трюм предметов гораздо больше, чем он сможет уместить. На крыльях располагались ракетницы, по две скорострельные пушки, а на самом корпусе были ещё две турели. Профессия контрабандиста обязывала иметь внушительный арсенал. И войти в корабль мог только капитан, потому что система распознавания реагировала на его тип ДНК. С другой стороны, сеферидам ничего не стоило взломать систему, но они слишком привержены закону и не стали бы ничего с кораблём делать до прилёта в точку «А». Джад был в нескольких метрах от своей «птички», как его окликнули громовым раскатистым басом:

— ДЖАД БАРБАДА!

Он медленно обернулся и увидел десяток арбитров с саблями в руках. Барбада поднял саблю, хотя держал её с трудом.

— Оружие бросай и в камеру возвращайся, — приказал главный арбитр.

— Да ну, — покачал головой Джад. — Там скучно, постоянно кто-то хнычет. Я лучше на кораблик свой взойду да полечу по делам.

— Приказ Арбитражной Службы Обитаемой Галактики это, — прорычал сеферид. — Ты подчиниться обязан.

— А ещё я обязан руки после туалета мыть и уши чистить, — ответил Джад. — Меня мама так учила.

Сабля дрогнула в его руках, острие сместилось чуть к низу, и это словно стало командой для сеферидов. Они бросились на человека, и Барбада понял, что этот бой ему не выиграть. По-честному не выиграть.

— Амальгама! — вскричал он, и пушки его «Удачного» дали залп. Лучи с гулом пронеслись рядом с арбитрами, они замерли в изумлении. — Технология Предтечей, — объяснил Джад. — Если кто двинется из вас, то мои пушки мигом среагируют. Один залп — и от вас ничего не останется. Короче, счастливо оставаться.

Он подошёл к шлюзовой двери, аппаратура считала его ДНК, и медленно опустился трап. Джаду хотелось, чтобы он спускался несколько быстрее, потому что напряжение росло с каждой секундой. Сефериды понимали, что их добыча уходит. Тем не менее ни один из них не двинулся с места, смотря в безмолвной злобе, как трап поднимается, зажигаются огни небольшого юркого кораблика, начинают работать двигатели. Из громкоговорителей «Удачного» раздался голос Барбады:

— Я бы на вашем месте открыл шлюз. А то ведь я ракету могу пустить. Даю на размышление десять секунд… Девять… Восемь…

— Шлюз открыть! — взревел командир сеферидов. Сами они бросились вон из трюма, чтобы не вытянуло в космос.

Тяжёлая дверь летающей тарелки сеферидов поднялась вверх, за бортом бушевало гиперпространство, и кораблик контрабандиста устремился наружу. Миг — и он один завис посреди мерцания далёких звёзд на фоне необъятных размеров туманности зелёно-жёлтого цвета. Джад проверил координаты, удивлённо присвистнул. Оказалось, что до ближайшей захолустной планетки ему неделю лететь в гипере. «Ну», — пожал плечами Барбада, — «неделя не месяц». Просчитав маршрут, он включил режим гиперперемещения, и уже через секунду пространство снова стало пустынным.

Глава 2

Планета Истуруп считалась захолустьем Обитаемой Галактики. Здесь можно было легко затеряться, легко потеряться и не найтись больше никогда. Сюда, словно пчёлы на мёд, слетались так называемые отбросы общества: грабители, наёмники, авантюристы и все остальные, кто хоть как-то себя причислял к таковым. Здесь не работал Общегалактический закон, сюда крайне редко наведывались арбитры-сефериды. В общем, Джад выбрал именно это место, чтобы залечь на дно. «Удачный» стоял на приколе в порту Галь-Гар, владели которым местные мафиози. Они устанавливали цены на аренду ангара, они же могли эту цену поменять по своему усмотрению. Поэтому Джад «договорился» с ними за довольно круглую сумму, чтобы цена не скакала, как уцх в галопе. После заключения этой сделки, Барбада направился в единственный бар Галь-Гара — «Весёлый Вакхури». Честно говоря, Джад и грустного Вакхури не видел, но подозревал, что зрелище это не из приятных. Пройдя по пыльной широкой улице, вдоль которой ютились покосившиеся домишки из дешёвого строительного материала, он остановился напротив добротного одноэтажного здания с тяжёлыми на вид дверьми. Над ними висела светящаяся неоновыми буквами вывеска «Весёлый Вакхури», а изнутри доносилась какая-то музыка. С силой толкнув дверь, Джад вошёл внутрь.

Оказалось, что двери только на вид были тяжёлыми, потому что от толчка Барбады, дверь с шумом и треском ударилась о стену. Лица посетителей и официанток, и бармена, конечно, обратились к нему. Приветственно подняв руку, он прошёлся к барной стойке, физически ощущая на себе взгляды. Вскоре к нему потеряли интерес, и он сел за стойку. Бармен — обрюзгший здоровяк с татуированными руками и лысиной, блестевшей в свете тусклых ламп, — вопросительно посмотрел на нового посетителя.

— Один стакан виски, — сделал заказ Джад.

Бармен хмыкнул, достал из-под стойки мутный стакан, протёр его не менее грязной тряпкой, дунул туда, якобы избавляясь от остатков пыли, и влил жидкость, по цвету похожую на передержанный чай.

— Это точно виски? — осторожно спросил Барбада.

— Лучший в Галактике, — осклабился бармен.

— Искренне верю, — Джад решил разумным не вступать в спор.

Взяв стакан, он отошёл вглубь зала, сев за столик в тёмном углу, куда никто не смотрел. Для посетителей он потерял интерес, поэтому у Джада была возможность рассмотреть каждого. В основном здесь были люди, но присутствовали и рамъялы, и панголины. При этом в баре сохранялась нормальная атмосфера, никто не хватался за пистолет или не обнажал клыки. Возможно, причиной тому были порядки, установленные на Истурупе, а, возможно, две скорострельные пушки, которые висели под потолком бара. Джад склонялся ко второму варианту. Потому что рамъялы и панголины — злейшие враги людей.

Встреча людей и рамъялов случилась на второй год после прихода на Землю сеферидов. Исследовательский космический корабль землян оказался возле двойной звезды Кохаб — беты созвездия Малой Медведицы. Первопроходцы дальнего космоса с удивлением обнаружили на орбите местной планеты неизвестный корабль и постарались наладить с ним связь. Это были рамъялы. Они атаковали путешественников, часть команды убили, часть забрали в плен. Экипаж успел послать сигнал S.O.S, прежде чем корабль сгинул в огне атомного взрыва. Благодаря системе быстрой доставки, когда сигнал отправляется не обычными радиоволнами, а с помощью специального бота, который летит на сверхсветовой скорости, Земля получила сигнал «Mayday» достаточно быстро. Мигом собрали совещание и направили в систему Кохаб Первый ударный флот. Через месяц командующий флотом доложил, что враг был обнаружен и уничтожен. С этого момента началась Человеко-рамъяльская война. Потери с обеих сторон насчитывали около двухсот тысяч жизней, и тогда вмешались сефериды. Они заставили враждующие стороны подписать мирный договор, но сама война не закончилась. Рамъялы нападали на дальние колонии землян и забирали половину населения в плен, другую половину убивали. Человечество мстило той же монетой.

С панголинами вышла похожая ситуация. Эти ящеры сначала бьют, а потом разбираются, кто это был. В итоге случилась Человеко-панголинская война, которая принесла немало горя обеим сторонам. И снова арбитры вмешались, заставив подписать мирный договор. Однако если земной корабль встречался с панголинским где-нибудь в отдалённых системах, то обязательно происходило сражение.

Поэтому видеть в баре рамъялов и панголинов было для Джада напряжно. Они не обращали на него внимания, обсуждая между собой какие-то свои вопросы. Рамъялы были песочного цвета, имели на локтях и коленях костяные наросты. За цвет кожи люди называли их песчаниками. Панголины — сплошь ящеры — на головах имели по три рога, что являлось показателем их мужественности, их кожа имела тёмно-зелёный окрас с яркими жёлтыми и красными полосками. Хвосты они держали параллельно полу, изредка кто-нибудь из них слегка помахивал им.

К Джаду подошла официантка, всем своим видом показывающая, что ей здесь всё порядком надоело.

— Что жрать будешь? — спросила она.

— Что-нибудь съестное, — ответил Барбада.

Официантка смерила его ненавидящим взглядом и отошла к барной стойке.

Из колонок лилась музыка, отдалённо напоминающая джаз, но Джад старался её не замечать. Он следил за каждым посетителем бара «Весёлый Вакхури», чтобы никто из них не стал для него неожиданностью. Ему бы только немного затихариться, а уж позже он найдёт покупателя для своего улова. Он так увлёкся слежкой, что пропустил очередного гостя, вошедшего в бар.

Стройная фигура прошлась через весь зал, привлекая внимание всех находившихся здесь. Она имела короткие рыжие волосы, была одета в просторный комбинезон механиков, на боку в кобуре висел пистолет. Джад оценил приятные формы вошедшей и решил подкатить к ней. Однако его опередил высокий рамъял, который сально ухмыляясь подошёл к девушке. Склонившись к ней, он что-то пробормотал ей на ухо, а руку по-хозяйски положил на ягодицы. В следующий миг эта рука оказалась сломанной, а рамъял со всего размаху влепился лицом в стол. Раздался хруст, от которого Джада передёрнуло. Тут же вскочили другие рамъялы, но рёв бармена всех остудил:

— А ну по местам сидеть! Ещё один фортель, и я включу турели!

Песчаники подняли своего незадачливого пикапера и пошли вон из бара.

— Только выйди на улицу, кунча, — прошипел один из них рыжеволосой девушке, — и тебе конец.

— Секнугáда, — брезгливо бросила в ответ красавица в мешковатом комбезе.

Джад поднял брови, оценив резкий ответ девушки. Это было очень обидное прозвище на языке песчаников, за которое можно было поплатиться жизнью. Значит, девчонка знала свои силы и могла бы постоять за себя. Тем не менее, ей, скорее всего, нужен помощник. С такими мыслями он подошёл к ней.

От девушки пахло машинным маслом, техническими смазками и железом. Её одежда имела следы работы с механизмами, вероятно, она трудилась в ангаре или в порту. На правой щеке она не стёрла грязь, но это, наоборот, придавало ей некоего шарма. Она бросила взгляд на Барбаду, и тот остолбенел. Её глаза — он успел заметить — были невероятно синими с голубыми искорками. Таких глаз он ещё никогда не видел.

— Сеньорита не желает выпить? — спросил он, сделав свой голос как можно более бархатным.

— Сеньорита желает врезать тебе и каждому, кто сунется к ней с разговорами, — ответила она с некоторой ленцой. Было понятно, что к ней здесь пристают с такими расспросами едва ли не каждый день.

— Извини, если обидел, — сказал Джад. — Просто я видел, как ты уработала того… рамъяла.

— Песчаника? — нисколько не смутясь обидного для рамъялов слова, хмыкнула девушка. — Сам виноват. Нечего руки распускать.

— Твоя храбрость впечатляет, — растянул в улыбке губы Джад. — Позволь представиться — капитан Джад Барбада.

Девушка с рыжими волосами смерила его своими невероятными синими глазами, опушёнными ресницами, скептически подняла одну бровь:

— Чё, правда, капитан?

— Отвечаю, — Барбада перешёл на более простой и понятный язык дворовой братии.

— И, небось, корабль свой имеешь? — продолжила допытываться девушка.

— Корабль есть, — кивнул Джад.

— И там есть мягкая постель? — спросила она томным голосом, приблизившись к Барбаде чуть ли не вплотную.

— Есть, — так же томно ответил капитан, приблизившись ещё ближе к ней.

— Супер, — холодно произнесла она, и внезапно Джад упал на пол.

Хохот гостей бара оглушил его, краска залила его лицо. Эта девчонка сумела выбить пол из-под его ног.

— Катись в свой корабль, заезжий жеребец, — ухмыльнулась девушка. — А я пока тут побуду.

Джад криво улыбнулся, принял капитуляцию и вернулся на своё место. Панголины смеялись шипящим смехом, люди хохотали во весь голос. Подошедшая к его столику официантка посчитала своим долгом ещё больше рассмешить посетителей и швырнула тарелку вместо того, чтобы просто поставить. Непонятного вида жижа выплеснулась, растеклась по не раз скоблённой столешнице бесформенной лужей. Очередной взрыв хохота заглушил музыку, и Барбада вышел вон из бара. Пассаж с незнакомкой в комбинезоне не вывел капитана из себя, наоборот, подогрел больше интереса. Кроме того, он понимал, что те оскорблённые рамъялы так просто от неё не отстанут. Поэтому он дал себе обещание обязательно проследить за взрывоопасной девчушкой и не дать ей попасть в беду. Джад уже представлял себя храбрым спасителем хрупкой барышни от рук злобных рамъялов, когда на смартфон пришло сообщение: «Нужен товар. Встреча в забеголовке Макги через полчаса». Спасение, конечно, хорошо, но им себя не прокормить, как и корабль не подлатать. Джад прикинул, что через полчаса или даже через час с красоткой всё будет хорошо, и отправился по маршруту, который пришёл так же сообщением.

Путь его пролегал по живописным улочкам городка Галь-Гар. Казалось, штурман, который составил маршрут для Барбады, решил показать все стадии упадка личности. Были тут и в хлам пьяные бомжи, от которых разило невообразимой вонью, и разукрашенные всеми цветами радуги проститутки, смотревшие на него, ощерив щербатые рты в ужасном подобии улыбки. Подозрительно косилась местная шпана, покуривая одну на компашку дешёвую сигаретку. Парни при этом держали руки в карманах штанов, а девушки либо висели на их плечах, либо стояли, оперевшись спинами на стены. Возле развалин дома играла стайка детей, но зоркий глаз Джада заметил в их руках лезвия ножей, которые они быстро вынимали и прятали в одежде. Эти детишки могли вмиг оставить случайного прохожего без денег и дорогих вещей. Поэтому на всякий случай он держал пистолет наготове.

Наконец он остановился перед покосившимся одноэтажным домишкой с названием «Забегаловка Макги». Скептически посмотрев на него, Джад осторожно толкнул дверь, и она вместо того, чтобы открыться, просто упала с грохотом. «Да что ж такое-то!» — в сердцах подумал Барбада, но дальше его мысли застыли под прицелами разномастного оружия, направленного на него. Медленно подняв руки, Джад постарался как можно более дружелюбнее улыбнуться и произнёс:

— Добрый день. Я к сеньору Перлиони.

Из глубины прокуренного разного рода смесями и табаком зала донёсся каркающий голос:

— Пропустите его.

Оружие убрали, все вновь занялись своими разговорами, но Джад был уверен, что при необходимости они в микросекунды (есть ли такая единица измерения времени?) достанут оружие обратно. Он прошёлся мимо столиков, обратив внимание, что все здесь были людьми, мимо кривой надписи на стене «Феалед ацтой», нисколько не удивившись малограмотности автора, и остановился перед сухим прокопчённом насквозь местным светилом пожилым мужчиной. Он сидел один, но Барбада не сомневался, что все посетители забегаловки — его охрана. Мафиоза сидел с голым торсом, и сквозь вечный загар Джад заметил татуировку в виде большегрудой дамы.

— Сеньор Перлиони? — на всякий случай осведомился Барбада.

— Падай, контра, — прокаркал Перлиони. — В ногах правды нет.

— Интересно, где она есть? — пошутил Джад, но по хмурому лицу Перлиони понял, что шутка не прошла. — Вы хотели приобрести товар. Что ж, он есть у меня, — Барбада набрал побольше воздуха, чтобы расписать все прелести того, что ему и предателю Харри (да сгниёт он в шахтах) удалось добыть, однако пожилой копчёный мафиоза его оборвал.

— У нас не принято сразу к делу переходить, контра, — голос его походил на скрипучее дерево, которое мотало в шторм. Скорее всего сказывалось злоупотребление дымом. — Расскажи, как твоя жизнь?

— Не жалуюсь, сеньор Перлиони, — немного опешил Джад. — До недавнего времени работал в паре, но напарник меня предал.

— Да, — проскрежетал Перлиони, — сейчас очень трудно найти настоящих друзей.

— Да мы друзьями-то и не успели стать, — махнул рукой Барбада.

Его внезапно накрыла тень, и он едва не отпрыгнул в сторону. К ним подошёл здоровяк ростом в два метра и такими же широкими плечами, державший в руках поднос с двумя бокалами пенного напитка.

— Угощайся, контра, — сделал жест рукой мафиоза.

— Прикольные у вас официанты, — хмыкнул Джад.

Здоровяку явно не понравилось сравнение с разносчиком еды, но присутствие босса сдерживало его. Барбада отметил себе, что в случае какой-нибудь оказии, с этим пареньком лучше дел не иметь.

— Это мой костолом, — тоном уставшего человека ответил Перлиони. — Если мне кто-то не нравится, то он ломает тому кости.

— Логично, — кивнул Барбада и сделал глоток пива. Оно было превосходно охлаждённым, с горчинкой и обладало тягучестью, присущей отличному пиву. — Мои комплименты пивовару! — не сдержал он порыв благодарности.

— Передам, — сухо ответил Перлиони. — Теперь о деле. Сколько и чего ты привёз, контра?

Джада уже начинало напрягать это обращение «контра», к тому же оно ему вовсе не подходило. Однако на горизонте маячили нехилые барыши, и он собрал всю свою выдержку, чтобы не высказать этому мерзкому «расписному» всё, что о нём думает.

— Смотря, что вы решите приобрести, — уклончиво ответил капитан.

— Контра, ты, наверно, не понимаешь суть всего происходящего здесь, — мафиоза облокотился на стол своими сухими костлявыми локтями. — Вероятно, ты намереваешься получить некую сумму денег?

— Вы весьма прозорливы, сеньор Перлиони, — улыбнулся Джад. Внутренне он напрягся, потому что знал: когда клиент начинает говорить нечто подобное, то ничего хорошего от него не жди. — Знаете, моя работа весьма опасна. Постоянные перелёты, опять же сефериды…

— Это лирика, контра, — Перлиони отмахнулся от слов Джада, как от назойливой мухи. — Перелёты и сефериды — побочный эффект. Последствие того, чем ты занимаешься.

— И у вас, я чую, есть невдолбаться какое предложение, — Джад решил вывести мафиозу на сделку.

Он чувствовал, как воздух в затхлой забегаловке стал плотным и наэлектризованным, словно перед грозой. Запахло обломом, и в голове Барбады запели маленькие противные человечки: «Нам кранты! Нам краааантыыы!» Они так взбесили Джада, что он вслух сказал им:

— А вот хрен.

— Что? — не понял мафиоза.

— О, — пробормотал Джад, — это я с мыслями своими разговариваю.

— И что же тебе говорят твои мысли? — поинтересовался Перлиони.

Такого напряжения Барбада ещё никогда не чувствовал. Он понимал, что попал в логово паука, у которого до чёртиков помощников, и существует всего лишь небольшая вероятность выбраться отсюда живым. «Но ведь она существует», — подумал Джад.

— Мои мысли говорят мне, — решил идти ва-банк капитан, — что вы хотите забрать весь мой товар, а меня либо выбросить с планеты, либо убить. Они правы?

Перлиони рассмеялся каркающим смехом, Джаду показалось, что сама Смерть смеётся ему в лицо. Татуировка с большегрудой мадам затряслась, словно она тоже смеялась над контрабандистом.

— Контра, ты очень смешной, — скрежетал своим голосом мафиоза. — Ты рассмешил меня, это делает тебе честь. Но твои мысли правы — ты отдашь мне весь свой товар, от дальнейших твоих действий будет зависеть: улетишь ли ты с Истурупа или тебя закопают в его сухую землю. Так что же ты выбираешь?

Рыжеволосая девушка в мешковатом комбинезоне механика порта Галь-Гар доела свой обед, выпила кружку сока, любезно предоставленного ей лысым татуированным барменом, и собралась уже уходить, как подошедшая официантка сказала ей тихо:

— Там тебя песчаники дожидаются. Будь осторожна.

— Спасибо, Фиби, — ответила девушка. Она знала, что после той перепалки, рамъялы не оставят её в покое, пока не сотворят с ней что-нибудь. Поэтому она взяла пустую бутылку со стола, за которым сидели два мордоворота, и двинулась к выходу. Если песчаники хотят драки, она устроит им драку.

Рамъялов было четверо, и не успели они что-либо сказать вышедшей из бара рыжеволосой землянке, как в голову одному врезалась запущенная бутылка. Она угодила рамъялу в лоб, и он сразу упал без сознания. Девушка не дала остальным опомниться и врезалась в них с разбегу. Тут же начала работать руками и ногами, раздавая тумаки налево и направо. Локтем свернула челюсть второму рамъялу, третьему выбила ногу и добила её невероятным ударом в колено. Хруст и вопль возвестили, что эффект достигнут. Рамъял повалился в пыль и верещал, как противный шных. Четвёртый песчаник выхватил из-за пояса кинжал, что весьма взбесило девушку. Внутри неё поднялась волна гнева, которую уже невозможно было остановить. Противник ткнул лезвием в живот рыжеволосой амазонке, а затем тут же махнул им вверх и в сторону, стараясь перерезать горло. Девушка увернулась и оказалась очень близко к рамъялу. Её локоть с силой врезался ему в челюсть, вторая рука перехватила кинжал, выворачивая запястье до хруста. Теперь оружие было у неё.

— За Раккару, секнугада, — прошипела она и вонзила кинжал в горло противнику. Затем ещё раз в горло, потом в грудь, в живот. Она колола бездыханное тело рамъяла, и его зелёная кровь резко контрастировала с обычным цветом пыли Истурупа.

Песчаник со свёрнутой челюстью, мыча от ужаса, побежал прочь, оставив товарища со сломанным коленом, который отползал от перемазанной рамъяльской кровью девушки с кинжалом. Она надвигалась на него с неотвратимой решительностью, крепко сжимая кинжал в руке. Кривая улыбка играла на её лице, а глаза искрились синими всполохами. Она лениво отбросила в сторону руку песчаника, которой он хотел защититься, повалила его на спину ударом ноги в лицо и села на него сверху, коленями придавив руки к земле.

— Мои друзья тебя найдут, кунча, — просипел песчанник. — Они вывернут тебя наизнанку, они тебя разрежут на куски.

— За Раккару, — проговорила девушка и приставила лезвие к горлу рамъяла.

— Нет, подожди…, — попытался умолять её рамъял, но было поздно.

Медленно она провела кинжалом по его горлу, он сипел, булькал, хрипел, кровь потекла тёплым зелёным ручьём. Вскоре рамъял затих. Рыжеволосая девушка отбросила в сторону кинжал и встала на ноги.

— Ну ты и жестишь, — раздался за спиной голос бармена. Он вышел наружу, чтобы посмотреть результат драки. Он явно не ожидал увидеть кровавую бойню.

— Он сам виноват, — устало ответила девушка. — Достал кинжал.

До их слуха донёсся некий шум, похожий на толпу, которая была чем-то недовольна и быстро приближалась.

Выбор у Джада был невелик: либо он отдаёт весь товар, либо смерть. На тот свет он пока не собирался, но и расставаться с артефактами за «спасибо» не хотелось. А эти парни скорее всего даже «спасибо» не скажут. Забегаловка была наполнена людьми Перлиони, и действовать надо было осторожно и вместе с тем дерзко. В какой-то миг мысленно он увидел себя, выбегающим из этой рыгаловки, а за ним толпу разъярённых боевиков местной мафии. Вполне возможно, что так и будет. Взгляд Перлиони был колючим, напряжённым, словно мафиоза читал его мысли.

— Ну, контра, что будем делать? — спросил босс местной ОПГ.

Джад решился, и, похоже, Перлиони это понял. Только Барбада сработал гораздо быстрее, чем тот успел что-либо сказать. Выстрел пистолета прогремел в затихшей забегаловке, как гром, и тело прокопчённого под местным солнцем дона мафии рухнуло на грязный пол с дырой в груди. Джад рванул с места, устремившись к окну без стекла, слыша, как за спиной рычат и воют бандиты. Вслед ему полетели лазерные лучи, прожигавшие в стене дыры, занялся огонь. Не глядя Барбада пальнул назад — кто-то вскрикнул. Прыжок! Перекатившись через голову, весь в пыли Джад побежал прочь, к ангару, где ждал его корабль.

Воздух раскалился от лучей, некоторые пролетали в опасной близости, и Джад стал петлять, чтобы не стать жертвой этой разборки. Рядом с головой прогудел луч, опалив немного волосы и обдав щеку жаром. Сделав кувырок, Барбада развернулся и выстрелил пару раз. Два бандита свалились, словно марионетки, которым обрезали нитки. Это немного охладило пыл преследователей, но не остановило их. Тот здоровяк, который приносил холодное пиво, вскинул автомат и дал очередь. Строчка лазерных лучей прошла возле ног беглеца и немного выше, пробив стенку домишки. Люди кричали, разбегались в стороны. Бомжи старались слиться с пылью, чтобы их не заметили и не порешили за компанию. Джад разбежался и врезался в хлипкую дверь, ввалившись в халупу. Завизжала какая-то проститутка, она вжалась в стену, и это было ошибкой: лучевая очередь прошила её тело насквозь и отбросила под ноги Барбады. Капитан не стал ждать, когда бандиты окружат халупу, и вырвался наружу с другой стороны. Ошалевшим от вкачиваемого в кровь адреналина глазами он осмотрелся и ринулся в узкий проулок, провонявший нечистотами. Здесь лежал наркоман под кайфом, с глупой улыбкой он протянул к капитану грязные руки. Барбада перепрыгнул через него, увидев краем глаза гнавшихся за ним мафиози. Воздух раскалился от лазерных лучей, проулок не давал возможности увернуться, но Джад прыгнул вперёд, вытянувшись стрелой. Под ним и над ним с гулом проносились концентрированные сгустки света, оставляя на стенах подпалины, взрывая грязь с земли. Вылетев на улицу, Барбада разрядил батарею в догонявших бандосов, уложив нескольких. Остальные упали в нечистоты с воплями отвращения. Усмехнувшись, Джад отбросил использованную батарею и зарядил ещё одну. Теперь к ангару.

Дорогу ему перекрыл здоровяк с автоматом, и контрабандист в последний момент успел упасть, так что все заряды ушли впустую. Зато Барбада был более метким. Его выстрел угодил здоровяку точно в лоб, и он рухнул на землю, подняв небольшое облако пыли. На ходу Джад поднял автомат и развернулся. За ним бежал с десяток бандосов, готовых голыми руками разорвать его. Посчитав это слишком дорогим подарком, Джад нажал на курок. Автомат задрожал в руках, но отдачи большой не было, что позволяло метко стрелять. Несколько преследователей свалились на землю, остальные попрятались, где только можно, но один оказался весьма ловким. Он уворачивался от лазерных лучей и неумолимо приближался. Джад поднял левую бровь, что означало высшую степень удивления, и сконцентрировал весь огонь на этом ловкаче. В его руках он не заметил оружия, и это могло стать коварным сюрпризом для Барбады. Батарея разрядилась в тот момент, когда безоружный мафиоза оказался в паре шагов от Джада.

— Карамба! — только и успел выкрикнуть Барбада, уходя перекатом в сторону и вниз от удара энергетического лезвия. Он не ошибся — бандит держал в руке метровый энергомеч.

Давняя фантастическая идея человечества о лазерных мечах сбылась с приходом сеферидов. Они-то сами пользовались саблями необычайной заточки, позволяющей лезвию разрубать практически любой материал. А среди людей ходили в обиходе энергетические ножи и мечи. Сам Джад не очень любил это оружие, но уважал тех, кто мог им пользоваться. Энергомеч загудел в непосредственной близости от лица контрабандиста, ему приходилось с трудом уворачиваться от ударов. Пропустив мимо себя очередной выпад, Джад скрутился волчком и с силой ударил по ногам противника. Тот подлетел в воздух, упал и тут же получил пяткой в голову. Хруст, и бандит замер. Снова бег, снова погоня.

Джад выбежал на широкую улицу и увидел ту рыжеволосую девушку, к которой он подкатывал в баре. Она смотрела на него с интересом и удивлением. Внезапно на неё со спины накинулся рамъял, и Джад на ходу пальнул из пистолета. Луч срезал песчаника, однако появились ещё несколько, уже вооружённых автоматами.

— Давай за мной! — крикнул девушке Барбада.

Она бросилась бежать, легко догнав уже запыхавшегося капитана. На лице её была решимость, в глазах ни грамма страха. Вдвоём они добежали до ангара, где никого не оказалось. Рыжеволосая амазонка присвистнула, увидев корабль Барбады.

— Красивый? — улыбнулся контрабандист.

— Старый, — ответила девушка.

Лазерные лучи прошипели рядом с ними, и они ускорились. Трап с шипением опустился, впуская беглецов внутрь, несколько лучей с грохотом врезались в обшивку. Джад выглянул наружу:

— Зачем корабль портить, идиоты?

Ответом ему был шквал огня, и он поспешил укрыться. Рыжая красавица стояла в узком проходе, он обогнул её и вбежал в кабину пилотирования. Здесь было шарообразное помещение с шлемом, висящем на кабелях. Надев его, Джад поднялся в воздух, словно в кабине включилась невесомость. Стенки помещения загорелись, появились стены ангара и улица.

— Ну, карамба, — прошипел Барбада, — вы хотели войны. Вот вам война. АМАЛЬГАМА!

Скорострельные пушки «Удачного» навелись на бандитов и рамъялов и открыли огонь. Две очереди превратили нападавших в месиво. В порту стало тихо.

— А теперь домой.

Корабль взревел двигателями и умчался в небо.

Глава 3

Невесомость извечный спутник путешественников в космосе. Если только вы не на станции, где гравитацию обеспечивает специальное оборудование. А на кораблях слишком дорого ставить такую аппаратуру, да и не нужна гравитация на них. Поэтому конструкторы всегда делают узкие коридоры, в которых разойтись двум человекам можно лишь в условиях невесомости. Вообще в космических кораблях всё пространство стараются сделать полезным, чтобы ни одного квадратного миллиметра не пропало зря, ведь никто не знает, что может понадобиться в полёте. По такому принципу был построен корабль Джада «Удачный». Внешне он напоминал птицу, расправившую большие крылья. Обтекаемый корпус плавно раздавался в стороны на крылья, концы которых были приподняты. Далее корпус стекал назад на хвост, под которым располагались дюзы двигателя. В крыльях были спрятаны скорострельные пушки и ракетницы, без которых никак нельзя обойтись человеку с опасной профессией. Бóльшая часть корпуса была отдана под механический отсек, где находились реактор, двигатели и все необходимые для жизни корабля агрегаты. Трюм внешне был небольшим, всего шесть квадратных метров, однако, благодаря технологии сеферидов, которую они слямзили у Предтечей, мог спрятать в себе целый танк класса «Мастодонт». Для жизни экипажа оставалось совсем мало места: две узкие каюты, в которых и одному человеку было тесно, санузел, похожий на вытянутый вверх короб и пищемат, производивший любое блюдо из полипротеиновой массы. О каком-либо кубрике говорить не приходилось. Ещё одной особенностью корабля, и гордостью Барбады, была система управления. Кабина, как уже упоминалось, была шарообразной, внешние камеры обеспечивали превосходный обзор на триста шестьдесят градусов. Корабль управлялся ментальным шлемом, который передавал на рули и двигатель мысли пилота. То есть человек как бы сливался с кораблём, и тот реагировал на каждое движение тела. Это была технология Предтечей, как заверяли сефериды, однако Джад подозревал, что это не так. Слишком всё было сделано «как у Предтечей», похоже, но не оригинал. Скорее всего это была самостоятельная разработка сеферидов, их попытка приблизиться к таким же технологиям. Тем не менее, Джаду нравилась эта система управления кораблём. Ему импонировал тот факт, что во всей Обитаемой Галактике кораблей с такой системой управления всего два: у него и у какого-то незадачливого сеферида, который слишком любил пить алкоголь.

— Автопилот, — скомандовал Джад, когда «Удачный» отдалился от Истурупа на приличное расстояние. Понятно, что погони не будет, ведь сейчас вся мафия Галь-Гара решает, кто будет новым боссом. А Джаду надо познакомиться с той очаровательной девушкой, что стала пассажиркой.

Сняв шлем и оттолкнувшись от потолка, Барбада направил своё тело к выходу. Дверь с шипением открылась, и капитан выплыл в узкий коридор. Здесь висела в воздухе девушка с рыжими волосами и невероятно синими глазами с голубыми искорками. Она смотрела на него так же, как и в баре — как на очередное