Драма памяти. Очерки истории российской драматургии. 1950–2010-е
Қосымшада ыңғайлырақҚосымшаны жүктеуге арналған QRRuStore · Samsung Galaxy Store
Huawei AppGallery · Xiaomi GetApps

автордың кітабынан сөз тіркестері  Драма памяти. Очерки истории российской драматургии. 1950–2010-е

e.a.iremashvili
e.a.iremashviliдәйексөз келтірді2 күн бұрын
выразителем его свойств, но и его острым критиком. Речь отстраняет персонажа от самого себя, разоблачает героя и тем самым живет от него отдельно. Включаются законы психологии, когда трудности и проблемы речи выявляют проблемы сознания, его мерцательный характер, его холостые ходы, его ложные позывы, тупики, оговорки, контаминации, самоповторы, самоперебивания, автозамены, речевые сбои. Речь выдает оту­пение, временное «зависание» сознания — когда толкутся на одном месте, не могут выйти за пределы мысли, фразы, однотипной лексики, повторяются.
Комментарий жазу
e.a.iremashvili
e.a.iremashviliдәйексөз келтірді2 күн бұрын
Феномен, открытый Петрушевской, назвали «магнитофонным» или «телефонным реализмом». Автор пыталась найти способ уйти от литературной обработки языкового потока, записать речь персонажей так, как она слышится и воспринимается. Подобная звукопись ставит перед артистом более сложную задачу: развитие тех же навыков, что свойственны и драматургу, то есть умение услышать, распознать и донести интонацию сырой, необработанной речи. Причем, что важно для Петрушевской, речь персонажа оказывается не только вырази
Комментарий жазу
e.a.iremashvili
e.a.iremashviliдәйексөз келтірді2 күн бұрын
У Петрушевской нередко отсутствуют приметы привычной драматургической техники: фабула, конфликт, событие и т.д., — и эти «недостатки» чаще всего компенсируются интенсивной жизнью языка, который сам несет в себе структурирующее начало, становится предметом игры в театре, а также выступает как субъект, не только презентующий свойства своего носителя, но и критикующий его.
Комментарий жазу
e.a.iremashvili
e.a.iremashviliдәйексөз келтірді2 күн бұрын
При такой авторской позиции функция языка просто не может не оказаться основной. И тут, пожалуй, становится ясно, в чем, собственно, содержится инновационность Людмилы Петрушевской как драматурга на сломе театральных эпох. У нее, впервые после модернизма 1920-х, произошло смещение интереса драматурга в область языка. Язык становится главным героем пьес Петрушевской, а ее важнейший метод написания — «слухачество», умение слышать язык улиц, следить за изменением речевого ландшафта, щебетанием речи, разломами языка, влиянием нравственной катастрофы 1970–1980-х на речевую культуру российско
Комментарий жазу
e.a.iremashvili
e.a.iremashviliдәйексөз келтірді2 күн бұрын
Именно язык — главный маркер бытового абсурда.
Комментарий жазу
e.a.iremashvili
e.a.iremashviliдәйексөз келтірді2 күн бұрын
голосами, ничем и никак не дать понять зрителю, кто тут хороший, а кто плохой, вообще ни на чем не настаивать».
Комментарий жазу
e.a.iremashvili
e.a.iremashviliдәйексөз келтірді2 күн бұрын
Как однажды сформулировала сама Петрушевская: «Полностью спрятаться за героев, говорить их го
Комментарий жазу
e.a.iremashvili
e.a.iremashviliдәйексөз келтірді2 күн бұрын
оказывается посреди своих малоинтересных людей»[28]. Перед нами тот классический случай в истории культуры, когда недостатки новых произведений литературы являются нераспознанными достоинствами. Сегодня ясно, что именно эта бесстрастная писательская позиция («Литература не прокуратура» — известная фраза драматурга) и делает мир Людмилы Петрушевской уникальным.
Комментарий жазу
e.a.iremashvili
e.a.iremashviliдәйексөз келтірді2 күн бұрын
В 1969 году еще никому не известная Людмила Петрушевская пытается опубликоваться в «Новом мире». Легендарный редактор Александр Твардовский, примерно как и Арбузов, серьезно напуган и оставляет такое безнадежное резюме: «Меня не устраивает позиция, когда автор сливается с серостью, бездуховностью и как бы сам тоже ока
Комментарий жазу
e.a.iremashvili
e.a.iremashviliдәйексөз келтірді2 күн бұрын
яркая для Петрушевской характеристика — женщине с ребенком на руках просто некуда деться) превратил человека в свой придаток, в обслуживающий его персонал.
Комментарий жазу