С самого начала Мегрэ понимал, что разговор будет долгим и трудным. Ван Гут не блистал умом, и ни для кого не секрет, что труднее всего иметь дело с людьми недалекими: они всегда упорствуют, отказываются отвечать, не колеблясь отрицают то, что утверждали часом раньше, и нисколько не смущаются, когда им указывают на противоречия в показаниях.
Если подозреваемый умен, то достаточно нащупать слабое место в его утверждениях, в его системе защиты, и он очень быстро расколется.
