, чтобы уговорить вас нанять Ниро Вулфа, да?
— Дэну не нужно было меня уговаривать. Я с самого начала не возражал.
— Однако он с вами говорил. И уже кого-то подозревал. Наверняка. Он не упоминал — кого?
— Нет. Сказал только, что придется признаться Ниро Вулфу в том, что я подлил кое-что в шоколад. Ведь Дэн
1 Ұнайды
Как вы догадались?
— Методом дедукции. Я лицензированный
За прошедшие годы он, должно быть, неоднократно уговаривал себя не обращать внимания на выходки Вулфа и вот опять наступил на те же грабли.
Мне жаль, что вы так считаете. — Эйвери подался вперед. — Вы отреагировали точно так же, как Калмус, когда я впервые высказал ему свое предположение. Калмус — талантливый юрист, блестящий юрист, однако его подход к любой проблеме — подход законника. Вы правы. Моя идея никуда не годится, если ее нельзя подкрепить доказательствами. Правда, все дело в том, что ее можно подкрепить доказательствами. Именно поэтому я и хочу вам обо всем рассказать. Ведь этим должен заниматься детектив, не юрист. Я не стану рассказывать вам о дюжине различных способов подкрепить свои подозрения, так как это не моя, а ваша профессия.
За обеденным столом, а после обеда за кофе в кабинете Вулф вернулся к теме, которую затронул за ланчем: к Вольтеру. Вопрос заключался в том, можно ли назвать человека великим исключительно на основании его умения искусно связывать между собой слова, несмотря на то что он был подхалимом, приспособленцем, фальсификатором, интеллектуальным хлыщом. Этот вопрос мы решили еще за ланчем, и Вольтер, можно сказать, дешево отделался, получив в результате лишь обвинение в подхалимаже. Разве можно назвать великим человека, алкавшего общества и милостей герцогов и герцогинь, кардинала Ришелье и короля Пруссии Фридриха II? Но все это было в столовой, за обедом, а вот в кабинете Вольтера, можно сказать, разделали под орех. Из рядов великих людей его окончательно вычеркнуло то, о чем не говорилось за едой: оказывается, Вольтер не различал вкуса пищи и страдал отсутствием аппетита. Он был равнодушен к еде, мог есть даже раз в день, а еще практически не употреблял алкоголя. С юности отличавшийся нездоровой худобой, к старости он превратился в скелет. Называть его великим человеком было просто нелепо: строго говоря, он вообще не мог считаться человеком, поскольку не чувствовал вкуса, а его желудок иссох. Короче, машина для формирования слов, но не человек, и уж тем более не великий.
- Басты
- ⭐️Художественная литература
- Рекс Стаут
- Гамбит
- 📖Дәйексөздер