Варлам достает из пакета банку с маринованными огурчиками. Одну. Потом еще одну. И еще. И еще… Больше десятка банок разных производителей!
– Зачем так много? – спрашивает мама.
– В прошлый раз Зайка сказала, что одни кислые. А вторые плохо хрустят. Вот, пусть выберет правильные.
Выбравшись из теплых и уютных волчьих объятий, я иду в гостевую спальню. Варлам идет за мной. Я достаю чемодан и кладу его на кровать. Варлам наклоняется и достает что-то из шкафа.
А потом подходит ко мне, берет за руку и… я слышу щелчок.
Смотрю на свое запястье. На нем – те самые наручники, отделанные мехом. Один браслет застегнут на моем запястье, второй – на запястье Варлама.
– Ты можешь идти, куда хочешь, – говорит Варлам. – Но без меня не получится.
– Ты чокнутый! – шиплю я.
– Я просто не могу тебя отпустить.
– А у тебя есть ключ от них? – спрашиваю я.
– Э… Нет, – растерянно отвечает Варлам. – Они же не мои.
– Гавр?
– Да.
– Что она делает?
– Взяла чемодан и идет к выходу.
– Не пускай ее.
– Она дерется! – слышу удивленный голос охранника.
– Гавр, мля! С девчонкой справиться не можешь?
– Да нормально все. Объект зафиксирован и обездвижен.
– Ты это все с телефоном в руках делаешь?
– Я профессионал. А она девчонка. Я на наушники переключился, пока она с чемоданом возилась, – добавляет он.
– Козел! – слышу я злой голос Зайка. – Пусти меня! Я полицию вызову!
– Гавр, не делай ей больно.
– Вообще-то, это она меня бьет. И кусает.
– Скажи ей, что я не изменял и не собирался.
Глупейшая ситуация! Гавр в наушниках. Он держит Яну. Я могу слышать ее голос, но говорить могу только через охранника… Более дебильный способ общения придумать просто невозможно.
– Так я не понял, когда свадьба-то? – подает голос Кабан.
– Все нормальные люди играют свадьбы в августе, – говорит Юлька.
О, неожиданная поддержка! Умница какая. Зря Михей от нее бегает.
– До августа всего две недели! – выпаливает Зайка.
Посмотрите-ка, мы уже обсуждаем дату! А не идем в чистое отрицалово. Еще одна умница. Моя…
– Как тебе, например, седьмое число? – спрашиваю я свою будущую жену. – Чисто гипотетически.
– Ее любимое число – одиннадцать, – вставляет Соня.
– Понял. Значит, одиннадцатого августа.
– Эй! – возмущенно вопит Зайка. – Какое одиннадцатое августа? Какая свадьба? Вы все с дуба рухнули?
– Мы все хотим на свадьбе погулять, – выдает Юлька. – И погуляем. А ты как хочешь. Я, кстати, еще должна букет невесты поймать.
– Не хочется тебя пугать. Но они и перед похищением не остановятся.
– Да зачем я им вообще нужна?
– Ты – мое слабое место.
– Да почему? – удивленно восклицает Зайка. – Ты мне никто!
– Как это никто? – произношу спокойно. – Я твой будущий муж.
– Ты куда?
– В туалет.
– Я с тобой.
– Серьезно?
– Абсолютно.
– Прям в кабинку зайдешь? Поможешь мне снять трусы?
– Помогу, если надо.
– Не надо!
– Ладно. Тогда просто подожду у двери.
Зайка забирает бокал из его рук.
А Михей и эта Юля ведут диалог.
– Он всегда такой странный? – спрашивает она.
Указывая глазами на меня.
– Не-а, – отзывается Михей. – Обычно он еще более отбитый.
Она смеется.
– А ты?
– А я вообще долбанутый.
– Ты мне нравишься.
Я же просто играю! С чего вдруг он стал таким нерешительным? В прошлый раз вел себя как необузданный зверь, а сегодня решил превратиться в ласкового щеночка… Верните мне зверя!
– Не надо за мной ухаживать, – бурчу я.
– Не надо?
– Нет. Я не хочу бриллианты.
– А что ты хочешь, моя прелесть?
– Поехали к тебе.
Он аж закашливается, подавившись Нарзаном. И спрашивает с непонятной интонацией:
– Зачем?
– Как зачем? В шахматы играть.
– Дело не в размере, – со знанием дела замечает Соня.
– Конечно, нет. Но все же он имеет значение.