Она ушла до рассвета.
Девочка забыла лицо,
но вспоминала тот день,
как день, когда зима была — доброй.
С этого дня Морана больше не искала.
Она наблюдала.
Иногда появлялась.
Иногда исчезала.
Но зима больше не была карающей.
Она снова стала тем, чем была в начале:
покоем.
Тишиной.
Памятью о равновесии.
