автордың кітабын онлайн тегін оқу  Огонь в ее руках

Yarina Alemor

Оглавление

Об авторе
Yarina Alemor (настоящее имя — Яна Олейник, урождённая Кульша) родилась в Беларуси, в небольшом агрогородке Довск. Училась в гимназии, была хорошисткой и с детства любила литературу, историю и сочинения — особенно те, где можно было придумать что-то своё. Уже тогда появлялись первые рассказы, которые редко имели конец, но всегда имели душу. Сложный период в жизни и неожиданно появившееся свободное время напомнили о давней мечте — писать. Так родилась первая книга «Огонь в её руках», с которой начался её творческий путь. Для Ярины писательство стало способом оживить чувства, воплотить воображение и показать, что даже из трудных моментов можно создать нечто прекрасное. Её вдохновляют люди, сила характера и вера в то, что каждая история может стать для кого-то искрой надежды.

Эта история появилась на свет благодаря тем, кто верил в меня, когда я сама сомневалась.
Спасибо за то, что помогли зажечь мой огонь.
Особая благодарность — Юлии, чья поддержка и вера стали искрой, вдохновившей меня поделиться этой историей с миром

Глава 1

Вокруг проносятся люди, а машины сигналят, создавая ощущение вечной спешки. В этой суете кажется, что нет времени насладится красотой мира вокруг. Дождь льет с небес, и серое, грозовое небо нависает над городом. Капли дождя крупные, и, падая на землю, разбиваются на десятки мелких брызг. Где-то впереди, на улице, теплой и слегка парной, маленький ребёнок без зонта радостно шлепает ногами по лужам, разбрызгивая воду.

Я не спеша иду под зонтом по узкой улочке, направляясь на работу. Мысли роятся в голове, но каждая из них ускользает прежде, чем мне удается за нее ухватится. Этот день, казалось бы, ничем не отличается от предыдущих, но чувство, что что-то важное вот-вот случится, не покидает меня.

— Доброе утро, Исса Георгиевна! — звонко говорит моя сотрудница Кристина, вырывая меня из раздумий. Теперь мы шагаем по улочке вместе.

— Доброе! — отвечаю я, усмехнувшись. — Ты опять опаздываешь на работу?

— Нет, у меня первый клиент ещё через сорок минут, — с лукавой улыбкой парирует она.

— Невероятно! Сегодня определённо должно случиться что-то судьбоносное! Выкладывай! — с интересом смотрю на неё, ожидая ответа.

— Всё возможно! — Кристина улыбается, как ребёнок, получивший подарок. — Помнишь того красавчика Кирилла? — Я киваю. — Так вот, он сегодня придёт на стрижку. — Кристина светится от счастья. — Наша администратор Татьяна говорила, что он попросил записать его именно ко мне, и не важно, на какое число и время, лишь бы поскорее!

— Замечательно! Надеюсь, сегодня вы будете не только переглядываться и смущённо хихикать, но он ещё и пригласит тебя куда-нибудь! — с улыбкой открываю дверь салона красоты. — Всем доброе утро! — Кристина смущённо улыбается, Татьяна кивает, отвечая параллельно на звонок, а из соседнего зала доносятся сонные голоса коллег.

Положив вещи в кабинете, я отправляюсь к кофе машине, чтобы сделать себе огромную порцию горячего шоколада. Этот напиток, пожалуй, мой самый любимый, наряду с чаем. Пока машина занимается приготовлением, я решаю взглянуть на себя в зеркало.

В отражении я вижу невысокую девушку с узкими плечами и слегка широкими бёдрами. Из-за таких пропорций всегда трудно подобрать одежду. Огненно-рыжие волосы после дождя завиваются ещё больше, но зато зелёные глаза сверкают озорно, словно подмигивая миру. Образ завершают пухлые губы и россыпь веснушек, разбросанных по щекам.

Как только звучит сигнал о том, что шоколад готов, я забираю кружку и направляюсь в холл салона. По пути к администратору забираю документы на доставку расходных материалов и косметики, заглядываю к девчонкам, чтобы узнать, не нужно ли им что-либо заказать и всё ли работает.

Затем проверяю календарь на наличие встреч, делая пометки, чтобы должным образом подготовиться к каждой из них. Ещё просматриваю в интернете курсы повышения квалификации, которые пройдут в стране — нужно успеть отправить желающих коллег, ведь мест обычно ограниченное количество. Новости и новинки в индустрии красоты тоже не остаются без внимания.

Вдруг раздаётся стук в дверь, и на пороге появляется Татьяна.

— К вам девушка на собеседование, бровист-визажист. Пропускать сейчас? — спрашивает Татьяна.

— Да, конечно, — киваю я.

Недавно мы решили расширить наш коллектив и, посоветовавшись с коллегами, приняли решение взять в команду ещё одного бровиста-визажиста. У нас достаточно средств и места, но осталось найти человека с искрой. Для меня важнее внутренний потенциал, нежели опыт. Ведь если нет желания, то и работать не получится.

Дверь открывается, и в кабинет входит милая блондинка с большими глазами.

— Добрый день! Меня зовут Алиса! — приветствует она, улыбаясь.

Собеседование проходит гладко. Алиса — любознательная и готова приступить к работе хоть сегодня. Общение с ней лёгкое и комфортное, что редкость. Я решаю дать ей несколько заданий и выхожу из кабинета, чтобы познакомить с коллективом и показать рабочее место.

Оставив Алису с коллегами, я возвращаюсь в кабинет, чтобы закончить документы и составить для неё договор. Затем связываюсь с поставщиками, чтобы уточнить время и дату доставки товара. Пора откладывать документы в папку для бухгалтера — скоро конец месяца и, что более важно, мой день рождения…

По гороскопу я лев, мой любимый цвет — зеленый, и первого августа мне исполнится 21. Хотя я сомневаюсь, что кто-то об этом знает, кроме моей родственницы.

Иду к девчонкам поболтать обо всём и ни о чём во время их перерыва. Заодно узнаю, получилось ли у егозы Кристины завоевать красавчика Кирилла, а у Алисы — подружиться с коллективом. Подсаживаюсь на диван к администратору, принимаю кружечку ароматного чая и прислушиваюсь к разговору.

— А он мне такой: составишь мне компанию сегодня вечером в кино? — взволнованно делится Кристи. — Вы представляете! Да и пришёл на стрижку с букетом хризантем! И коробкой конфет.

— Которая очень кстати нам сегодня к чаю пришлась! — усмехается Татьяна.

Кристина лишь отмахивается и заливисто смеётся, её глаза сверкают от счастья.

— Много у тебя ещё клиентов на сегодня? — интересуюсь я у счастливицы.

— Ещё трое, — в её глазах мелькает грусть.

— Если пообещаешь рассказать всё в подробностях, возьму двух последних клиентов на себя, чтобы ты успела привести себя в порядок перед свиданием, — предлагаю я с улыбкой.

Егоза подпрыгивает на месте от радости и, именно поэтому мы её так называем, крепко обнимает меня, выражая благодарность.

— А я могу тебя красиво накрасить и сделать прическу! — с энтузиазмом добавляет Алиса. — И тебе будет приятно, и я без дела сидеть не буду!

Коллектив оживает, начинается радостная суета. Все спешат помочь Кристине подготовиться к свиданию.

После рабочего дня я направляюсь в магазин за продуктами. На ужин решила приготовить лосося в чесночно-сливочном соусе и салат. Надеюсь, Белинда, моя бабушка, оценит старания. Наши отношения сложно назвать тёплыми, скорее они напоминают прогулку по минному полю. Но я всё равно благодарна судьбе, что она у меня есть.

Когда мне было семь, родители погибли в авиакатастрофе. Я этого не помню, но Белинда любит напоминать мне об этом, как и о том, что, кроме неё, я никому не нужна в этом мире.

Моё детство не было весёлым и беззаботным. С ранних лет я училась готовить, стирать, убирать, делать покупки и прилежно учиться. Белинда воспитывала меня в строгости, и свободное время я проводила за книгами, а не за играми с другими детьми.

Сейчас не многое изменилось. У меня нет подруг и молодого человека. Да и времени на это нет. Я стараюсь быть лучшей версией себя, чтобы увидеть в глазах бабушки одобрение и гордость. Именно поэтому я как можно быстрее отучилась на парикмахера, прошла отработку, посещала курсы у лучших мастеров, много работала и, в 20 лет, открыла свой салон красоты.

Но о гордости в глазах Белинды не может быть и речи. Я всё равно чувствую, что не на своём месте, словно чего-то не хватает. Всё слишком спокойно и размеренно для меня.

Придя домой, я повесила вещи в шкаф, переоделась и разобрала покупки из магазина. Быстро отправившись на кухню, я принялась за приготовление ужина. Обычно это не занимало много времени, так как я предпочитаю готовить быстрые и полезные блюда. Закончив и сервировав стол, я пошла звать свою родственницу.

В её комнате был приглушённый свет от пламени свечи, а сама она повторяла что-то невнятное во сне. Единственное, что мне удалось разобрать, было: «Скоро совершим ритуал». Осторожно дотронувшись до её плеча, я попыталась разбудить Белинду. Прошло около пятнадцати секунд, и, вдруг, она резко распахнула глаза, которые странно отливали алым светом, и схватила меня за запястье. Сказать, что моё сердце чуть не ушло в пятки — значит ничего не сказать! Вырвав руку и отскочив от дивана, я поспешила включить свет.

— Исса! Что ты делаешь? — гневно уставилась на меня Белинда, зажмурившись от яркого света. — И зачем включила свет! Прекрасно знаешь, что я не перевариваю яркое освещение!

У неё было какое-то редкое заболевание, из-за которого она не могла выходить на улицу в солнечный день, а электрический свет раздражал её. Поэтому Белинда предпочитала свечи, которые сама же и делала.

— Прости, я испугалась, твои глаза! Они были алые! — пискнула я в ответ, не в силах забыть их зловещий блеск.

— Тебе просто показалось! — отмахнулась она. — Ужин готов? Я жутко голодная! — бодро встав с дивана, спросила Белинда.

— Да, конечно, сегодня у нас рыба! — быстро ответила я.

— Рыба… Я бы не отказалась от мясного стейка с кровью. Но так уж и быть, съем твою рыбу! — недовольно закатив глаза, протянула родственница.

Её поведение иногда вгоняло меня в ступор. Обычно я не перечила ей, но тут будто что-то во мне вселилось, и я не удержалась от колкости.

— Конечно, съешь, ведь в этом доме готовлю только я! Да и мясо с кровью в твоём возрасте вредно! — с обидой выдала я, сама от себя такого не ожидая.

Белинда явно не ожидала такого поворота событий, замерев на полпути. Затем она резко развернулась, её глаза сверкали гневом, а слова, словно яд, выплёскивались наружу.

— Что я слышу?! У кого-то зубки прорезались?! Неблагодарная девчонка! Возраст?! С моим возрастом всё в полном порядке! А то, что тело с каждым днём выглядит всё ужаснее — я и так в курсе! Ничего, осталось совсем немного подождать, и я буду выглядеть как раньше…

Откинув черные как воронье крыло волосы за плечи, Белинда величественно развернулась и прошествовала на кухню. А я осталась стоять посреди комнаты, ошеломлённая. Она никогда не отличалась мягким характером, но сегодня превзошла саму себя! Я подсознательно знала, что фраза про возраст её заденет, ведь она никогда не любила говорить об этом и запрещала мне называть её бабушкой. Честно говоря, и выглядела она соответствующе: наращивала ресницы, красила волосы, делала длинные алые ногти и одевалась в стиле «Мортиши Адамс». Единственное, что выдавало возраст — глубокие морщины на лице. Но, как говорится, слово не воробей!

Когда я прошла на кухню, то увидела, что к ужину никто не притронулся. Лишь на балконе плавали кольца табачного дыма, едва заметные в сумерках. В тот вечер мы больше не проронили друг другу ни единого слова.

Глава 2

Наступил день моего рождения. Никогда раньше мне не устраивали праздники, и я сама не горела желанием кричать об этом на каждом углу. Но в этот раз девчонки в салоне, узнав о событии, решили организовать небольшой фуршет. Они говорили кучу приятных слов, дарили подарки, и я чувствовала себя на седьмом небе от счастья.

Хотя алкоголь я не пью, сегодня позволила себе бокал шампанского. Окончательно расслабившись, даже не хотела возвращаться домой. Но, как говорится, дела не ждут.

Приехав домой, я почувствовала густой, насыщенный запах трав, смешанный с легким дымом, который словно пронизывал воздух. Аромат был настолько плотным, что у меня даже слегка закружилась голова. В целом, я не удивилась: свечи, которые делала Белинда, всегда расходились на ура. Она следовала какому-то старинному рецепту, измельчала травы и цветы, а затем проводила якобы особые обряды. Я никогда толком не присутствовала при этом, только иногда, тайком, удавалось что-либо подсмотреть через щель дверного проема. Запечатанные свечи отправляла я, так как Белинда не любила заниматься упаковкой. Стоимость такого товара была не маленькой, тем не менее заказы были расписаны на месяцы вперед, так что жаловаться не приходилось.

Поставив цветы от коллег в вазу, я с некоторой тревогой направилась к комнате Белинды. Что-то в этом запахе вызывало у меня беспокойство, но любопытство пересилило осторожность. Я понимала, что, возможно, лучше бы этого не делать… но, как говорится, от судьбы не убежишь.

Запах трав все усиливался по мере моего приближения к комнате Белинды, наполняя воздух густым, тяжелым ароматом, который словно давил на грудь. Когда я открыла дверь, меня обдал привычный полумрак и ослепил свет десятков горящих свечей — теперь понятно, откуда столько дыма. Голова кружилась все сильнее, в глазах начало расплываться, и когда я вошла в комнату, то не поверила своим глазам. На полу сидела моя родственница, мелом дочерчивая какие-то закорючки вокруг круга. Увидев меня, она расплылась в злорадной улыбке, ее глаза сверкнули алым огнем. Тяжелый, металлический запах заполнил все пространство, и от этого тошнота подкатила к горлу.

— Стой где стоишь и не вздумай кричать! — с тихим бешенством прошипела она. — Наконец-то! Наступил этот день, о котором я мечтала годами! Как же долго я этого ждала!

Её дикий смех эхом разнёсся по всей квартире, пробравшись глубоко в моё сознание. Ноги словно приросли к полу, сердце билось так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется из груди, а в горле мгновенно пересохло — я, как рыба, начала хватать воздух и кашлять.

Белинда, закончив свои странные действия, обвела взглядом комнату, затем подняла руки к потолку и начала что-то тихо бормотать — слова были неразборчивы, будто ломались на полпути. Взяв тарелку с тёмной жидкостью, она медленно провела по её поверхности пальцами, словно рисуя что-то невидимое.

В воздухе усилился тяжёлый металлический запах, и в голове мелькнула тревожная мысль, от которой стало не по себе. В комнате начали происходить странные изменения: дым сгущался, свет свечей дрожал и вспыхивал ярче, отбрасывая по стенам искажённые тени. Эти тени постепенно менялись, словно оживая.

В ушах зашумело, как на вокзале в час пик, и когда я уже думала, что не выдержу и потеряю сознание, Белинда резко схватила меня за руку и потянула вперёд. Продолжая говорить тем же непонятным шёпотом, она перевернула мою ладонь вверх и провела по коже чем-то острым.

Я вздрогнула от резкой боли. Тёплая влага выступила на коже и капнула вниз, оставляя тёмные следы на полу. Свечи зашипели громче, пламя вспыхнуло, и тени вокруг нас стали плотнее. Я чувствовала боль, но не могла закричать — страх сковал меня полностью.

Подняв глаза, я увидела, что Белинда делает то же самое с собой, но выражение её лица оставалось странно спокойным. Пятна на полу расползались, сливаясь в одно, и казалось, будто поверхность под ними начинает двигаться.

Вокруг нас сгущалась темнота — сначала окутывая ноги, затем поднимаясь всё выше, пока полностью не скрыла всё вокруг. Последнее, что я помню, — как сознание медленно уходит, растворяясь в этой вязкой, непроглядной тишине…

Очнулась я на холодном каменном полу, рядом потрескивал огонь в печи, его тепло едва смягчало пронизывающий холод, царящий в комнате. Через небольшие стеклянные окна не было видно ничего — ни света, ни тени, ни намека на то, где я могла бы находиться. Обстановка была скромной: печь, занимающая центральное место, массивные деревянные двери, грубо сколоченный стол и лавка, вокруг которых громоздились десятки баночек и склянок, заполненных чем-то неведомым.

Мое самочувствие оставляло желать лучшего. Голова звенела, как от удара, а тело казалось чужим, как будто затекло и отяжелело. В одиночестве я оставалась недолго — дверь вдруг распахнулась, и в комнату вошла моя родственница с охапкой трав и котелком в руках.

— Проснулась, моя дорогая! — проворковала она с улыбкой. — А я, как видишь, хлопочу по хозяйству!

Я была в шоке — в полном ступоре. Мозг отчаянно пытался связать разрозненные фрагменты воспоминаний, но все казалось таким нереальным, как в дурном сне. Помню, что вчера была на работе, коллеги поздравляли меня, а потом… этот жуткий обряд, проведенный Белиндой. Я невольно взглянула на руку — глубокий разрез, покрытый запекшейся коркой крови, напомнил мне, что это была не галлюцинация. Но что теперь? Где я, и как оказалась здесь?

Белинда тем временем, весело напевая себе под нос, раскладывала на столе какие-то предметы, изредка бросая на меня взгляд.

— Что черт возьми тут происходит? — еле слышно, но с нарастающей злостью прошептала я.

— О, дорогая, все прекрасно! — засмеялась она, её голос прозвучал как издевка. — Как же точно ты оцениваешь обстановку, вспоминая чертей!

— С тобой все нормально? Где мы, и что делаем здесь? — собрав остатки сил, попыталась твердо спросить я.

— Какое серьезное у тебя выражение лица! Просто умора! Людишки такие забавные в своем невежестве! Ах, да, я же тебе ничего не рассказывала, и для тебя это в новинку! — она хихикнула, как ребенок, готовящийся к пакости. — Ничего, сейчас все исправим! Ты же любишь сказки, Исса? Я, конечно, никогда тебе их не рассказывала, но охотно одну расскажу. Время у нас еще есть…

Белинда порхала от стола к полочкам с баночками, добавляя всего по щепотке в котелок, и начала свой рассказ. Голос её был сладким, как яд:

— Давным-давно в подземном царстве жила очень красивая демоница по имени Белинда. О её красоте слагали множество сказаний, но ей этого было мало. Демоны алчны и завистливы, и Белинда хотела не просто красоты, а абсолютной власти. Ей нужно было украсть артефакт, увеличивающий силу, у архидемона. Задача не из простых, но жажда власти оказалась сильнее страха перед наказанием. Попытка провалилась, и её судили. Наказание — ссылка на Землю.

Она говорила легко и непринуждённо, как будто это была лишь очередная страница её скучной биографии.

— В последний день перед ссылкой, в её двери постучали, — продолжала Белинда. — На пороге лежала девочка без чувств, с запиской: «Этот подарок тебе, моя прекрасная госпожа, надеюсь, мы скоро увидимся снова.»

Моё сердце бешено колотилось, а в голове кружились шальные мысли: этот ребёнок — я? Она не моя родственница? Где мои родители? Мы в подземном мире? Существуют и другие миры? Что со мной будет? А она тем временем продолжала.

Поклонников у Белинды было много, но у девочки был огромный магический потенциал. Это была ты, Исса. Ты — мой ключ к возвращению.

Моё сердце разрывалось на осколки от предательства, несправедливости и жестокости ситуации. Хотелось закрыть глаза и вернуться в прежнюю, спокойную реальность, но это было невозможно. Я понимала: нужно срочно что-то делать. Белинда была слишком любезна — и это не сулило ничего хорошего. А еще этот магический потенциал…

— Как странно, — улыбнулась Белинда ехидно. — Почему ты не плачешь? Я, видимо, хорошо тебя воспитала! Не переживай, скоро все твои мучения закончатся.

Её слова звенели в ушах, как предсмертный набат. Я вспомнила её «сказку» и поняла, что моя магия — то, что ей нужно. Она намерена извлечь её из меня. Голова шла кругом я не понимала, что происходит, чувсва и эмоции переполняли грозясь вылиться в истерику. Закрыв глаза и сделав серию глубоких вдохов я постаралась взять себя под контроль. Я не знала, что это за процесс меня ждет, но была уверена: он не будет приятным и вряд ли я переживу его. Инстинкт самосохранения кричал во мне: «Беги!» Я должна была найти способ выбраться.

Связанные руки и ноги напоминали о беспомощности, но я знала: оставаться здесь — смерть. Нужно было придумать план побега, и быстро.

Глава 3

Я не знала, сколько времени прошло с того момента, как я очнулась. Связанные руки и ноги ужасно затекли, тело казалось чужим и безвольным. Белинда всё кружила над своим котелком, погружённая в какие-то таинственные приготовления, и больше не обращала на меня никакого внимания. В какой-то момент она воскликнула: «Забыла!» — и топнув ногой, выскочила из дома.

Моя возможность пришла. Я решила не испытывать судьбу и попробовать выбраться уже сейчас. Подняться хотя бы на четвереньки оказалось непростой задачей, но когда на кону твоя жизнь, ты способен на многое. Я подёргала руками в надежде, что верёвки не сильно затянуты, но быстро убедилась в обратном. Тогда, не придумав ничего лучше, я поползла к печи.

Мой план был прост и опасен: поджечь верёвки огнём, а когда они ослабнут, разорвать их, освободить ноги и бежать. С трудом встав вертикально, я не задумывалась о последствиях, всунув руки прямо в огонь. Несколько секунд ничего не происходило, и я почувствовала лёгкую надежду, но затем боль накрыла меня волной, как раскалённое железо по коже. Запах обгорелого мяса всколыхнул желудок.

Я быстро выдернула руки из пламени и, рванув их в разные стороны, освободилась от верёвок. Игнорируя боль, я развязала ноги. Первый шаг был мучительным, как будто каждый нерв прострелила боль, но я старалась дышать глубоко, чтобы не думать о боли и не останавливаться.

Я не знала, сколько времени у меня осталось, поэтому, как можно быстрее добралась до двери и выскочила наружу. Ночь встретила меня плотной темнотой и холодным ветром, который пробирал до костей. Я понятия не имела, куда бежать, но знала одно — любой путь вёл меня подальше от Белинды, и это было единственным, что сейчас имело значение.

Меня обдало свежим воздухом. Было темно, но я не задержалась на одном месте — рванула за каменный дом и побежала к лесу, видневшемуся впереди. Лесом это назвать было сложно — лысые, как будто высохшие, стволы деревьев стояли рядами, их кроваво-красные ветви тянулись к небу, а под ногами хрустела растрескавшаяся земля. Чем больше мои глаза привыкали к тусклому свету, тем больше я замечала эти зловещие детали. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди, подталкивая меня бежать ещё быстрее.

Примерно через час такого марафона я почувствовала, как силы покидают меня. Впереди, сквозь мрак, показались скалы, и я несказанно обрадовалась. Найдя небольшое углубление, я спряталась внутри и, наконец, опустилась на пятую точку. В голове царил хаос, и я начала осознавать, что всё, что со мной происходит — не сон, а жестокая реальность, с которой мне придётся смириться.

Когда я, наконец, почувствовала себя в относительной безопасности, мои веки стали тяжёлыми. Последняя мысль, прежде чем я провалилась в сон, была о том, что я хоть ненадолго, но выиграла время. Время, чтобы подумать, как мне выбраться из этого кошмара.

Проснулась я от странного ощущения, что по мне кто-то ползёт. Открыв глаза, я обнаружила огромного скорпиона, чёрного как ночь, с блестящими клешнями и жутким, извивающимся хвостом. Сердце бешено заколотилось, и с диким воплем я подорвалась со своего места, выскакивая из временного убежища. Отбежав на безопасное расстояние, я увидела, что это был не сон — скорпион действительно был настоящим. Он перевернулся со спины на живот и недовольно посеменил в глубь углубления в скале, словно я нарушила его покой.

Поняв, что опасность миновала, я решила осмотреться. Было достаточно светло, хотя небо оставалось тёмным. Подняв глаза, я увидела непривычную картину: тёмное полотно с миллиардами звёзд, среди которых ярко выделялись две луны — одна привычная серебристая, а другая — кроваво-красная. Я стояла у подножия небольшой скалы песчано-серого цвета. Вокруг простирался безжизненный пустырь с растрескавшейся землёй, редкими сухими кустами и перекати-полем, перекатывавшимся туда-сюда под порывами ветра.

Обойдя скалу по кругу, я заметила вдалеке какие-то сооружения, выглядевшие заброшенными и странными. Не придумав ничего лучше, я решила отправиться к ним.

Оставаться на открытом пространстве в этом жутком мире казалось безумием, и я понимала, что мне нужно найти укрытие и, возможно, ответы на все свои вопросы.

Идти оказалось не так-то близко. С каждым шагом я чувствовала, как силы покидают меня. Ноги словно налились свинцом, пересохшее горло жгло, а голод терзал мой желудок. Но останавливаться было нельзя — я продолжала двигаться вперёд, понимая, что это мой единственный шанс.

Вскоре передо мной начала вырисовываться деревня. Множество каменных домов с кроваво-красными крышами выглядели зловеще, словно сами по себе были живыми существами. Казалось, что эти стены дышат, а черепичные крыши источают угрозу. Вдалеке я заметила движения, но пока не могла разглядеть, кто именно там находился. Мой инстинкт подсказывал — не следует сразу попадаться на глаза этим обитателям.

Стараясь оставаться как можно незаметнее, я подкрадывалась к постройкам через редкие деревья и кусты. Когда я наконец смогла разглядеть тех, кто суетился в деревне, моё сердце замерло. Это были не люди… Сущности, демоны, черти — эти названия всплывали в голове из фильмов и книг, но ничто не могло подготовить меня к тому, что я увидела. Их кожистые крылья, острые когти и светящиеся глаза вызвали во мне первобытный страх.

Попала так попала! Нужно было срочно придумать план. В голове роилось множество вопросов, но я понимала, что у меня мало времени. Нужно было действовать быстро и обдуманно. Я решила не сводить глаз с этих существ, чтобы лучше понять, с чем именно я столкнулась и как мне выжить в этом ужасном месте.

Стук копыт по брусчатке резко прервал мои мысли. Я выглянула из-за угла и увидела существа, которые, кажется, сошли с тёмных страниц древних легенд. Черт — да, именно так я бы его назвала — передвигался на крепких, мускулистых ногах, его короткий хвостик нервно подергивался, а от талии вверх шло человеческое, хотя и красное, тело с развитой мускулатурой. Темные волосы, небольшие коричневые рога — всё это делало его образ завершённым и пугающе реальным. Рядом с ним было ещё два таких же создания. Все вместе они пытались усмирить огромного вороного коня, чьи горящие жёлтые глаза выдавали неукротимый нрав. Из ноздрей животного валил пар, и оно явно было недовольно положением дел.

Пытаясь пройти мимо, прижимаясь к стене дома, гном — или кто-то, похожий на него — пробирался со своей груженой тележкой, полной сверкающих кристаллов. Ростом он был мне по пояс, его длинная борода касалась земли, а на голове нахлобучена шапка. Всё, как в лучших сказках, но я вовсе не чувствовала себя Белоснежкой. Это было слишком реально.

На другой стороне улицы я заметила мясную лавку. К потолку были подвешены туши размером с кролика, а на прилавке лежали огромные стейки и колбаски, размером с мою голову. В углу собака, похожая на гиену, пыталась стащить несколько сосисок, но её прогнала массивная продавщица. Хотя «женщина» было бы слишком мягко сказано: её кожа была бледно-серой, глаза и волосы чёрные как бездна, а за её спиной прятались крылья летучей мыши с когтями-зацепками.

Пока я старалась осмыслить всё это, появился ещё один персонаж. Голова быка и тело, которое могло бы вызвать зависть у древнегреческого атлета. На нём была только синяя набедренная повязка, а в огромных руках он держал цепь, которой быстро и умело связал вороного коня. Его голос, низкий и угрожающий, прорычал:

— Абсолютно ничего невозможно вам доверить! Пошли вон! Я сам отведу господину Намтара.

Мысли закружились в голове ещё быстрее. Я понимала, о чём они говорят! Здесь есть ещё какой-то господин! Если этот человеко-бык выглядит устрашающе огромным, то как же выглядит тот, кого он называет господином? Но ответ пришёл слишком быстро.

Внезапная, резкая боль пронзила мои ноги, словно я наступила в огненную ловушку. Я рухнула на землю, а что-то тяжёлое и неумолимое опустилось на мой затылок, отправляя меня в темноту. Я даже не успела подумать, что это всё «конец…»

Пришла в себя я в затхлом, мрачном помещении, где воздух был густым и холодным. Каждое движение отдавалось болью, словно тело разбирали на части.

Голова пульсировала, и мир вокруг был размыт, как будто кто-то накинул на меня плотное одеяло из тумана. Сквозь этот туман прорывался один единственный импульс — жажда. Я прохрипела едва слышно: «Воды…».

Ответ пришёл неожиданно и резко. Холодная вода внезапно обрушилась на моё лицо, ледяные капли вонзились в кожу, возвращая меня в реальность. Я резко распахнула глаза, и мир снова обрел четкость. Сначала я поняла, что моё тело было перемещено в вертикальное положение, и я теперь сижу на деревянной лавке. Взгляд метнулся по сторонам, стараясь разобраться в окружающей обстановке.

Комната, в которой я находилась, была лишена всяких признаков уюта или жизни. Каменные стены без окон, холодные и безликие, тянулись к низкому потолку. Несколько факелов на стенах едва освещали это мрачное место, отбрасывая длинные, пугающие тени. В углу стоял массивный деревянный стол, на котором, казалось, когда-то занимались какими-то ритуалами или грубой работой. Всё выглядело угрожающе просто, а обстановка — безнадёжно пустой.

Однако главным источником угрозы были не стены и не предметы. Взгляд упал на группу существ, стоящих неподалёку и смотрящих на меня с интересом и подозрением. Они молчали, но их взгляды, казалось, говорили всё.

В левом углу стоял гном, почти такой же, какого я видела раньше в деревне. Его лицо было напряжённым, борода тряслась от лёгкого дрожания, которое он старался скрыть. Чуть дальше возвышался человеко-бык, всё такой же массивный и внушающий страх. Его глаза сверкали недовольством и злостью. А вот совсем рядом со мной, с пустым ведром в руках, находился черт, который только что плеснул в меня водой. Он слегка косясь в мою сторону, явно опасался моей реакции, словно готовился к возможной агрессии.

Никто не произносил ни слова, но тишина была напряжённой, как струна, готовая вот-вот порваться. Мне было ясно: эти существа ждали от меня какого-то действия, и это действие могло решить мою дальнейшую судьбу.

Демон, появившийся в дверях, был словно воплощение самой силы и власти. Каждая его черта была вылеплена, как у мифического героя: лицо с острыми скулами и проницательными глазами, темные кудрявые волосы, спускающиеся до плеч, и торс, перетянутый кожаными ремнями, которые подчеркивали его мускулистое тело. Но больше всего внимание привлекали его крылья — огромные, покрытые перьями, с глубокой чернотой, которая казалась поглощала весь свет в комнате, и рога, возвышающиеся над головой.

Он ворвался в помещение с такой мощью, что все, казалось, застыло в ожидании его слов. Глубокий голос, как раскат грома, заполнил пространство:

— Что здесь происходит?! Почему я не мог никого из вас найти?! — его взгляд метнулся ко мне, и он внезапно замолчал, всмотревшись, прежде чем на его лице расплылась коварная улыбка. — А это еще кто у нас в гостях? — проговорил он, очевидно наслаждаясь моментом.

— Арпитус нашел ее шпионящей недалеко от площади, — прорычал человеко-бык, указывая на меня своим массивным пальцем.

Моё сердце сжалось от страха, когда я осознала, что они могли подумать обо мне. Слово «шпион» звенело в ушах, усиливая тревогу. Гном, которого, как оказалось, звали Арпитус, сразу же начал оправдываться, отчаянно пытаясь доказать свою преданность:

— Я значит иду, вижу, человечка! Стоит в кустах, притаилась и высматривает что-то! А сами понимаете, из-за всех дрязг ихние давно к нам не заглядывают! Вот я и подумал, шпионит! Не стал с ней разговоров заводить, мало ли что! Ещё меня своей магией не пришибла! Я сзади подкрался и по ногам ей, хрясь! Да пока не очухалась, ещё по голове приложил и сюда приволок. Мне это, награда полагается!

Он говорил быстро, как будто пытался убедить не только демона, но и самого себя в правильности своих действий. Гном весь дрожал от напряжения, бросая взгляды на демона, ожидая его реакции.

Когда красавчик поднял брови и с лёгкой улыбкой извинился за грубый приём, я не могла сдержать удивления — мой рот приоткрылся, и брови взлетели вверх точно так же, как у него мгновением ранее. Он же, не теряя ни секунды, начал раздавать приказы своим слугам.

— Гарсон! Разберись с Арпитусом и дай ему, что причитается, — произнес он, бросив плотоядную ухмылку в сторону человеко-быка. — А ты, Азимус, приготовь комнату! — обратился он к черту. — Ну а я побеседую с нашей маленькой гостьей.

После того как слуги покинули помещение, и мы остались наедине, он не спеша прошел вглубь комнаты и, не находя места, куда можно было бы сесть, просто облокотился спиной о стол. Его магические золотые глаза с вертикальными зрачками неотрывно следили за мной, в то время как на его губах играла лёгкая полуулыбка. В голове отчётливо прозвучал его голос: «И как же ты сюда попала, маленькая?»

Мои глаза расширились от удивления, потому что я была абсолютно уверена, что вслух он этого не произносил. Но его взгляд подтверждал, что вопрос действительно имел место быть. Это было как прорыв плотины: последние события накопили во мне столько эмоций, что мне просто необходимо было кому-то высказаться. И какая разница, что моим «психологом» оказался убийственно красивый демон, который, судя по всему, был ещё и местным господином.

Начав говорить, я почти не могла остановиться, вываливая всё, что случилось с того момента, как я очнулась связанной у Белинды, и до того, как меня нашли в этой странной деревне. Голос дрожал от смеси страха, усталости и отчаяния, но, к моему удивлению, демон слушал меня внимательно, не перебивая ни на секунду.

Я продолжала говорить, всё больше и больше погружаясь в свои эмоции. Я злилась, махала руками, почти не подбирая слов, и высказывала всё, что накопилось. Я рассказала ему всё: о том, как очнулась связанной, о побеге, о встрече с Белиндой и о том, как меня обнаружили в деревне. Даже мелочи, такие как переживания за оставшихся без меня коллег, не ускользнули от моего монолога.

К удивлению, демон слушал внимательно, не перебивая. Когда я наконец замолчала, выдохнув всё, что меня тяготило, он подытожил:

— Ты не врёшь, — спокойно произнес он. — Белинда… С радостью навещу её и прослежу, чтобы на этот раз её наказание было исполнено в полной мере и без сюрпризов! — обещал он, и в его голосе была явная решимость. Затем, неожиданно смягчившись, добавил: — А ты забавная, и теперь моя гостья, находящаяся под защитой. Когда я разберусь со своими делами, буду очень рад получше тебя узнать. Кстати, меня зовут Азраэль, — сказал он, сверкнув своими золотыми глазами, и протянул руку.

— Исса, — ответила я, пожав его руку. В тот момент, как по заказу, мой желудок громко урчал, напоминая о голоде. Я смутилась, опустив глаза.

Азраэль с полуулыбкой заметил:

— Сейчас я прикажу Азимусу позаботиться о тебе. Надеюсь, до скорой встречи.

Он слегка кивнул головой и направился к выходу. Его слова о защите и том, что он собирается наказать Белинду, слегка успокоили меня, но во всём этом оставалась некая тревога. Что же меня ждёт дальше в этом странном месте?

Глава 4

Обо мне тогда и впрямь позаботились: накормили, отвели в комнату и оставили отдыхать. Как только я упала на мягкую кровать, меня окутал глубокий сон, и я моментально провалилась в него, словно в облако.

Сны были размытыми и отрывочными. Мне снились воспоминания о прошлом: уютные посиделки с коллегами, экзамены, поездки на конкурсы парикмахеров. В самый напряжённый момент, когда моя «бабушка» проводила ритуал, сердце заколотилось в бешеном ритме, и я резко проснулась, подскочив в кровати.

В комнате была полная тишина. Мягкий свет факелов отбрасывал теплые тени на серые каменные стены, создавая ощущение уюта в этом непривычном месте. Небольшой камин, в котором трескали дрова, добавлял теплоты. Взгляд притягивало огромное зеркало, во всю стену, рядом с ним — деревянный шкаф в углу и маленький стол со стулом. Интерьер был простым, но удобным.

Я осторожно встала с кровати и направилась к зеркалу. Неожиданно увидела себя в отражении и застыла от шока. Передо мной была девушка, с рыжими волосами, взлохмаченными от сна, и в обрывках одежды, которая едва прикрывала её тело. Лоскуты ткани были грязные и порваны, лицо и руки запачканы в черной сажи. Мда! Ну и видок!

В дверь постучали, и прежде чем я успела ответить, в комнату вошли две полные дамы с серой кожей и крыльями, оснащенными когтями-зацепками. Увидев их, я вспомнила женщину из мясной лавки — явно эти существа принадлежали к одному виду. Обе дамы были одеты в сари насыщенного синего цвета, которое изящно облегало их фигуры, придавая им неожиданную грацию.

— Доброе утро! — произнесла одна из них, с лёгкой улыбкой на бледных губах. — Меня зовут Лоррет, а это Зинда, — продолжала она, указывая на свою коллегу. — Мы пришли помочь вам принять ванну и переодеться.

Её взгляд был многозначительным, и в нём читалось ожидание того, что я соглашусь без возражений. Оказавшись в лёгком ступоре от такой неожиданной заботы, я смогла лишь кивнуть в ответ. В голове мелькала мысль: «Молчи и за умного сойдешь», — и, видимо, это было правильное решение.

Дамы направились к небольшой комнатке, спрятанной за шкафом, которую я до этого не заметила. Оказалось, это была местная ванная. Как и всё остальное здесь, она была своеобразной: каменные стены, углы украшены красными растениями, напоминающими рождественские звезды, создавали контраст с суровой обстановкой. Небольшой деревянный комод с раковиной, вырезанной из камня, рядом стоял кувшин, а на стене висело круглое зеркало в золотой оправе.

Но что по-настоящему привлекло моё внимание, так это огромная ванна, подвешенная на цепях к потолку. Под ней лежали дрова, и в моей голове тут же пронеслась шальная мысль: «Из меня, похоже, собираются сделать суп, а не просто помыть». Однако, к моему облегчению, эта мысль осталась лишь фантазией.

Меня аккуратно раздели, словно я была куклой, и помогли забраться в это необычное произведение искусства — ванну, подвешенную на цепях. Вода приятно обволакивала тело, а душистые смеси, которыми меня намылили с ног до головы, наполнили помещение ароматом свежести и трав. Я даже успела на мгновение забыть о том, в какой ситуации оказалась. Лоррет и Зинда орудовали так умело, что я едва замечала их присутствие. После того как они хорошенько вымыли меня, одна из женщин закутала меня