Михаил Лиознов

Души порыв и совести распад

Шрифты предоставлены компанией «ПараТайп»

© Михаил Лиознов, 2018

Михаил Лиознов родился и живет в г. Брянске. Окончил филфак Смоленского педуниверститета. Служил в армии, преподавал русский язык и литературу в школе. Был главным редактором московского книгоиздательства «Лакар» (серии книг «Любимые сказки», «Новая библиотека приключений» и др.). Стихи, проза, юмористические рассказы, литературные статьи публиковались в центральной прессе: в «Собеседнике», газетах «Советская культура», «Труд», журнале «Литературное обозрение», смоленском альманахе «Годы».

12+

ISBN 978-5-4493-1936-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Оглавление

1. Души порыв и совести распад
2. Предисловие
3. Из цикла «Души порыв и совести распад»
   1. «Для страданий создан человек…»
   2. «За сорок лет меня никто ни разу…»
   3. «Процесс мышления на части разложить…»
   4. «Всё знаем наперёд…»
   5. Я — отрывной календарь
   6. Сыну Илье
   7. «Разноцветные начала…»
   8. Моё лицо одутловатое…
   9. Подведение итогов
   10. Я — плохой артист
   11. Моей сестре Галечке
   12. Я был стократ, ещё стократ пребуду
   13. Уже растаяла халва…
   14. Памяти отца
   15. Мама
4. Из цикла «Россия во мгле»
   1. Памяти Александра Солженицына
   2. «Люблю названья городов…»
   3. Мы — дети страшной Колымы…
   4. «Я мир перевернул…»
   5. Оковы свободы
   6. Но мы помним тебя, Колыма!
   7. Юность — это небо высокое…
   8. Памяти самых родных
   9. Россия во мгле
   10. Цветаева, Есенин, Мандельштам, Маяковский
   11. Памяти О. Мандельштама
   12. Угрюм-страна
   13. Люблю старушек — мучениц России…
   14. Страна одиночеств
   15. Памяти В. Высоцкого
   16. Серость, обыденность и повседневность…
   17. «Спят мои товарищи…»
   18. В ледяном плену трассы Оренбург-Орск
   19. Американский Вий
   20. Война и мир
   21. Памяти павших за Волгоград от терактов 29—30.12.2014
5. Из цикла «Палата №6»
   1. Палата №6
   2. «Зачем они по улицам идут…»
   3. Мне надоело жить!
   4. Российский предприниматель
   5. «Вот уже и юность отзвенела…»
   6. Красавицы, вкусившие все радости
   7. Богиня красоты
6. Из цикла «Ещё раз про любовь…»
   1. Гипсовая поэма
   2. Каждый выживает в одиночку
   3. Ещё раз про любовь…
   4. Любовный гороскоп
   5. Весеннее предчувствие
7. Из цикла «К смерти готов»
   1. Над вечным покоем
   2. Смерть жизнью с четырех сторон окружена…
   3. Умер отец, умерла моя мать
   4. Сколько осталось до немощи?
   5. Надвигается старость, как паровоз на Каренину Анну
8. Из цикла «О творчестве»
   1. Николаю Cухареву — ещё живому!
   2. Памяти Н. Сухарева и В. Баевского
   3. Памяти смоленского поэта Николая Сухарева
   4. Памяти нашего учителя, великого смоленского филолога Вадима Соломоновича Баевского
   5. Памяти наших смоленских учителей
   6. В педагогический, в педагогический…
   7. Кому-то стих, как бомба…
   8. Стихи не кормят и не поят
   9. Современный учебник литературы
9. Из цикла «О наших животных»
   1. «Они не могут чистить зубы…»
   2. Люблю я кошек и собак
10. Из цикла  «Иронические стихи»
    1. Микромонолог служащего
    2. Сон в летнюю ночь
    3. «Мною создан самый короткий на свете…»
    4. Камасутра
    5. Дрянские стихи
    6. Новогоднее
    7. Богоборческое
    8. 9-е марта завтра в школе
    9. По поводу Сочинской Олимпиады
    10. Бедный, хоть и богатый я Абрамович

Предисловие

Я родился и живу в г. Брянске. Здесь закончил среднюю во всех отношениях школу. В далеком 1972 году поступил на филфак Смоленского педуниверститета, который закончил в 1976 году. Служил в cоветской армии, преподавал русский язык и литературу в школе. Был главным редактором московского книгоиздательства «Лакар» (серии книг «Любимые сказки», «Новая библиотека приключений» и др.). Более 20 лет работаю в туризме. В настоящее время — директор турфирмы «Бригантина». Стихи, проза, юмористические рассказы, литературные статьи публиковались в центральной прессе: в «Собеседнике», газетах «Советская культура», «Труд», журнале «Литературное обозрение», а также местных изданиях. «Я — поэт, этим и интересен», — повторю вслед за В. Маяковским.

Мой первый сборник «Души порыв и совести распад» назван так не случайно. По-моему, в каждом человеке, к сожалению, не только борются, но и успешно уживаются два этих чувства… И подчас наши первоначальные душевные порывы заканчиваются лишь распадом совести.

Я не пишу о природе, потому что уверен, что после пейзажной лирики Сергея Есенина, Николая Заболоцкого и Николая Рубцова, увы, не смогу написать лучше, чем они… Я не пишу ура-патриотические вирши, потому что уверен, что патриотические фанфары только вредят поэзии.

Моему сердцу одинаковы близки Пушкин и Лермонтов, Тютчев и Фет, А. Блок и А. Ахматова, Цветаева и Б. Пастернак. Я завидую гениальной простоте стихотворных образов Ивана Бунина и гениальной сложности Осипа Мандельштама. Меня вдохновляет творческий порыв поэтов-шестидесятников: Андрея Вознесенского и Евгения Евтушенко, Беллы Ахмадулиной и Булата Окуджавы. Меня восхищает эта глыба, этот «матерый человечище», каким был и остается в стихах и песнях В. Высоцкий.

Перечислив эти имена и находясь в трезвой памяти и уме, я, конечно, понимаю, что не смогу тягаться с ними. И всё же, всё же, всё же… Я очень надеюсь на то, что некоторые из моих строк западут в сердце моего читателя…

Лиознов М. Души порыв и совести распад. Стихи разных лет, 2018.

Из цикла «Души порыв и совести распад»

***

Для страданий создан человек:

Для болезней, а не исцелений,

Для смятений, неуспокоений,

Для тяжёлых бед, а не для нег.

…Лепит что-то мальчик во дворе,

Родом из окраинных бараков:

Никакая тяжесть на земле

Не снесёт его воздушных замков…

2013 г.

***

За сорок лет меня никто ни разу,

О чём я думаю, по сути, не спросил

И этим самым, может, исказил

Мой разум…

За сорок лет я никого ни разу,

О чём он думает, по сути, не спросил

И этим самым, может, исказил

Ваш разум…

Зеркальны наши искаженья

В самоубийстве выраженья,

В них равнодушие царит,

И мысли мечутся навзрыд…

***

Процесс мышления на части разложить:

Проникнуть в хаос, углубиться в сферы

Добра и зла, где соляная нить

Основу обретает в виде нерва.

Дойти туда, куда ни мысль, ни взгляд

Еще не проникали, к самой сути

Чувств потаённых, где из сонной мути

Симфония встаёт и стынет яд.

Понять времён теченье и разлад,

Глухие стоны ощутить столетий,

Всё пережить и в памяти отметить

Души порыв и совести распад…

***

Всё знаем наперёд,

Лишь точных дат не знаем,

Когда и чей черед,

Вчерне предполагаем.

Всё знаем наперёд —

Убытки, обретенья,

Плюс-минус месяц, год

До полного забвенья.

Всё знаем наперёд —

Неодолимость круга,

Внутри который год

Мы в поисках друг друга

Спешим, летим, бредём,

Всё знаем… Тщетность знанья —

Со всей землёй живём

В родстве непониманья…

Я — отрывной календарь

Я живу, как календарь —

Тонкие странички:

Март-апрель, январь-февраль,

Сутки-единички.

Рвёт поспешный ветерок

Дни мои и даты:

Вот иду я на урок,

Вот ушёл в солдаты…

Перемешаны сполна

Этих дней картины:

Память — круга крутизна,

Бритва гильотины.

Громче грома этот звук

И землетрясенья:

Календарных листьев стук,

Грохот, изверженье…

Сыну Илье

1

Не баснословные богатства

Тебе оставлю я,

Не золото и не полцарства,

Лишь отчество, Илья.

Я перейду в твоё дыханье

В холодный час утрат,

Но ты продлишь мой взгляд

На будущее мирозданье…

2

Я — не вечен, ты — не вечен,

Чёрным жизни круг очерчен,

Светлое внутри пятно —

Тает с каждым днём оно.

И в тисках железных круга

Потеряем мы друг друга, —

Перейду я в круг иной,

Перейду я в круг иной,

Не ходи, сынок, за мной!…

2005 г.

***

Разноцветные начала,

Одиссеи ждут вдали,

У незримого причала

Наших судеб корабли.

Дни отплытий, дни скитаний,

Паруса мечтой полны,

Расставаний, расстояний

Мили, волны, валуны.

Соль земли ищи не в небе,

Чтоб найти своё руно —

Кто поднимется на гребне,

Кто опустится на дно…

Не даруют вечность боги,

Есть конец у всех дорог:

Станет холмиком убогим

И герой, и царь, и бог…

Моё лицо одутловатое…

Моё лицо — одутловатое,

Шестидесятилетнее —

Проклятое…

С мешками под глазами тяжкими,

Взращёнными тоской да бражками,

Отягощённое морщинами,

Как будто сонными лощинами.

Моё лицо — неинтересное:

Одутловатое и пресное,

Со взором не орлиным вовсе —

И до полуночи, и после.

…И перебита переносица,

И страшно,

что красивым быть уже не хочется…

Подведение итогов

…Что ж, пора подводить итоги,

Вытирать о жизнь свою ноги,

Признаваться, что был убогим,

Лысым, гадким и хромоногим…

Что ж, пора подводить итоги,

Скольким жёнам внушал я тревоги,

Звал в небесные их дороги:

Чердаком оказались чертоги…

Думал в жизни я мало о боге,

А всё больше о Фете и Блоке,

Ну а если их дар был божьим,

Значит, думал о боге я тоже!

Что ж, пора подводить итоги,

Не любезен я был очень многим,

Не сдавался, не прогибался,

Даже в памяти чьей-то остался…

Я — плохой артист

…Жизнь моя — одноактный спектакль:

Чтобы помнили, чтобы плакали…

Чтоб смеялись паяцы, рыдал Арлекино,

Одноактную жизнь я играл нестерпимо!

Я кривлялся и бился на сцене в припадке,

Чтоб таланта во мне разглядели задатки…

Я кричал и молился одновременно,

Всем богам, всем векам

бесконечно — мгновенным…

Я был пеплом, зерном, ветром и листопадом,

И безмолвной травой, и грохочущим градом,

Я вживался в природу,

В деревья, в ограды,

Я держал на плечах небосводов

Громады…

…Вот и занавес дали,

Окончен спектакль…

Я хотел, чтоб рыдали,

Но никто не заплакал…

Все, сбивая друг друга, бегут в гардероб,

Лишь рыдает один — потеряв номерок…

Моей сестре Галечке

С годами всё меньше кровной родни,

И к старости мы остаёмся одни!

За славой уже не гонимся,

С бессонницей, хворями боремся.

И утром средь сумрака зимнего

Не нужно вставать нам с будильником,

И хочется спать, да не можется,

И хочется жить, и не хочется…

С годами всё меньше кровной родни,

И вот мы с собакой гуляем одни,

Она нам родню заменяет

И наших страданий не знает!

Бежит и под кустиком мочится…

И хочется жить, и не хочется…

Я был стократ, ещё стократ пребуду

Я был стократ, ещё стократ пребуду,

В плену у Времени себя добуду,

Чем в невесомости забвенья биться,

Не лучше ль перевоплотиться:

Я в птицу обращусь, взойду растеньем,

Переиначив вечности мгновенья,

Всему родня, я жизнь прожил не в ссуду,

Я был стократ, ещё стократ пребуду!

Одно страшит — конечное господство

Над каждым «Я» — стократного сиротства…

Уже растаяла халва…

Уже растаяла халва,

И мёд до дна допили,

И полушарий жернова

О мысли затупились.

Уже исписана душа

Вся, до последней ноты,

А за душою — ни гроша

Бесплодной и бесплотной…

Но горек мёд, горька халва,

Когда ты понял, бедный,

Что жизнь кончается, едва

Ты смысл её изведал…

Памяти отца

Слышишь: кто-то идёт под травой,

Мягко ступает за влажной спиной,

Взглядом, проросшим сквозь терпкий гранит,

Каждую клетку твою бередит.

О, этих глаз безутешная хроника,

Вся в ожиданье нечаянных встреч,

Память — больничная тишь подоконника,

С мёртвым окном двухсторонняя речь…

Мама

Мне приснилась мама,

Мама дорогая,

Не в холодной яме,

А опять живая…

Мне приснилась мама,

Как была — живою,

У оконной рамы

С русою косою…