Глава 1. Поселение
Времена не выбирают:
в них живут и умирают.
Александр Кушнер
Наше поселение находилось в суровой по своим климатическим особенностям западносибирской части огромной страны. Километрах в десяти от города, который в прошлом был особым местом ссылки каторжан, расположился поселок со старыми двухэтажными домами, недавно построенными трехэтажками и прилегающим к нему частным сектором со своими сарайками и гаражами. А также там были живописные лесополосы, где мы, дети, проводили большую часть нашего летнего времени, купаясь в арыках, лазая по деревьям, собирая кислые ранетки.
Тогда я, маленький, и подумать не мог, что буду жить с женщиной, прадед-профессор которой создал в нашей стране систему лесополос.
Неподалеку от нашего селения протекала большая желто-коричневая река, на берегу которой находилась речная база. В поселок съехались те, кого сослали со всего западносибирского региона нашей страны. Общество получилось весьма разношерстное, большую часть которого составляли бывшие сидельцы (вышедшие из тюрьмы), немного интеллигентов-маргиналов (люди, не придерживающиеся принципов, принятых в обществе) и с десяток важных партийцев средней руки для управления этим своеобразным людом.
Начиная с моего рождения, жизнь складывалась как постоянная борьба за выживание. Необходимо было постараться, чтобы не покалечил пьяный отец в приступе белой горячки, не сделал инвалидом какой-нибудь дворовый отморозок в регулярных уличных драках, не разбиться на стройках многоквартирных домов, где мы часто лазили, играя в догонялки, а еще проныривали под речными корабликами на слабо.
Однажды, когда проплывали под такой вот железякой, внезапно на ней включился двигатель, и один из наших пацанов не вынырнул. Нашли его уже в другом месте далеко по течению, куда унесло тело. На спор преодолевали несколько метров лаза под землей, потолок которого должен вот-вот обвалиться. О, как щекотало в груди, ведь знал, что в любой момент мог оказаться заживо погребенным под глиняной массой.
И как бы я ни «старался» своими действиями расстаться со своей жизнью, что-то необъяснимое спасало меня, давая драгоценный опыт в познании этого сложного, беспредельного людского бытия.
У каждого живущего в нашем дворе была кличка.
