Мы полны страхов. Нет, не так, мы переполнены страхами. Страхи вживлены в нашу природу так же, как информация о количестве рук и ног, цвете глаз, вдохах и выдохах. Страхи гонят нас вперед, заставляют меняться, приспосабливаться и приспосабливать. Эволюция? Цивилизация? Примат встал на ноги, потому что боялся неизвестности. Научился строить дома, потому что боялся диких зверей. Научился охотиться и обрабатывать землю, потому что боялся голода. Вырос над собой прежним, стал человеком. И вместе с собой вырастил свои страхи. Дал им имена, а некоторым — лица. Каким-то достались песни, каким-то целые легенды. А каким-то — просто темные уголки разума, куда предпочитают не заглядывать даже вооружившись какими-никакими знаниями. Страх потерять и страх не найти. Страх умереть и страх жить. Страх показаться не тем, кто ты есть, и оказаться именно тем. Страх поменять и страх поменяться. Страх полюбить и страх не быть любимыми. Страх однажды проснуться и осознать, что все, что было в твоей жизни до этого — не правильно, и страх, что это пробуждение будет последним. Всю свою историю человек становился человеком, преодолевая. Нам даны страхи, чтобы, побеждая их, мы почувствовали, насколько на самом деле сильны.
настоящее горе можно вылечить, только давая жизнь.
С этого, наверное, и начинается ненастоящесть. С того, что есть те, от кого нужно прятать себя настоящую. Чтобы просто не приставали.
Есть люди, настолько щедро одаренные природой, что для здорового цинизма в них просто не хватило места. И они появились на свет с неизлечимой наивностью, не ослабевающей, что бы с ними ни происходило. Такие до конца жизни искренне удивляются, когда люди начинают вести себя по-свински, и не могут понять, как это возможно.
Горожане сделали вид, что ничего не заметили, и тут же принялись замечать все.