И тут Лев Николаевич понял, что задумал колдун. Ну конечно же, он просто не хочет причинять вреда юной суфражистке. Николай Дивногорский категорически запрещал нападать даже на солдат и нижние полицейские чины.
– Они, товарищ Лев Николаевич, люди подневольные, – объяснял он. – Не они наши враги, а помещичья да буржуйская кодла. И царь с олигархами и министрами. Вот этих гадов жри и не думай. Бей урядников и становых приставов, а простой люд не трогай. Им детей кормить надо
