Я не смогла сдержать крика, и он пронзил предрассветную тишину. Данил двигался то медленно, то наращивал темп, я впивалась в его спину ногтями, а в губы зубами. Я извивалась, как змея, а в голове рассыпались звёзды. Я теряла рассудок, я сгорала в его руках, таяла, подобно мороженому в знойный день. Мы смотрели друг другу в глаза и видели там одну вселенную на двоих. Космос. Бескрайний, дикий, непокорённый. Мы двое как будто принадлежали друг другу давно, но потеряли друг друга во времени. Я почувствовала, как внизу живота собрался сгусток энергии, готовый разорваться на миллионы атомов. Я застонала, Данил сбавил скорость, наблюдая за моей реакцией. Он растягивал моё удовольствие своими плавными движениями. Стоны срывались с наших губ. С последним, с самым громким, похожим на животный рык, мы пришли к финалу одновременно. Я дрожала, по спине Данила стекал пот. Он лёг рядом и сгрёб меня в свои объятия.
— Что это было? — я еле ворочала онемевшим языком.
— Самая лучшая партия в шахматы, — засмеялся он.
— Нет, серьёзно. Я никогда такое не испытывала. Меня словно подключили к электричеству, и я до сих пор генерирую энергию.
Он хищно улыбнулся.
— Это лучший комплимент.
— Ах, какой самоуверенный и нескромный мужчина!
— Нет, я просто очень влюблён.
Он закрылся в мои волосы и вдохнул мой запах.
— Как же ты вкусно пахнешь! Я снова хочу тебя. Я хочу тебя до утра. Без остановки.
— Ого. Звучит, как угроза.
— Ты меня боишься?
— Совсем нет, скорее переживаю, как я потом сяду на байк.
Я засмеялась, а Данил накрыл мой рот своими губами. Он целовал меня снова с той неистовой силой, словно от этого поцелуя зависят наши жизни. Но кто-то решил прервать это блаженство. Раздался звонок мобильного телефона. Данил не спешил отвечать.
— Возьми трубку. Вдруг там что-то важное.
Он неохотно перевернулся на другой бок и вытащил из джинсовых шорт телефон.
— Это Костя.
— Алло. Что? В смысле? Понял. Мы едем.
Я встревоженно наблюдала за тем, как Данил в расстроенных чувствах убрал телефон обратно.
— Прости. Марафон страсти отменяется. Что-то случилось в баре. Ну, знаешь, друг у меня творческий и иногда бывает немного импульсивен.
Я в растерянности взяла свой телефон из сумочки и увидела СМС от Софии.
«Я дома. Меня забрал муж. С детьми всё в порядке. Желаю хорошо провести время. Не волнуйся, со Снежкой всё хорошо».
Вдох облегчения вырвался из моей груди. Я стала одеваться.
— Тогда поехали скорее. Всё-таки мы в чужой стране.
Глава тридцать вторая
За расставаньем будет встреча.
Судьба раскрывает карты
— Вот это история!
2 Ұнайды
Я развернулся и приобнял маму со спины, чтобы она не видела суровый взгляд, которым я одарил ту, которая посмела нарушить покой близкого мне человека.
1 Ұнайды
Ему никто не смог помочь, а что, если этой женщине тоже некому?
1 Ұнайды
Для того чтобы быть рядом с ним, не обязательно создавать храмы и придумывать молитвы.
1 Ұнайды
Я отшвырнула кусок земли, он шлёпнулся ему на ботинок, который он так старательно начищал перед выходом.
Я повернулась к нему и, ей-богу, была готова утонуть в его глазах. Как же хотелось прикоснуться к его щеке.
— Видимо, то же, что и ты. Я здесь отдыхаю, точнее живу. Буду жить в ближайший год.
Язык меня не слушался, а ведь во мне ни капли алкоголя.
— Охренеть!!!
Это, по всей видимости, всё, что он мог выдать от удивления. Что ж, я мысленно сделала это гораздо поматернее.
— Из всех возможных мест для курортного отдыха мы встретились здесь, в этом баре. Совпадение? Не думаю!
Скорее это был монолог Данила, меня же интересовал лишь один вопрос.
— Ты тут с ней?
— С кем? — удивлённо спросил тот, кого мне хотелось поцеловать прямо сейчас и больше ни о чём никогда не спрашивать.
— С той, что крепко держалась за твою шею.
От воспоминаний меня передёрнуло, а не от того, что мне заливало шею водой, которая стекала из-за дождя с крыши.
— Нет. Я тут с другом. Он остался с твоей подругой. Я сказал ей, что всё в порядке и мы знакомы.
Так вот почему она не выбежала вслед. Теперь понятно.
— А почему не приехал с возлюбленной?
С одновременным желанием его поцеловать меня разрывало сказать что-то пообидней, чтобы его задеть. Он же продолжал стоять с невозмутимым видом и бесил меня этим.
— Насть. Может, хоть сейчас выслушаешь меня?
Пришло время сказать ему правду.
— Слушай, тут…
— Нет, молчи! Я серьёзно! Я звонил тебе, приезжал к твоему дому, писал СМС, но всё без толку. Ты ведь даже не удосужилась меня выслушать. Что так противно тебе?
— Э-э-э…
Как же он ошибается.
— Я сказал, молчи.
Он подошёл ко мне так близко, что я увидела, как сужаются и расширяются его зрачки, в которых отражался яркий свет уличной гирлянды. И он поцеловал меня. Это был другой поцелуй. Если в его доме был волнительный первый, то сейчас, словно последний. Будто от этого зависела вся его жизнь. Я ответила на поцелуй. Наши языки страстно изучали друг друга, мир перестал существовать, громкие звуки музыки растворились в ночном воздухе. Мы даже не слышали, что вышли наши друзья и со смущённым «ой» юркнули обратно в пучину ночной тусовки. Когда он отстранился от меня, я потеряла опору из-под ног. В голове стучали молоточки, и какой-то детский голос повторял имя Даня. Да, странная реакция на поцелуй, однако.
— Теперь ты меня выслушаешь?
— После такого поцелуя, не то что выслушать, обязана выйти за тебя замуж.
Замуж, замуж, замуж стучали молоточки в голове. Да, что же такое происходит?
пластмассовую ручку в руках.
— Нет, конечно. Как я могла с ней увидеться? Столько лет прошло. Мне кажется, я и не узнаю её, увидь я её где-нибудь. Опять же, память делает образы очень мутными.
— И на могилу к приёмному отцу вы не ездили?
Жаль, что я не умею метать молнии из глаз. Мне захотелось испепелить эту женщину в допотопных очках с дешёвой шариковой ручкой в руках.
— С чего бы я это должна была делать? Приёмная мама ведь именно меня обвинила в его смерти, перед тем как передать настоятельнице. В истории болезни всё это подробно написано. А почему она так считает и что случилось, я не помню, понимаете? Я очнулась уже в больнице и помнила лишь то, что мама и папа вели меня в первый класс. Они удочерили меня, и у нас всё было нормально. Они очень старались. Оля, в смысле приёмная, сказала, что они никак не могут иметь детей. Много лет стараются, и всё в пустую. Какой-то диагноз тогда называла, я ребёнком же была, всё равно ничего не понимала.
Мне хотелось выбежать из кабинета. Зачем я вообще сюда пришла? Подумаешь, пара воспоминаний выплыла наружу, пробив толстый лёд моего подсознания. Это не значит, что я вспомню всё.
— Я вас прекрасно понимаю и сочувствую. Вы большая молодец, что продолжаете жить и отпускаете нелёгкое прошлое. Просто такие яркие вспышки в памяти говорят о том, что, скорее всего, вы столкнулись с кем-то из прошлого, и он напомнил вам о тех событиях, которые ваш мозг вытеснил.
В тот вечер я была лишь с Данилом. А он явно не связан с моим прошлым? Даня, Данил, Данил… Голова заболела, словно врач вставила мне в мозг свою шариковую ручку и теперь копошилась в мозгах.
— Эй, с вами всё в порядке?
В ушах вата, стены сжимаются, потолок падает… Нашатырь. Ненавижу этот запах. Я чихнула.
— Слава Богу, очнулась.
Врач перешла на ты. Я лежала на кушетке, на руке была манжетка от тонометра.
— У тебя очень низкое давление. Я уже отправила твою подругу за крепким и сладким кофе.
Врач сидела со мной рядом на стуле и держала в руках пузырёк с нашатырём.
— Уберите его, умоляю, меня сейчас затошнит.
Она закрыла флакон и убрала в медицинский шкаф. Я приподнялась на локтях, в кабинет вошла Оксана с бумажным стаканом в руке.
— Извини, тут только кофе из автомата.
— Правильно, тут вам не ресторан, а городская поликлиника. Скажите спасибо, что такой имеется, — проворчала врач, открывая окно.
В кабинет проник прохладный ветер, погода резко испортилась, собирался дождь. Мне стало легче дышать.
— Спасибо.
Даже не знаю, к кому я обращалась, то ли к Оксане, которая протянула мне кофе, то ли к администрации поликлиники за установленный кофейный аппарат, то ли к врачу, чтобы она не обижалась, и за то, что открыла окно.
— Если ещё что-то вспомните, то обязательно приходите. Я сейчас назначу вам анализы и обследование, потом с результатами ко мне.
— Я ездила пару месяцев назад к настоятельнице, возможно, это спровоцировало воспоминания.
— Возможно, однако, как показывает практика, чаще всего воспоминания возвращаются именно в моменте. Т
Оставив позади нас вечер искусства и огромный светлый павильон, мы сели в машину Данила и помчались навстречу свежесваренному кофе и приятному разговору, который бывает между двумя незнакомцами, которые вроде и перестали ими быть, но всё ещё сохранили в себе ту загадочность, которые оба не терпят с себя сорвать и погрузиться в чувственный мир друг друга.
Оксана каждый день придумывала для меня новые мероприятия, снимала всё это в блог, где она рассказала, что из себя представляет проект и кто я такая.