Замыкал процессию доктор Ломакин в медицинском халате, наброшенном поверх светского костюма.
От испуга Марина захлебнулась криком и выронила лампу. Стекло со звоном разбилось, и по полу потекло горящее масло.
Алексей Константинович подоспел быстрее, чем кто-либо успел опомниться. На ходу он сорвал с себя дорогое пальто и накрыл им горящую лужу до того, как она встретилась с разлитым скипидаром.
Городовые скрутили чихающего Бертинского.
