отметить, что ввиду ограниченности круга отягчающих обстоятельств и их конкретности ст. 63 УК РФ достаточно часто подвергается изменениям и пополняется новыми обстоятельствами. В основном это обстоятельства, дополняющие юридическую структуру совершенного преступления
Назначая именем Российской Федерации наказание, суд должен ориентироваться на достижение целей наказания. Анализ приговоров показал, что суды, мотивируя выбор вида и размера (срока) наказания, часто ссылаются не только на традиционные для таких случаев положения ч. 2 ст. 43 и ч. 3 ст. 60 УК РФ, но и на ст. 6 и 7 УК РФ, закрепляющие соответственно принципы справедливости и гуманизма. При этом наиболее обстоятельно в приговорах описывается именно справедливость наказания (в основном через соразмерность содеянному), уделяется внимание также исправлению осужденного, частная превенция упоминается в основном лишь формально, ну а вопросы общей превенции в судебных решениях, как правило, не рассматриваются.
Напомним, что целью наказания выступает восстановление социальной справедливости, исправление осужденного, общая и частная превенция. Будем исходить из того, что все эти понятия интуитивно ясны читателю, если же нет, то в помощь ему будет наша предыдущая книга.
Несколько слов о предлагаемом в СМИ возрождении в России военно-полевых судов без адвокатов и каких-либо «атрибутов» цивилизованного судопроизводства. Все это в России уже было, и для сторонников такой идеи неплохо бы вспомнить и то, чем все это закончилось, каким обоюдоострым мечом оказалось такое политическое решение. Подобного рода суды, действительно, были учреждены во время первой русской революции, а именно законом от 19 августа 1906 г. В них не предполагалось наличие ни обвинителя, ни защитника. Разбирательство дела происходило при закрытых дверях и должно было закончится в течении двух суток, а смертный приговор не позже, чем через сутки приводился в исполнение. На практике это привело к кровавому беспределу и не только не предупредило новые террористические акты революционеров, а, наоборот, провоцировало последних на их совершение. Л.Н. Толстой обратил на это внимание и в своей статье «Не могу молчать»3, написанной в 1908 г. (рекордном по числу казней), доказывал бессмысленность и даже вредность смертных приговоров, выносимых военно-полевыми судами.
