«Твою же мать…»
Чертовка, ведьма, неприрученная кошка, с рассыпанными по плечам и спине волосами, с божественным, соблазнительным телом, которым хотелось обладать, и обладать долго, страстно, самозабвенно. Она потянулась к его ширинке,
Она была так хороша, так чертовски хороша, залезла так глубоко, что ее уже невозможно было искоренить.
Засыпая на койке в дешевом мотеле на отшибе, видел ее. Просыпаясь – снова ее.
Веласкес, удерживающаяся на ногах лишь благодаря крепким рукам наемника, прижалась к стеклу, пока Дамиан продолжал двигаться. Он ускорил темп, отчего Селия зажмурилась и впилась ногтями в мужское бедро.
