И поверь мне, животные куда приятнее. Они не умеют лгать, притворяться, лицемерить. Они как дети. Их мысли прямолинейны и прозрачны. Видны как на ладони. И по сути сводятся к нескольким глубинным инстинктам, сочетающимся в той или иной вариации.
Собственная никчемность уже не то что раздражала, а прямо-таки злила. И, конечно, я понимала, что Монтего сделает эту работу куда быстрее и качественнее. Но мне очень хотелось помочь. Хоть чем-то.
