Временами Герман, самый молодой, но, пожалуй, и самый наблюдательный из членов команды, ловил себя на чувстве, будто всё вокруг, и люди, и само пространство, замерло в ожидании чего-то грозного, неизреченного, неодолимо зреющего вдали, и что простирается это ожидание (сходное, вероятно, с предчувствием бури в природе) далеко за пределы этого неспокойного края, а может быть, и страны